Иллюзия преданности (СИ)
Терри и Арри переглянулись.
— Ты тоже это слышал? — Терри на всякий случай решил перепроверить, не померещилось ли ему. Мало ли. Слышит же он, в конце концов, голос «стертого» агента. Замороченной голове веры нет.
— Уж поверь, лучше бы я этого не слышал! — в сердцах бросил друг, в порыве чувств дернув себя за выбившуюся прядь. — Правильно про него Тармо говорил. Ему нельзя доверять.
— Я и не собирался ему доверять. Хотел попросить, чтобы ты прикрыл меня и не пускал никого на лестницу до тех пор, пока я не вернусь.
— И правильно.
— А что говорил Тармо Перту?
— Что Келва давным-давно заслужил серую куртку за свой дерьмовый характер, но откупается тем, что находит и сдает Специальной комиссии одержимых. Как тебе объяснить в двух словах, чтобы ты не принял на свой счет… — Арри в растерянности зачесал растрепанную шевелюру набок.
— Что-то вроде егеря, ясно, — удивляясь собственному равнодушию, кивнул Терри. Он проводил взглядом спину в ладно сидящей по фигуре синей куртке. Почему-то даже теперь Келва не казался опасным противником. В опущенных плечах виделся некий надлом, слабость. — А меня сдала Вария. Или Карьян.
— Такие слухи разлетаются быстро. Может, он нарочно подстроил тогда сцену с булкой? Тебе нужно быть острожнее с ним.
— Я понял. Спасибо, что предупредил.
— Говорят, белая кровь чует егерей. Я не верил, пока оно все не сошлось одно к одному. Видимо, во мне тоже есть пара капель. До смерти хочется его убить прежде, чем он засунет твою гениальную, но совершенно безрассудную голову в экстрактор, — с внезапной откровенностью признался Арри. Он явно не знал, куда деть руки, ноги и глаза. Прошелся туда-сюда и с раздражением пнул спокойно лежащий на полу деревянный брусок.
— Дай угадаю. Он за это признание тебе врезал? — со смешком поинтересовался Терри, старательно не обращая внимания на то, как горячо отозвались в нем искренние слова друга про белую кровь и желание убить егеря прежде, чем тот успеет навредить. С такой точки зрения все это имело смысл, да еще какой!
— Нет. Я обвинил его в том, что он использует первокурсницу как наживку, чтобы добраться до тебя.
Смех прокис в груди Терри. Грубым словом «наживка» называли тех девушек, которые работали в портовых тавернах и на близлежащих улицах. Их задачей было не столько оказать специфические услуги, сколько заманить мужчину в заведение, где его уж точно обдерут до самых пяток, как кролика. Риамен прочистил горло и сухо сказал:
— Все не так, как ты думаешь.
— Посмотрим, — только и ответил Арри.
* * *
Железная лестница вела к двери на крышу.
Правда, сперва пришлось миновать пыльную каморку-тамбур неясного назначения, в которой доживали свой век слепые пауки. Сквозь щели в рассохшейся древесине по ногам тянул холодный сквозняк. Терри высоко поднимал ноги и старался не думать об источнике тихого шелеста по сторонам. Звук был щекочущий, до мурашек напоминающий скорее о шепоте призрака, чем о маленьких лапках ночных грызунов. Риамен предпочел представить себе, что это сквозняк настойчиво листает туда-сюда одну и ту же страницу в некогда раскрытой, да так и оставленной книге.
После каморки за обитой жестью дверью распахнулся во все небо купол Сияющего квартала. Подсвеченная луной и фонарями, переменчивая пленка энергии, натянутая над головой сколько хватало глаз. И именно ночью особенно отчетливо были видны бреши, в которых свободно гулял ветер. В пробоинах купола звезды не обретали колкий ореол и не двоились в глазах.
Терри полной грудью вдохнул свежий ночной воздух и тут же замерз до самой селезенки. Холодный ветерок пробрался под куцые рукава кителя, который Терри предусмотрительно накинул на плечи перед тем, как подниматься по лестнице. Ледяной страх высоты свил гнездо в груди и стал расползаться по жилам с каждым осторожным вдохом-выдохом. Услышав, как под пяткой что-то звонко треснуло, Риамен едва не потерял равновесие на ровном месте.
— Ну почему как что, так сразу крыша? Н-неужели нельзя было найти уютный погреб с ядовитыми з-змеями и высохшими черепами? — сквозь зубы процедил Терри, стараясь не обращать внимания на то, что у него слабовольно дрожит подбородок.
— Потому что, как ни посмотри, крыша подходит больше, — рассмеялся где-то рядом Келва. Резко, рискуя сверзиться с покатой черепицы, Терри вскинул голову и увидел техника у неприметной дверцы под традиционным резным козырьком, изображающим ветер в виде рогатого змея с длинными усами. — Ты слышал сказку о том, как ветры в Акато-Риору учатся летать?
Терри отрицательно помотал головой. Его куда больше заботила странно притягательная высота под ногами, чем чьи-то там уроки полетов.
— Они соскальзывают с пологих скатов. Благодаря изогнутой форме крыш, неопытные ветры не падают на головы прохожим, а отталкиваются и взлетают выше. А дальше все зависит только от того, как широко они раскинут крылья и насколько интенсивно будут ими работать.
— К-как тр-рогательно. Д-должно быть, в этом есть к-какой-то глуб-бокий с-смысл, — как ни пытался Терри освоиться на продуваемой ветрами крыше, расслабиться ему не удавалось, а временами его зубы даже выдавали недолгую нервную дробь.
— Какой ты все-таки недогадливый, аристократ, — укорил Келва. — Не умеешь читать между строк. Когда мой дядя работал секретарем Первого советника, он постоянно рассказывал анекдоты, как высокородные съедали друг друга при помощи одной остроты и двух метафор. Ты в той среде и дня бы не протянул.
— Я и не протянул.
Келва опять коротко засмеялся и подал Терри руку, чтобы помочь ему преодолеть страх высоты и затянуть на относительно пологий участок крыши перед деревянным фронтоном. Там он с самым непринужденным видом уселся прямо на черепицу и похлопал ладонью рядом с собой, приглашая Терри занять место рядом. Тот помедлил, но возражать не стал. Сидя оно как-то безопаснее. И ветер не пытается столкнуть тебя вниз.
— Так что, здесь проводят собрания? — усомнился Терри.
Техник усмехнулся так, что сразу стало понятно: говорить на эту тему он не станет. А если и станет, то верить нельзя будет ни единому слову.
— Зачем тебе собрания, аристократ? В чем твоя выгода?
— Аннели рассказала, что вы против Арчера и его политики. Я тоже, — быстро сказал Терри.
Ветер стих, будто прислушивался. Терри задрал голову, чтобы проверить, на месте ли прорехи в куполе. Так и есть: над головой, как рябь по воде, прокатывались волны от усилителей. Техники латали купол. Едва ощутимая вибрация пронизывала воздух.
— Почему ты против?
— Он угрожал мне.
— А кто ты такой, чтобы Арчер угрожал тебе?
Вопрос задел за живое. Терри посмотрел на свои руки.
— Я Риамен. Кажется, ему этого довольно.
Келва хмыкнул.
— Непросто живется наследникам героев, а? Но тут ты заблуждаешься. Гэрран Арчер не из тех, кто тоскует по старой родине. Акато-Риору дал ему гораздо больше, чем могли даже в теории дать горы и примитивные шаманские практики.
Терри промолчал. Сам он подумал, что банальный мотив мести в этой головоломке выглядел бы даже красиво. Когда-то старый король использовал фигуру его деда, чтобы разбить надежды горцев вернуть долину Риодана. А сейчас один их тех горцев мог бы попытаться использовать внука, чтобы разрушить надежды сына того короля вернуть под свой контроль Академию. В какой-то момент Терри даже подумал, что при таком раскладе вся его жизнь могла бы стать сюжетом для дешевой книжки в жанре курьезных злоключений. Вроде тех, что публикуют на серой бумаге и которые продаются не в респектабельных книжных лавках, а кочуют в руки покупателей прямо из сумок мальчишек-газетчиков рядом с вокзалом.
— Что у тебя с Аннели? — глядя прямо перед собой, спросил Келва после долгого молчания.
Терри зажмурился и глубоко вдохнул, чтобы подавить вспыхнувшее раздражение. Он так и подумал, что о собрании и даже об Арчере Келва если и будет говорить, то только для того, чтобы свести разговор к Аннели.