Табор уходит в землю
— Красномырдин, ползи сюда, убивать не будем! — позвал сыщик.
Но огромный сержант не подавал признаков жизни. А через несколько секунд его накрыло новым взрывом — видимо рванул бензобак.
— Папа наверно обидится, — высказал смелую догадку Яшка.
— Очень на это надеюсь, — эхом отозвался Отмороз.
— Аминь, — подвел итог Крюков. — А если мы, блин, не ту телегу забили?
К счастью, они не ошиблись. В огне горело целое состояние. Для Папы этот удар оказался, хоть и не смертельным, но весьма болезненным.
* * *— Бабки нужны, — заявил наутро Отмороз. — Папу без доброй зброи не возьмешь. Врагов у него в городе, конечно, хватает, но свои руки пачкать никто не захочет. Дураков нет.
— Я своим друзьям в ветеранскую ассоциацию звякну, — предложил Олег. — Они помогут.
— Чем? — оскалился Отмороз. — Людьми? Бабками? Хрен дождешься. Посочувствуют, этим и ограничатся.
— Тогда Илье. Он не откажет.
Но разговора с партнером у Олега не получилось. Осин сразу дал понять, что на него Олег может не рассчитывать.
— Ты меня так подставил! — заныл Илья. — По твоей вине Папа наехал на нашу фирму, а вместе с тобой и меня по миру пустил. И после этого ты просишь какие-то деньги? Моя жизнь накрылась медным тазом. Я дома не ночую, а ты требуешь какие-то деньги! Слушай, Олег, имей совесть…
Олег имел не только совесть, но и память. И все же не стал напоминать бывшему партнеру, что когда-то нашел его буквально на помойке, где тот выполнял функции учетчика, и что своим состоянием он обязан именно ему. Воистину, мечта раба — плюнуть в рожу своему благодетелю. Осин по своей натуре был рабом, и с этим ничего нельзя было поделать.
— Надо Зарькову позвонить, — предложил Крюков.
— А ты откуда его знаешь? — удивился Олег.
— Так, в одном прохладном месте познакомились, — отговорился Крюков.
Зарьков, как и обещал, деньги приготовил и только ждал возможности их передать. Они договорились встретиться через час в офисе Зарькова.
— Нам никто не помешает, время позднее, кроме меня и охраны здесь никого не будет.
Ехать решили вдвоем, Крюков и Олег. Ему не мешало немного размяться и подышать воздухом. В последнюю минуту в сопровождающие набился Отмороз.
— Мало ли что? За бабками все-таки едем.
Крюков не стал возражать. До конторы Зарькова они добрались спокойно. Крюков и тут оказался верен себе, оставив "рябуху" за углом в переулке.
— А как я туда доковыляю? — поинтересовался у него Олег. — Ты давай не перестраховывайся, а подъезжай прямо к парадной двери. Хватит прятаться. Мы, в конце концов, не грабить приехали.
— Вот именно, — согласился Крюков. — Если бы грабить, я бы тачку перед дверями поставил. А так — не фига за врага его работу делать.
— Ты что, Зарькова подозреваешь? — удивился Олег.
— Не то, чтобы подозреваю, — протянул Крюков. — Но пока Папа живой, я считаю себя на тропе войны. Со всеми вытекающими и втекающими. Сиди в машине и не рыпайся, Зарькова я сюда приведу.
— А я помогу, если сам идти не захочет, — вставил веское слово Отмороз.
Офис Зарькова, как тот и пообещал, встретил их пустотой и полумраком. Охранник скучал, перекатывая между щеками жвачку. Через расстегнутый воротник виднелась толстая цепь.
"Неужели золотая?" — подумал Крюков, проходя мимо него.
— Мы к Зарькову, он нас ждет, — сообщил сыщик.
Вопреки его ожиданиям охранник не стал никуда звонить или проверять документы, а сразу махнул им.
— Проходите.
"Или ленивый как космонавт, или Зарьков предупредил его о нашем приходе", — снова отметил про себя Крюков.
В лифте он услышал над ухом тихий шепот Отмороза.
— Приготовься.
— Думаешь хомут? — так же тихо спросил опер.
— А ты когда-нибудь видел, чтобы охранник на шее голду в полкило таскал?
Крюков как можно незаметнее, так как лифт мог быть оборудован видеокамерами, достал свой "пернач". Отмороз также плавно скинул с плеча автомат, который носил под курткой, и примкнул к нему рожок магазина.
- Кабинет Зарькова из лифта налево. Я впереди, ты страхуешь. Бегом, — предупредил Крюков.
Как только лифт замер на этаже и начал открываться, Крюков рванул как на стометровке. Отмороз не отставал и при этом ухитрялся смотреть за спину. Зарьков сидел в кресле. Голова его была слегка откинута и покоилась на подголовнике. Крюков не удивился, увидев черные впадины его глазниц. Только мельком заглянув в кабинет, он дал Отморозу команду.
— Уходим.
Тот также был готов к неожиданностям и моментально среагировал. Крюков имел полезную привычку, впитанную в кровь со времен детских игр в казаки-разбойники. Попадая первый раз в новое место, он всегда непроизвольно отмечал пути аварийного отступления. И сейчас он повел Отмороза к черной лестнице, которую заприметил во время первого посещения
— Будь готов, — предупредил он напарника.
Пока сыщика и Отмороза спасала нечеловеческая оперативность. Противник явно рассчитывал на их замешательство и временную растерянность. Они же своими молниеносными действиями сработали на опережение.
Глупо было надеяться, что на черной лестнице не догадаются выставить людей. Поэтому, распахнув дверь ударом ноги, беглецы тут же в два ствола залили пространство лестницы ураганным огнем.
Грязная площадная брань, перемежаемая жалобными стонами, послужила подтверждением этому.
Скользя на крови и спотыкаясь об убитых и раненых они рванули вниз. Неожиданно Отмороз выругался и опустился на ступеньки.
— Ты что? — затормозил Крюков.
— Биздец, ногу сломал, — простонал Отмороз, сжав зубы.
— Давай потащу, — Крюков подхватил его под руку.
— Нет, — напарник с силой оттолкнул его. — Вали отсюда, а то прошью!
Сверху слышались голоса папиных бойцов. Крюков увидел, что Отмороз направил ствол своего автомата прямо ему в лоб.
— Вали, я продержусь сколько смогу. Мне тут все равно делать нечего, все мои уже там, меня ждут. Прощай, братуха!
— Прощай!
Крюков повернулся и устремился вниз. Пока он не добрался до выхода, сверху на его уши давил грохот непрекращающихся выстрелов и очередей. Это была музыка варварского траурного марша. И меньшего Отмороз не заслужил.
Орлов ждал в машине с включенным двигателем. Сыщик плюхнулся на сиденье и рванул с места.
— Ты один? — спросил Олег.
— Нет, нас двое, — сквозь зубы процедил Крюков. — Ты и я.
Только сейчас он заметил, что Олег едва держится, чтобы не завалиться с сиденья. И прибавил газу.
* * *Папе было очень плохо. Уничтожение машины с наркотиками выливалось в весьма круглую сумму. Но еще обиднее было сознание того, что во всем виноват он сам. В старые разбойные времена Папа отправлял грузы под надежной охраной, следом пускал одну, а то и две машины сопровождения. Но в последнее время недопустимо расслабился.
К тому же Горкин не раз заверял его, что одного такого охранника как Красномырдин за глаза хватит, чтобы отвадить как мелких гангстеров, так и не в меру ретивых правоохранителей. Да и какой сумасшедший стал бы связываться с Папой? А вот, поди же, нашелся такой.
Папа в ярости набрал номер мэра. Его и Афиногенова он считал главными, после налетчиков, виновниками потери ценного груза.
— Слушай, муд…к, ты знаешь, на сколько мы попали? — начал он без обычных предисловий.
— Кто это "вы"? — не понял мэр.
Или только сделал вид, что не понял?
— Мы — это, в первую очередь, ты и я. На остальных мне насрать. Имей в виду, я разбросаю убытки на всех. И на вас с Афиногеном в том числе. Не фига на моем хрене в рай кататься!
И, не дожидаясь ответа, бросил трубку. Потом вызвал к себе Артура. Тотв последнее время выглядел нездоровым. Похудел, под глазами появились лиловые круги.