КЖД VI (СИ)
— Я что-то не увидел осадных машин... — пробормотал Кальдур.
— А они нам и не нужны. Мы ждём самого важного участника осады.
— И он явился, — раздался голос, и жёлтый плащ Улана Плеть Юга мелькнул перед глазами Кальдура. — Сотня големов, как я и обещал. Не останется от этой стены камня на камне.
Виденье 63. Убирая лишнее
— Думаешь эта сука Избет ещё охотится на нас? — бросила ему Розари, совершенно не опасаясь, что их подслушают.
Кальдур мотнул ей головой, чтобы она пошла за ним, и продолжил только когда они удалились на приличное расстояние.
— Короли обычно не забывают обиды... Ну насколько я вообще могу знать о королях.
Розари удивлённо повела бровью, словно пытаясь понять, в чём она виновата, надула губы и раздражённо фыркнула. Этот жест дался её почти без напряжения, словно бы она отпустила ситуацию с Дуканом и двинулась дальше. Он скучал по такой Розари. Улыбнулся ей и пожал плечами.
— Ой, у нас всё равно нет времени на такие разборки. Насрать на неё, подняться на зеркан в небо и снова настрать оттуда. Чтобы она там не творила, но Войско Рассвета уже тут, и картина мне более чем нравится.
— Думаешь из этой затеи выйдет толк? Хочешь взять Улана за жабры и допросить?
— Да. Просто узнать, чего он там напридумывал и пошло ли дело дальше его бахвальства. В первую нашу встречу он показался мне достаточно мутным. Но что если он действительно сделал что-то полезное?
— Я бы не стала давать надежде и вере снова прорасти в себе. Темники мне слишком уж много крови выпили, и крыльев пообломали. Как бы это всё, — она многозначительно провела глазами по лагерю и собирающемуся войску, — не превратилось в очередной кошмар наяву.
— Думаешь, темники всё ещё на шаг впереди и всё это ловушка? — улыбка Кальдура стёрлась. Он не хотел пускать к себе внутрь такие мысли и стирать хорошее предчувствие.
— Ты думай, — буркнула Розари. — Мысли меня раздражают. Эта большая армия. Другую такую мы никогда не соберём. Так вот и скажи мне — как это так вышло, что темники дали нам здесь собраться?
— Этот бой — решающий, — согласился Кальдур, немного помолчав. — И у темников припасено куча мерзостей, я уверен. Их позиция настолько выигрышная, что вся затея кажется безумием и самоубийством. Но так ли были хороши в своей игре, Розари? Разве мы не сбежали из сердца их лагеря? Разве они смогли найти нас в тоннелях? Разве смогли предугадать, что мы поднимем восстание? Не-е-ет, они умны, коварны, опасны, но они не всевидящие и не всесильные. Мы их переиграем.
— Как?
— Ещё не знаю, но сдаётся мне не только я в этом лагере озабочен такими вопросами.
***
— Оба живы, — заключил Улан, кинув на них быстрый взгляд, когда они вошли в его шатёр. — Очень хорошо.
— А что, ты сомневался? — буркнул Кальдур, подняв в приветствии руку.
— После потери Госпожи, я сомневаюсь во многом. Такая работа. Ну? Чего желаете? Приказов или есть о чём должить?
Кальдур и Розари переглянулись. Розари бесцеремонно прошла вглубь шатра, нашла бурдюк с вином, уселась на импровизированную кровать и с отсутствующим видом начала пить. Улан отложил бумаги и посветил всё внимание сбитому рассказу Кальдура.
— Всё-таки убили Наира, — Улан выглядел озадаченным и пытался переварить весь поток информации. — И даже не одного. Неплохо-неплохо. Вот как они сделали их таким могущественными и живучими. Какое же подлое колдовство... на людских слабостях. Типично для Морокай. Жаль, что вы так и не смогли помочь Госпоже. И про Бездну я тоже знаю... Каждый раз, когда тут происходит Битва, мы пытаемся закрыть её, да надолго не хватает...
— Вы знали про Бездну? — сухо спросил Кальдур.
— Ой, не смотри на меня так. Там был гарнизон и целая команда, пытавшихся решить вопрос раз и навсегда. По древней традиции, когда зло является снова, они умирают первыми. Не знаю я, как закрыть эту чёртову дырку. И никто не знает. Даже Госпожа не преуспела. После Пятой Битвы, так на всякий случай, Она жгла чёртову гору Зраксирусом целый месяц, а Её зеркан обрушивали входы... И что мы видим? А снова тоже самое.
— Я не знал.
— Да ты много чего не знаешь, юноша. Есть ещё что-то о чём я должен знать?
— Вообще-то, это мы пришли расспросить... Ты там что-то про големов говорил...
Улан прищурился, внимательно разглядывая Кальдура и что-то прикидывая в уме.
— Ах да... Вы были в курсе моих планов, но не в курсе того, что я... Кстати не вижу среди вас этого...
— Он погиб, — процедила Розари.
— Жаль, — холодно заключил чародей. — Дорогая была вещь. Одна их первых.
— Ты про голема? — спросил Кальдур.
— Да. Ниврок его звали. И его владелец тоже погиб, полагаю. Нужно было отдать в более хорошие руки.
Розари судорожно вздохнула и вернулась к вину, Кальдур пропустил презрительную реплику мимо ушей.
— Ты сумел сделать ещё, чародей? Улучшил свои творения? А то сотни шнурков для ботинок нам не хватит, чтобы долезть до Дворца или притушить хотя бы тысяч десять этих ублюдков.
— Шнурок — игрушка, — раздраженно фыркнул колдун. — И-гру-шка! Големы — это нечто совсем иное... Ну... если честно, я не смог их воссоздать в полной мере. Слишком сложная структура, и у меня нет доступа к такой энергии.
— Значит, всё-таки чушь?
— О нет, я никого не обманул, да и пёрся бы я в эту даль, просто чтобы похвалится? Нет, детки, у нас есть сотня големов, самых настоящих, готовых рвать и крушить. Когда их привезут, останется только дать им команду...
Кальдур изучал чародея, на лице которого всё сильнее проявлялась довольная улыбка.
— Я, честно говоря, почувствовал себя полным кретином, изъездив всю страну в поисках решения. Когда до меня допёрло, мне захотелось себе череп проломить. Големы были у меня под носом... Готовые и прекрасные, лучше чем бы я смог сделать когда-либо. Основа Небесного Дворца сделана из их сплавленных тел...
— Анижа говорила...
— Да, Госпожа была слишком расстроена тем, что големов обратили против неё, и Она уже не хотела устранять их недостатки. Сплавила их вместе, и построила сверху свой Дворец. Очень много прекрасной и сложной магии... Но после того, как он упал и разбился... Мне осталось лишь собрать их части и снова вдохнуть в них жизнь.
Кальдур шевельнул плечами, пытаясь убрать мурашки, проступившее на него шее.
— Ты притащил сотню воскрешённых големов-предателей к твердыне темников, за стенами которой, Мрак его раздери, сотни и сотни бледных колдунов?..
— О нет, они больше не предатели... — чародей коротко рассмеялся. — Скажем так, первое что сделала Госпожа — это сплавила им мозги... Эту часть, их сущность, их личности, уже никак не восстановить. Они мертвы и никогда не смогут никого предать. Остались только части их тел, полные Её света...
— Эм?
— Я потратил немало времени, пытаясь решить загадку, как снова вдохнуть в них жизнь и обрести контроль над вложенной в них силой... А потом я вспомнил вас, друзья мои... Человеческую волю, несгибаемую под мраком Морокай, облачённую в доспех из Её божественной силы...
— Ты поместил туда людей, — тихо сказала Розари.
— Ещё нет, но помещу перед битвой. И да, я постарался выбрать тех, кто точно справится с этой священной миссией, не отступит и не предаст. Это всё... настоящее чудо, а чудесами у нас должны заведовать жрецы. Скоро они прибудут.
Кальдур закусил губу, снова вспомнив Анижу. Его сомнения сделали улыбку чародея холодной и полной презрения.
— Не бойся, юноша. Жрецы сражались за свою Госпожу дольше всех нас, и они точно нас не подведут. Они не так сильны и умелы как вы, но они станут костью в горле темников, уж поверь мне. А вы им поможете, раз прожили так долго. Жду вас вечером на военном совете. Нужно готовится к штурму.
***
Очередное сборище у шатров командующих состоялось только после заката. В шатре всем места не хватило, и Улану пришлось выступать на улице. В лагерь всё ещё прибывали воины, и большие, и маленькие отряды, и целые армии, и у каждого был командир. И теперь вся эта братия каким-то чудом не спорила, кто из них главный, и смогла сплотиться и откинуть прочь всё неприятное и людское, что Кальдур ни раз видел во время самого начала Битвы много лет назад.