Статус: Попаданец (СИ)
— Зашибись вы тут развлекаетесь. Никто тут ставки не делал ещё, как на тараканов, кто из них добежит до точки назначения? Нас же воскрешать ну просто бесконечно можно, с вашими возможностями-то!
— Я запретил. А не воскрешать мы не могли. Слишком большой властью обладает командор.
— Так чего вы от меня хотите-то?
— Ты один из самых перспективных кандидатов, — Инга решила меня задобрить, что ли? — При отборе на те или иные роли в спец. операции по спуску на планету ты единственный из оживлённых имеешь такие показатели по силе, ловкости и выносливости, адаптации к новым условиям и интеллектуальному показателю совместимости с нужными нам нейромодами. И внешне ты похож на местных жителей. Идеальное сочетание.
— Задача такова. Целью является дворец правящей династии Дэгара, древний клан Мит, тело мёртвого главы которого наша лаборатория благополучно просрала, не без помощи Борадо, естественно, и нейромод главы Митов так и висит в нашей базе как заархивированный.
— То есть, глава клана Мит не живой, но и не мёртвый, — прокомментировала Инга, уже более понимающая, что я вообще ни о чем не знаю. — Обычно это в правящем древе кланов и родов по табелю о рангах империи людей отображается практически сразу.
— И из-за отсутствия правительственного доступа к консолям руководства всей системой энерого- и жизне-обеспечения правящей планеты колонии, а также из-за тотальных ковровых бомбардировок нашим командором, помимо этих систем колония лишена военной защиты и хоть какого-нибудь будущего. Проще бросить всё, улететь из этой системы, и пусть они сами восстанавливаются, тысячи лет. Такого позора на политической площадке Галактики Империя людей просто не выдержит. Нас снесут остальные расы, лишат всех привилегий и любых возможностей к торговле и военным коалициям. Нас сбросят на самое дно, как тридцать тысяч лет назад. О нас забудут, и мы лишимся многих ресурсов. Весело будет, в общем.
— Так а что в этом самом дворце-то надо?
— Нейромоды правительства, наследников рода, правящих полномочных лиц, офицеров и так далее. Хоть кого-нибудь. Либо носитель, на котором сохранены все явки и пароли, доступы и информация по планете, а лучше всему планетарному созвездию конгломерата Дэгар.
— И что я за это получу?
— А что ты хочешь? — устало спросил Морган.
Глава 6
— Хм, — я задумался, размышляя вслух: — Я должен спуститься вниз, на землю, ой, на Дэгар этот ваш, выжить в нереальных условиях, о которых не знаете даже вы сами, найти то, не знаю что и где…
— Ну, насчет «где» — приблизительно понятно. Это дворец правящего клана колонии, с наибольшей вероятностью.
— И, мало того, доставить это на Станцию, которой к тому времени может уже и не быть. А ещё я не профессиональный оперативник, а только что призванный воскрешённый, который вообще мало представляет себе технологии вашего времени и не владеет никакими усилениями по той же причине. В отличие от предыдущих смертничков.
— Предыдущие «смертнички» и в подмётки не годятся по твоим возможным результатам, — объяснила Инга. — Перспектива хорошего исхода — уже половина дела.
— Угу. Осталось замотивировать на это бесперспективное дело меня, такого всего перспективного со всех сторон.
— Так чего ты хочешь?
— Мало того, — проигнорировал я его вопрос. — Какой смысл мне лезть в эту мясорубку на поверхность Дэгара, чтобы снова умереть, чего я очень не собираюсь совершать, уже имея лютый опыт смерти на этом вашем Дэгаре. Не дай бог никому. Даже врагу не пожелаю. Я жив, одет, обут, надеюсь, меня даже покормят, наконец. Нахрена мне тащить свою жопу на стопроцентную смерть, возможно еще и через сну-сну?
— Обычно люди благодарны нам за воскрешение, каждый хочет остаться в живых. Обычно мы им предоставляем паспорт гражданина Империи со всеми допусками в любой мир до уровня «четыре звезды», стартовый капитал-минимум, чтобы он мог обустроиться на выбранной планете и найти себе занятие по душе.
— Подозреваю, что обещать-то вы им обещали, Инга, но вот никто пока в живых до вас не добрался, чтобы сдать задание. Да даже связаться с вами не могли, что уж там вернуться. Так что обещать можно златые горы, но на деле…
Плюс я услышал её прекрасно — про четыре звезды. А четыре — это наверняка не высший уровень развития мира. Сто процентов, есть еще и миры уровня «пять», а может быть и все «десять».
— Но как же… — девушка растерялась.
— Если умирать — так лучше на станции, ну или на крайняк в открытый космос шагну. Это уж точно быстрее и интереснее, чем быть опять размазанным как лягушка под прессом. Хороший вид перед смертью — что может быть прекраснее!
— Ты не знаешь, что такое смерть в открытом космосе!!! — зарычал Морган, сжимая кулаки.
— А ты не знаешь, как умирают под многотонным прессом!! — я шагнул ему навстречу и тоже завёлся.
— Так чего. Ты. Хочешь?? — Морган судя по всему давно уже искрошил себе зубы, пока разговаривали, — с таким неистовством он играл желваками, пытаясь испепелить меня взглядом.
— Её! — я ткнул в Ингу пальцем, и её лицо мгновенно стало краснеть от напряжения и возмущения. Наверное, от солидарности с нашими уже красными мордами лица.
Вместо ответа я отлетел к переборке тех-отсека, получив удар в челюсть. Разъярённый Морган наступал в мою сторону
— А ещё мне тут обещали память восстановить, но, похоже, собираются последней лишить.
Кажется, меня сейчас будут бить. Возможно, даже ногами. Вероятно, с летальным исходом. Мы в разных весовых категориях с этим парнем. Очевидно, что я не выстою против его массы и, наверняка, проф. усилений с этими их нейромодами… Но сопротивляться буду до последнего.
Ну и слава Б-гу, не очень-то и хотелось пахать тут на них неизвестно за какую награду. Жить, конечно, хочется, но перспектива идти на верную смерть вот ни разу меня не прельщала. А именно об этом и вопила вся обстановка этой Станции.
Морган не успел ничего предпринять, потому что по пространству пошли гигантские возмущения, возникло впечатление, что затряслась вся Станция, а потом горизонт стал сбоить и пол явственно накренился. Ходить ещё было возможно, но всё, то не было прибито к полу/стенам, стало медленно сползать вниз, в сторону крена.
То ли пси-способности Моргана от ярости ушли из-под контроля, то ли в нас (в Станцию) опять кто-то попал.
Пространство как будто рвалось и корёжилось, огромные балочные переборки на потолке начали свой скрипящий вой, угрожая порваться как резиновые от растяжения, стены мелко дрожали как от инфразвука, аж в зубах засвербило от этого повсеместного ощущения.
Я подскочил, собираясь предложить решить дело миром и срочно заняться спасением своих шкурок, но тут внесла свои коррективы та самая огромная балочная переборка, до этого дико скрипевшая как несмазанные тормоза на новой ладе калине.
Всё произошло мгновенно: балка лопнула, и лопнула прямо над головой Моргана, а мелкие куски разлетелись до самых дальних стен, огромный кусок этой переборки неуловимо для глаза как будто телепортировался прямо на темечко этому громиле. Я в тот момент просто даже не понял, что произошло: вот Морган стоит, а в следующую секунду он лежит в отрубе, и из под его затылка растекается бордовая лужица. Инга бросилась к нему, щупать пульс, я осознал, что если мы останемся здесь, то и нас накроет — точно так же, либо ещё как-нибудь интересно. Потому потащил девушку из тех-отсека наружу, искать выход к капсулам эвакуации или чему-то подобному. Она сопротивлялась:
— Неет! Я без него не пойду! Он нам нужен! Надо его взять с собой, спасти!!!
— Инга, очнись, — встряхнул я её, глядя в глаза, — приди в себя, Морган не жилец. Нам надо срочно спасти свои задницы, потянем его за собой, можем не успеть! Где здесь эвакуационные капсулы? На чем отсюда можно свалить, пока Станция не рассыпалась в труху?
Мы уже были в коридоре, и я испытал дежавю — всё было как в моём сне: длинный коридор, в котором погасло основное освещение и мелькали проблесковые аварийные маячки фиолетового цвета, в ту сторону, откуда мы сюда пришли, дул ощутимый сквозняк, техники в спецодежде бежали в его направлении, небольшая, но суматоха поднялась.