Хозяйка трактира для Демона (СИ)

Я отчетливо видел слабое белое свечение прямо перед собой. Душа человека, что так и не нашла покой в посмертии и уже много лет вертелась поблизости, чтобы будить воспоминания далекого прошлого.
Что она хотела мне сказать? Что сожалеет? Напомнить о том времени, когда все было безоблачно и просто?
К сожалению, ничего уже не исправить и сожаления духа не исправят сделанного.
Стиснув зубы, я прошел прямо сквозь призрака, отгоняя отвратительное чувство холода, коснувшееся рук и шеи, но марево не собиралось отпускать меня просто так. Оно оплело рукава куртки и тянулось следом.
— Когда я уйду, то ты должен пообещать мне, Вэйл. Пообещай, что не станешь ненавидеть…
Она всегда говорила “когда”. Не “если”, а именно “когда”, делая больно каждым своим словом, каждым жестом.
Я старался этого не замечать, отмахивался от очевидного. Не желала верить и думал, что все будет хорошо, что в моих силах что-то изменить.
Всем свойственно верить в лучшее, надеяться на большее и в какой-то момент жизни, я тоже был таким. Я был очарован Рэной. Ее силой, ее жаждой знаний, непреодолимым и жгучим желанием подчинить себе каждую каплю силы, дремавшей под трактиром.
Она была рождена для этой роли. Быть хозяйкой. Долина всегда отвечала ей взаимностью, все живое вокруг тянулось к Рэне, обожало ее.
Я сам обожал ее.
Но внутренний голос всегда шептал, что все это временно. Что ее любовь быстротечна, переменчива и неизменна только к силе и знаниям. Я не верил ему, спорил сам с собой, убеждая в обратном.
Я считал, что это изменится, но ошибался. Как и во многом другом.
Больше я не совершу подобной глупости, слишком дорого мне в итоге обошлись чувства, которые оказались совершенно не взаимны и доверие к человеку, что выбрал силу, а не мир рядом, нуждающийся в его защите.
Сколько горестей принес ее уход!
Сколько штормов, камнепадов, суровых, безжалостных зим и засух губивших урожай перенесла долина? Сколько смертей теперь на совести Рэны, искавший знаний, но не баланса? Все эти смерти и на моей совести. Я был не готов, не сделал ничего, чтобы хоть как-то смягчить удар.
Часть погибших в те жуткие месяцы я хоронил сам. Наказывал себя за слепоту и доверчивость.
Я нуждался в этих воспоминаниях, как в болезненном шраме, что всегда бы напоминал — хозяину перекрестка дорог нельзя доверять. В любой момент он может уйти. Жажда знаний и могущества никогда не позволит ему поставить чужие желания и интересы выше собственных.
Внутренний голос же, мой давний спутник и комментатор, не преминул поднять голову.
“Ты злишься из-за бед, постигших город, но в глубине души ты зол, потому что Рэна выбрала не тебя, а силу. Ты знал, что так будет, что она уйдет. Ты видел знаки, но все равно оставался глух к ее словам. Кого в этом нужно винить? Ее или себя?”.
— Она предала этих людей, этот город. Она не могла не знать, к чему приведет ее бегство.
“Но и ты не мог не знать. И больше того, тызнал, что это случится, но не хотел верить. Так в чем тогда ты можешь винить ее? Рэна не сдержала обещание, потому что никогда ничего и не обещала”.
Эти мысли часто меня посещали. Они накатывали волной каждый день и с каждым новым разом противостоять все сложнее.
Да, я все исправил. Свои силы и душу я бросил в пасть безжалостной магии, только бы удержать этот крохотный мир от уничтожения.
И я выжил, восстановил город и торговлю с мыслью, что больше не допущу подобного. И мысли о собственной вине смешивались с мыслями о бегстве Рэны в гремучую смесь, которая часто отравляла мой взгляд на мир.
Ноги сами несли меня вперед и только через минуту я понял, что снова стою у лавки оберегов.
— Тьма тебя раздери…
Перед глазами — новая хозяйка. Мелкая, взбалмошная и неуправляемая. До дурости бесстрашная, не похожая на людей, которых я до этого знал.
В ней был какой-то изъян, который я не мог понять. Крохотная червоточина в самом ее нутре, из которой тонкая темная нить тянулась за пределы города, к трактиру.
Девчонка была привязана к этому месту и, скорее всего, не по своей воле. Высшие силы держат ее здесь? Почему? Что в ней такого особенного?
 
Призрак снова появился рядом, но я старался не обращать внимание. Мне нечего сказать Рэне, и никак не могу ее освободить.
— Каждому нужен второй шанс.
Второй шанс?! Чтобы снова потом иметь дело с ужасами магических бурь? Снова помогать человеку, который все равно уйдет, почуяв, что древние силы под землей могут дать куда больше, чем спокойная жизнь здесь?
Больше, чем я могу предложить…
Внутри я понимал, что не до конца справедлив. Я не знал цели девчонки, я с ней не говорил, сразу отбросив малейшую возможность, что этот человек может оказаться не таким, как я привык считать.
Тем более я уже куда сильнее, чем был когда-то. Никакие бури и засухи больше не смогут пошатнуть меня.
“Ты можешь присмотреть к этому человеку. Чтобы не произошло, ты будешь готов ко всему. Сейчас ты будешь готов”.
Груз прошлых ошибок сейчас лежал на одной чаше весов, а любопытство на другой. Первое сильно перевешивало и я пока не хотел поддаваться второму.
Демоны не лишены человеческих чувств. Иначе ни меня, ни этой долины бы никогда не существовало, не влюбись мой отец в простую смертную и не создай здесь город.
Откинув морок, я едва не лишил хозяйку лавки чувств.
— Господин! — воскликнула она и подскочила на ноги. Из ее рук выпали спицы и пряжа, отчего мне стало немного стыдно.
— Прости, Марта, я не хотел тебя пугать.
— Да что вы, перестаньте! — женщина подобрала вязание и отложила его в сторону. На ее лице расцвела широкая улыбка.
Пробежав взглядом по оберегам я нашел тот самый, с цератой. От плохих сновидений.
Но рука к нему не потянулась. Мне показалось, что для новой хозяйки это неподходящая вещь.
Ей бы больше подошел черно-синий звездчатый митори, на серебряной цепочке.
Зачем я это делаю?
Рука застыла над оберегом и я даже не понял, почему потянулся именно к этому украшению.
Зачем?
Подцепив пальцами цепочку, я поднял оберег. Митори дарил ясность ума, отгонял дурные мысли. И даже не знаю, кому он нужен сейчас больше: новой хозяйке или мне самому.
Оставив на прилавке несколько монет, я попрощался с хозяйкой и отошел в сторону, чтобы снова поднять морок. Подняв трость, я ударил ею о камень и шагнул в открывшийся разрыв, похожий на колеблющийся темный туман, что моментально схлопнулся за моей спиной.
***
Выглядел трактир жалко. Впрочем, тут давно никого не было и все вокруг заросли травой и цветами. Холм потому и назывался Белым из-за обилия пушистых белоцветов, которые росли повсюду, даже на камнях.
Вход в трактир выглядел странно. Стояла она не той стороной и проем покрылся трещинами и выбоинами, а где-то просто превратился в труху, будто кто-то с силой ударил по нему изнутри.
Внутрь я, конечно же зайти не пытался. Даже здесь было слишком много дурных воспоминаний, что уж говорить о комнатах, где я с Рэной провели слишком много времени.
Волосы на затылке зашевелились от холодного ощущения силы, что все еще спала внизу, но уже медленно ворочалась, почувствовав новую хозяйку. В воздухе чувствовалось напряжение, все будто замерло в ожидании бури.
Двинувшись вдоль стены, я скользил ладонью по камню, чувствуя и влагу от вчерашнего дождя и шероховатость, и трещинки.
За углом, в высокой траве прятался овальный камень и ни один человек бы никогда не догадался, что это.
Опустившись на корточки я немного принял траву открывая небольшой знак, высеченный прямо на серой поверхности. Круг и запертая в него стрекоза.
Когда-то появление духа Рэна сказало мне все, о чем я боялся подумать.
Её тело мне найти было не суждено, ведь в здравом уме никто не спустился бы в катакомбы под трактиром.
Сила там могла убить любого неосторожного, даже демона.
И она убила Рэну.
Как это случилось, почему? Обещания знаний были лишь ловушкой или наоборот, получив их, Рэна не вынесла веса подобного груза.