Стратегия одиночки. Книга вторая (СИ)

— Вы не знаете, из-за чего бывает так, что некоторые Таланты не прочитались? Словно песок не смог решить, талантлив я или нет.
— А это… — С лёгким облегчением произнёс жрец и похлопал по песку. — В этом нет ничего странного или плохого. Не переживайте. Это базовый ритуал, он довольно прост и не всегда точен в сложных ситуациях.
— В сложных ситуациях? — Уточняю я, немного при этом внутренне напрягаясь.
— Легче всего объяснить это на примере Талантов Барда. — От того, как он точно угадал, я даже немного дёрнулся, но жрец словно не заметил и продолжил, — Вот как оценить Талант Барда у человека, который является отличным сочинителем, но при этом у него нет голоса? Или наоборот, человек наделён прекрасным голосом, но не имеет музыкального слуха? Или как быть с превосходным рассказчиком, но который вообще не может играть на инструментах и не чувствует музыку? Подобные многогранные Таланты, когда разброс в разных их направлениях составляет две Звезды и более, данный ритуал показывает плохо. Но вы всегда можете пройти дополнительные ритуалы, правда уже не здесь, не в Храме, а в том Цеху, по Талантам которого у вас появились сомнения. — После того, как я кивнул, жрец улыбнулся и спросил, — У вас есть ещё какие-либо вопросы?
— Нет, спасибо вам за помощь.
— Это мой долг. — Поднявшись на ноги, жрец формально склонился в прощальном поклоне.
С благодарностью я также поклонился ему в пояс и, уже покидая Храм, проходя мимо статуи Элаи, оставил возле неё подношение.
Где-то в глубине души я надеялся, что неопределённость в моих Талантах Барда означает то, что у меня там выше пяти Звезд. И именно из-за этого в прошлый раз Ритуал не смог считать нормально эти показатели. Но умом я понимал, что это не более чем фантазии. Если бы это было так, я бы ещё на Земле стал звездой эстрады или знаменитым актёром. Да и Лариндель, скорее всего, прав, возможно, я и правда хороший рассказчик, но при этом как певец весьма серая посредственность. Так что после объяснения жреца я даже почувствовал некоторое облегчение, что всё оказалось столь просто и приземлённо. Загадка, мучившая меня последние недели, обернулась пустышкой, и это почему-то даже обрадовало.
Спускаясь по широкой лестнице Храма, я дышал полной грудью и улыбался, разглядывая облака и не смотря под ноги. Из этого блаженного состояния меня вывел знакомый голос:
— Так и знал, что найду вас здесь!
Аун? Что он тут делает, и вообще, что этому мальчишке от меня надо?
  
Глава 21
 
Неожиданное приветствие заставило сбиться с шага, да так, что я едва не споткнулся на последних ступенях храмовой лестницы. Сделав вид, что я вовсе не оступился, а просто отряхивал брюки, поднял голову и вежливо, хотя и немного натянуто, улыбнулся юноше:
— Привет. Ты меня искал?
— На Гнури вы спасли мне жизнь, и самое малое, чем я могу вам отплатить, это помочь вам освоиться в моём родном городе.
Вот вроде на его лице искренняя улыбка, он и правда рад меня видеть, но при этом в его поведении есть что-то немного не странное, а непривычное для его образа. Он какой-то дёрганный, весь на нервах, хотя и пытается всеми силами это скрыть за располагающей улыбкой.
— Думал, что ты будешь занят ещё несколько дней различными формальностями. — Так как мне сейчас не нужно ничьё общество, то не собираюсь щадить чувства юноши. — После гибели отца тебе разве не надо вступить в право наследования?
Сперва показалось, что мой выпад достиг цели, при упоминании о судьбе его отца улыбка пропала с лица юноши, а взгляд подёрнулся лёгкой пеленой. Но вместо того, чтобы отстать от меня, Аун тряхнул головой и пояснил:
— Наследство не столь велико. — Уголки его губ поджались при этих словах. — Почти все наши деньги были вложены в корабль и начало морской торговли, а то, что осталось, это небольшой дом недалеко от Северной стены да несколько монет.
— У многих в этом городе нет и такого, — киваю на одноногого попрошайку, сидящего у храмовой лестнице.
— Я и не виню свою судьбу. — Он понизил голос и доверительно добавил. — По правде, отца многие отговаривали от морской торговли, но он никого не послушал. Отец даже поругался на эту тему со своим дядей, главой старшей ветви нашего рода. Моя тётя Ханья, к примеру, считает, что гибель отца — это кара за неуважение к старшим. — При этих словах Аун дёрнул плечом, показывая, что не воспринимает подобные слова серьёзно. — Что же касается оформления наследства, то оно займёт пару дней. А пока мне, по сути, нечем заняться, — он развёл руками, — не сидеть же на ступенях муниципалитета и просто ждать оформления бумаг.
 
Так он нашёл меня только потому, что ему скучно, и чтобы не оставаться наедине со своими невесёлыми мыслями? Я вроде не вступал ни в какое благотворительное общество помощи людям в тяжёлых психологических ситуациях, так за что мне подобное “счастье”? Уже собрался послать юношу прямым текстом, попросив его отстать от меня, как он, словно почувствовав моё настроение, быстро затараторил:
— Вы же хотели принять участие в турнире, а мой старший кузен Лаоцын работает на Арене, и, возможно, у меня получится узнать для вас что-то интересное.
На моём лице расцвела приветливая улыбка. Может его кузен в итоге и окажется пустышкой, но мимо подобного шанса, узнать что-то действительно интересное о предстоящем турнире или его участниках, я пройти не могу.
— Это любопытно. — Киваю юноше. — Познакомишь нас? — И тут же разворачиваюсь в сторону Арены.
— Мистер Рэйвен, прежде чем куда-то идти, я бы посоветовал вам сменить одежды. — Одёргивает меня Аун.
— А что не так с моими одеяниями? — Спрашиваю я, похлопывая по кожаным вставкам колета.
— Скажем так, — юноша пытается скрыть улыбку, — они слишком приметны. Вы здесь выделяетесь своим ростом и лицом, так ещё и богатые одежды привлекают к вам внимание. Уверен, любой торговец в городе будет завышать цены для вас раза в три только из-за вашего одеяния.
В его словах на самом деле был свой резон. Да и подаренный Ларинделем гражданский комплект предназначен не для повседневности, а лучше подходил для пиров и приёмов среди знати.
— Я знаю лавку на рыночной площади, где вас можно будет переодеть всего за пару-тройку десятков серебра. Да, будет не столь богато и представительно, зато люди перестанут на вас так оглядываться. — Предложил мне Аун. — Тем более, регистрация на Турнир продлится до заката, так что мы точно ещё успеем вернуться к Арене.
Недолго подумав, я согласился с мальчишкой:
— Веди.
К тому же наличие гида из местных мне сейчас не помешает.
Пока пересекали центральную площадь, Аун безудержно болтал. Паренёк не умолкая трепался, то рассказывая о городе, то сбиваясь на свои семейные истории. Будь я туристом, мне, скорее всего, даже было бы интересно слушать его рассказы, но сейчас я в основном пропускал его трёп мимо ушей.
— … и бросилась с Башни Стратега Таурна из-за этой неразделённой любви. — Начало истории я прослушал, но эти слова заставили меня вынырнуть из размышлений и задать вопрос.
— Любопытно! Получается, в Трисе все городские башни имеют свои названия?
— А? — Сперва не понял мой вопрос Аун, но быстро спохватился и ответил. — Имена у башен? Они есть, но не у всех, только у привратных башен. Врата Стратегов, что украшают статуи двух величайших полководцев Триеса, с обеих сторон их подпирают именные башни. Также и с Западными или Консульскими воротами, а вот все остальные башни просто пронумерованы. Первая, Вторая, Третья и так далее.
— Седьмая, Восьмая. — Словно невзначай, продолжил я за него.
— Да, есть и такие, они на Западной стене. — Кивнул Аун.
— Так, что там дальше-то было, бросилась девушка с башни, и? — Узнав то, что мне нужно, я быстро перевёл разговор на другую тему.
Паренёк как раз дорассказал свою историю, как мы вышли на Рыночную площадь. В отличие от Центральной, она была длинной, протянувшейся почти через треть города. Впрочем, это не мудрено, Триес — крупный порт, и торговля является основой местного благосостояния и богатства.