Второй (СИ)

После Марты был Ве — и ему Дженкинс давал поблажки: терпеливо ждал, когда после пропущенного удара Ве поднимется с пола и приготовится к следующей атаке. Это всё равно не помогло — он не смог блокировать заклятие дезориентации, сделал два неловких шага вперёд, споткнулся и замер, водя руками перед собой, словно пытаясь нащупать опору.
— Помогите ему сесть. Дьюри.
Пока Лотта и Томар усаживали Ве на место, Альберт не спеша вошёл в прямоугольный барьер. Он действительно очень хорошо подготовился. Никаких проблем не будет. Он — крепость. Чародей взошёл на стену.
Снежок! Снежок! Дженкинс всегда начинал со снежков — и это было даже обидно, за кого он его принимает? Альберт отбил их играючи, но пришлось отвлечься от своей крепости — понятно, на то и расчёт.
Золотая пыль взвилась в воздух, обволакивая неприступную твердыню. Мощный удар широким лезвием — ладони загудели, удерживая щит. И сразу — предсказуемо! — что-то неосязаемо коснулось лба, потянулось было внутрь — поднять мост! Хлоп! — чародей сжал кулак, и тяжеленный мост перекрыл вход. Получилось неожиданно легко. Но впереди ещё две ментальные атаки и три обычные.
Разом три снежка, щит. Ментальный блок! Бойницы исчезли, затянулись глухим камнем. И снова получилось, но радоваться не было времени. Стрела — самая концентрированная атака, месяц назад Альберт получил бы в живот так, что долго не смог бы подняться, но Дерек натаскал его в контроле, и щит и это выдержал. Ликование сдерживало то, что впереди было самое сложное. Альберт не мог определить, какие именно заклятия разума он отразил, но здравый смысл безжалостно шептал, что раз вышло легко, значит, воздействия на память ещё не было. Он вдруг перестал ощущать себя готовым, крепость подрагивала, её контуры плыли, как у плохой иллюзии. Захотелось уйти куда-нибудь отсюда, никогда больше не чувствовать дрожания рук, не обливаться холодным потом, не видеть клятого преподавателя, одетого в чёрное, в цвет кошмара. Но он не мог никуда уйти. Осталось две атаки. Одна из них.
Сплошная стена энергии — чисто силовая атака за счёт большого объёма, минимум контроля. Щит. Руки онемели, но это от прошлых блоков, силы у Альберта всегда было в достатке.
Теперь последняя. Сейчас. Каменные блоки загодя сплавились в несокрушимый монолит.
— Хорошо. Зоя.
Несколько секунд Альберт ничего не понимал, но вот Зоя встала перед ним и тактичным покашливанием намекнула, что он ей мешает и должен убраться из барьера. Но… почему? Как во сне, Альберт добрёл до своего места.
— Ну ты крут! — восхитился Леоф
— Слушайте, а… сколько было ментальных атак?
— Три, он же сказал. Дезориентация…
— Сказал, да, — перебил Альберт. — Я имею в виду конкретно сейчас, у меня — не обратили внимания?
— Вообще-то, они невидимые, — снисходительно пояснил Бренги. Леоф молча развёл руками.
— Ясно, — выдавил Альберт и уставился в парту.
Может быть, две ментальных атаки подряд он принял за одну? А если Дженкинс решил сэкономить время и пренебречь одной лишней атакой, то уж точно не самой опасной, скорее наоборот, не стал бы размениваться на что-то простое. Значит, Альберт всё-таки отразил воздействие на воспоминания?.. Да почему в этом кабинете он вечно терзается неразрешимыми вопросами! Выругавшись про себя, Альберт схватил ручку, открыл тетрадь, в которую сегодня так и не довелось записать ничего дельного, и принялся яростно закрашивать страницу.
========== Глава 9. Дети Кометы ==========
Макдуф волновался больше всех — во всяком случае, внешне. Он мерил шагами кабинет, говорил, останавливался, вздыхал, снова говорил. Осмотрел их, как бы проверяя, всё ли в порядке.
— Мог бы по такому поводу хоть в рубашку переодеться, — он досадливо покачал головой, оглядывая Джейсона.
Тот не ответил.
— Только не поддавайтесь на провокации, — в очередной раз повторил Макдуф. — И сами никого не провоцируйте. Все мы люди… — Он вздохнул. — Помимо Ковена, будет архимаг Саха с советником, правительство Треанса, наше Низшее правительство. Все они понимают, что у нас крайне важное общее дело, но многие ощущают личную вовлечённость после Раскола, это чувствительная тема…
 
Он ходил, вздыхал и болтал, и все его напутствия сводились к одному: «Какие-то мудаки будут выводить вас из себя, но спорить с ними нельзя». Некоторый опыт в этом у Джейсона был, но в последнее время в основном неудачный. Ну, в самом худшем случае ему грозит обитая осиной камера в лечебнице. Зато никаких сражений.
В конце своей затянувшейся речи Макдуф посмотрел на них чуть ли не с мольбой и сказал:
— Обещайте мне, что будете вести себя достойно?
Все промолчали: Джейсон не собирался ничего обещать, Офелия вряд ли понимала, почему с ними разговаривают, как с идиотами, а Дерек — хрен его знает. Джейсон то и дело поглядывал на него, надеясь застать момент, когда сквозь привычную высокомерно-насмешливую мину проглянут эмоции человека, которого собираются выпотрошить перед главами нескольких стран Альянса. Но он ничем себя не выдавал.
Директор, похоже, особо и не надеялся на ответ.
— Ну что ж, если вы готовы — в путь?
— В Башню телепортироваться нельзя, — услышал Джейсон сквозь шум и попытался открыть глаза, зажмуренные от яркого солнца.
— Как и внутри Башни, — сообщал директор. — Во-первых, это дань древней традиции и правило этикета, ну а во-вторых, невозможно технически. Поэтому к дверям Башни и скромные просители, и короли, и архимаги идут по земле… Красиво, да?
Они стояли перед длинным прямым мостом, соединявшим два берега водоёма. Слева от моста водоём был огромным озером, а справа уже вытекал широкой рекой. На дальнем берегу пестрели черепичные крыши, столица гудела звуками большого города. Солнечный свет слепил со всех сторон, отражаясь от белёных стен и окон на той стороне, от воды, от моста. Было очень жарко.
— Аннберанд, — произнесла Офелия. — Даже отсюда выглядит живописно.
— О, там есть что рассмотреть, — заявил Макдуф с гордостью. — Я уверен, что вам ещё предстоит оценить нашу столицу по достоинству. Ну а пока я только хотел показать вам вид, а так нам в другую сторону.
Он развернулся, жестом приглашая за собой. Пейзаж на этом берегу впечатлил контрастом: перед ними простиралось поле прошлогодней травы. Единственной неровностью посреди пустыря торчала Башня — высокий цилиндр белого камня, с узкими тёмными окнами, почти безо всякого декора, кроме какой-то лепнины над полукруглым порталом.
Макдуф энергичным шагом направился вперёд по узкой мощёной дорожке, прямой линией продолжавшей мост. Не оглядываясь — был уверен, что они уже никуда не денутся. Пожалуй, теперь и правда было поздно.
Джейсон последовал за ним и был вынужден слушать разговор у себя за спиной.
— Когда всё время проводишь в замке, даже забываешь, что бывают совсем другие места…
— Не унывай, подруга, однажды обязательно погуляем по столице. Зато у тебя есть время придумать, что ты хочешь увидеть. В Аннберанде, насколько мне известно, есть практически всё, так что к его посещению лучше подготовиться — составить список мест, которые хочешь посетить…
На это обернулся Макдуф:
— Ну конечно, в первую очередь это исторический музей — лучший в Альянсе! Знакомство с городом надо начинать с его истории.
Он говорил негромко — видимо, по какому-то древнему этикету, — и Офелия, обогнав Джейсона, заняла место позади директора, который продолжил вещать ей про историю Аннберанда, радуясь свободным ушам.
Джейсон замедлил шаг, позволяя им уйти вперёд.
— Она тебе, значит, подруга, — сказал он тихо, когда Дерек подошёл достаточно близко.
— Ну разумеется! — отозвался Дерек. — Так же, как и тебе, а что?
Перед глазами встала стена огня, но Джейсон с большим усилием её проигнорировал, сосредоточив взгляд на белом цилиндре Башни — напоминании, что впереди ещё ждут настоящие проблемы.