Статус: Попаданец (СИ)
— Да, там! — она сразу потянула меня в сторону, куда указала кивком головы.
И мы устремились туда со всей доступной нам скоростью, так и волоча на плечах несчастного Моргана. Надоел он мне уже как-то, приуныл я, уже приуставший от бесконечного забега с препятствиями. И стал я задумываться, а так ли уж он нам нужен? Тем более, общий язык мы не нашли, и есть все шансы продолжить выяснять отношения уже там, на планете. Ну, если он очухается, конечно. Нужные нейромоды в меня загружены — разберусь как-нибудь, если они приживутся. А если нет — «жить захочем, не так раскорячимся».
Пока бежали, Инга вслух радовалась, что наш склад был (удивительно, правда?) прямо рядом с грузовым терминалом, а грузовой терминал не стали конструировать в противоположном конце от планового (регулярного) полётного, что для персонала и боевых вылетов. Система пристыковки одна и та же, так зачем разбрасываться местом и функционалом в космическом пространстве?
В огромном ангаре, абсолютно пустом и гулком, не было ни одной живой души, как и вообще какой-либо летательной техники. Как это громадное помещение не покорёжило, как остальные пространства, и почему именно здесь не было ни одной пробоины, в голове не укладывалось. Думать об этом я решил потом, когда успешно «придэгаримся» и нажрёмся от души.
Нет, везуха ещё со мной: ни больше, ни меньше, на стыковке стоял один, последний (!) флаер, или шаттл, я всё равно в них не разбираюсь (надеюсь, это не надолго).
Мы, естественно, сразу же Моргана назад сгрузили, быстренько пристегнулись, и тут Инга мне выдала совершенно в духе всех женщин каждой существующей и не существующей Вселенной. Моей Вселенной, их Вселенной, любой реальности любого мира, судя по всему:
— Мне надо переодеться!
Рука-лицо. И полные недоумения и шока глаза. Мои глаза, мои рука-лицо.
— Да, дорогая, конечно, дорогая, иди, одень вечернее платье, хуле. На приём же выдвигаемся!
— Какой приём?! — ей мой сарказм не зашёл. Ну и ладно. — В шаттле будут перегрузки, я без технического костюма, как у тебя, не выживу.
А, ну да, она же так и рассекала со мной в своём феноменальном секси-халатике медсестры. Эх, завалил бы я её, если бы не весь этот цирк.
— Вовремя ты, конечно, вспомнила. Этому же тоже надо костюм? — я кивнул на Моргана.
— У него форма, имеющая функции полётного скафандра, надо только активировать их.
— А искать то на тебя костюм и негде. По дороге не было ничего такого. Ангар огромный, бежать куда-то искать гардеробную — времени нет… Тут у вас в шаттлах не кладут запасные?
— Точно!
— Так лезь, ищи, а я начну заводить эту колымагу. Дома летал — и тут полетаем. Стартанём, а ты не успеешь перебраться обратно — крепись там где-нибудь, и друга своего тоже примотай хотя бы.
Инга перебралась назад, в пассажирскую часть шаттла, и принялась за поиски. А я, ощутив, что ничего не понимаю в местной космонавтике (успокаивало то, что я и в своей родной ничего не понимал — ну не Гагарин я!), стал разбираться в управлении аппаратом. Благо, многое интуитивно было понятно (или это нейромоды начали внедряться мне в мозги?), поэтому я нажал на главную кнопку и сказал:
— Ну, как говорил один неизвестный мем, попистофаалии!
Глава 7
Не взлетаем. Ангар закрыт. То ли лыжи не едут, то ли я ебанутый. Было бы логично, если при таких технологиях выпуск космолётов из стыковочной платформы происходил автоматически. А это значит… А что это значит?
— Инга, ты там как?
— Мы готовы к старту.
— Старта не случилось, как видишь. Либо шаттл поломан, либо я чего-то не вкурил. Ваши нейромоды автоматически загружают инфу в мозг?
— Обычно да. Но в твоём случае, из-за того, что у тебя вообще никаких не было до этого, а ставить мы начали чуть ли не высший уровень навыков, да ещё в таком количестве… Надо проверять, через интерфейс в блоке «Установки».
Я полез в виар-интерфейс. Какая чудо-техника: по моему хотенью, по щучьему веленью тут же раскрылся интерфейс дополненной реальности, я нашёл закладку «Настройки/Установки» и стал копаться. Интересно, что во время забегов и остального тут со мной на Станции, я и забыл, что имею такую штуку. Хорошо хоть, не мешала — времени с ней разбираться не было от слова вообще.
И сейчас времени не было, даже в шаттле чувствовалось, что уносить ноги надо как можно быстрее. Пизда котёнку, то есть Станции.
Ага, вот они, я пролистал до системок с описанием полученных нейромодов и комментариями местной системы:
[Нейромод «Пилотирование»: улучшает навыки полетов на малых атмосферных аппаратах до управления малыми космолётами]
[Для внедрения Нейромода «Пилотирование» требуются базовые навыки управления атмосферными планетарными летательными аппаратами]
То есть, личного опыта недостаточно, чтобы просто жать на кнопки и улететь в дали дальние? Как-то всё тут у них геморно…
С учетом того, что на планете всё раздолбано в хлам нашим незабвенным командором, нейромоды по факту ни прокачать, ни обновить, ни дополнить негде будет. А если помрёшь, то и воскресить будет негде, и некому.
Так что надеемся только на собственные силы, личную везучесть (приходится верить тому пропавшему без вести мырамситу), и загадочные пси-способности.
Пока так размышлял, одновременно распаковывал и устанавливал методом научного тыка пилотажные навыки и доступы. Ибо нет ничего универсальнее, чем наш русский извечный научный тык и авось. Ну и результат — вроде всё стало как надо, автоматически пришло понимание, что и как надо делать, и что та нажатая главная кнопка — это сигнал в диспетчерскую о готовности пилотирования звездолётом.
И наш шаттл — это не шаттл, а командный корвет класса «А», фактически личная элитная «тачка» нашего сирого командора. Не отпиздил в реале, так поднасрал этому франту, спасаясь именно на его тачке. Сделал гадость — весь день в душе радость!
Кресло, в котором я сидел, обхватило меня что родная любовница в самом страстном и пылком экстазе, фиксирующие ремни выстрелили с боков спинки и подлокотников, обняв меня так же нежно и плотно, как само кресло.
Комфортно. Так, а дальше что? Я попытался осмотреться, ожидая, что откуда-нибудь выдвинется пульт управления — рычаги там, кнопки, или более подходящая какая-нибудь голографическая панель управления типа «терминал», как я до этого везде у них видел. Но нет.
Внезапно по всему позвоночнику в меня впились тонкие иголки (это кресло такое, с секретом, понял я запоздало), и я начал терять связь с телом. Конечности задеревенели и по ним как будто прогнали ток, дальше сигнал от рук и ног был потерян. Шея, спина, торс как будто слились с ложементом, а пространство в сознании расширилось до границ корабля.
Я слился с машиной, вот что произошло.
Я ощутил, как корвет касается обшивки пола ангара своими фиксаторами, знание о состоянии всех систем возникло как само собой разумеющееся, перед глазами появились значки и данные по кондиции и готовности модулей с автоматикой и ядром, я теперь знаю загрузку двигателя — максимальную и оптимальную, знаю и потребности всего биомеханизма челнока.
Я стал машиной.
Я почувствовал отклик от аппарата. В сознании пролетело об эмоциональности этого отклика.
Моё тело — космолёт, моё сознание — пилот этого корабля.
Просканировав окружающее пространство, я забыл о холодном металлическом покрытии, на котором был пришвартован. И не заметил момент вылета в открытое пространство. Это было уже не важно.
Я увидел звёзды…
Я почувствовал Звёзды.
Я прикоснулся к ЗВЁЗДАМ. Растворился в пространстве, бессознательно отшвартовался и стал парить в черноте с огненными всплесками.
Я танцевал, играючи управляя кораблём. Не передать одновременную тяжесть и невесомость корабля, которым ты стал. Гул гравитационных двигателей, потоки воздушных течений, вытягивающие тебя в океан Звёздной Пустоты, опьянение полётом в невесомости, которой ты управляешь. Которая тебе подвластна как по мановению души.