Последний реанорец. Том VIII (СИ)

Разряды истребляющей молнии были безжалостны и неостановимы. Прямо на глазах при любом попадании и касании десятки туш превращались в раскуроченные и обгоревшие куски отвратного мяса.
Вот только мой животный оскал с каждым пройденным метром становился лишь шире и безумнее. С каждой смертью монстра, с каждой унцией израсходованной энергии и с каждым всполохом джадов творящаяся мясорубка всё сильнее воздействовала на реанорский транс, охватывала и обволакивала меня всё сильнее и всё свирепее сдавливая горло благоразумия, словно аркан. Но здравая часть естества реанорца пока успешно держала его в узде и использовала лишь против множественных врагов.
Хруст и треск костей тварей под ногами. Чавкающий звук плоти, мяса и чёрной крови под стопами ботинок. И как завершая нота, разлившаяся во все стороны гнилостная вонь и смрад. В радиусе трёх сотен метров часть ущелья под натиском яростной молнии и испепеляющего пламени превратилась в настоящую Геенну Огненную. Твари гибли одна за другой целыми десятками.
Однако уже в следующую секунду атмосферу одного из кругов Инферно оглушили сразу два кровожадных вопля двух абсолютно различных тварей. С левой части подгорья в нашу сторону на всём ходу мчался огромный и обезумевший от вони крови саркан, а с правой стороны ущелья на крики множества порождений на своих восьми уродливых лапках стремглав в нашу сторону несся хуалс.
Сучья кровь! Так вот где вы всё это время были! Надо же, а я вас сразу и не заметил. Старею, что ли?
Завидев своих, так называемых старших товарищей, лавина монстров, от которой еще оставалась добрая половина всей армии, резко оторопела. Но не прошло и вдоха, как она с жалостливым и испуганным визгом стала растекаться во все стороны по весьма просторному ущелью как можно дальше от двух кровожадных и массивных бестий в поисках маломальского укрытия.
Вот только вместо того, чтобы наблюдать за нежданными гостями, мой взгляд устремился выше, к возвышенности у середины горы, где наша бравая верховая четверка достаточно живо добивала летающую падаль.
‒ Я возьму на себя саркана! ‒ как на духу выпалил заметно уставший Пожарский, грудь которого вздымалась подобно кузнечным мехам от накатывающей усталости, так как магический резерв у него уже был почти пуст.
Однако на всю его исповедь я лишь весело расхохотался и тем самым обнажил зубы, заодно хватая того за ворот одежды. К тому же всё что мне нужно я увидел.
‒ Ты молодец, Артём! ‒ весело подбодрил я уникума, обводя взглядом местность, которая была залита кровью, плотью и не парой сотен туш чудовищ. ‒ Но с этими двумя я справлюсь сам. Помоги нашим лётчикам прорубить вход. Наверху ты сейчас нужнее. Так что… ‒ и, схватив того еще крепче за доспех, задорно подмигнул ошеломленному княжичу, ‒ …дуй туда и не филонь!
Хватило одного полного оборота вокруг своей оси и приложения максимальной силы, чтобы отправить уникума в далёкий полёт.
‒ Подарка… на свадьбу… от рода Пожарских… точнее от меня лично… не жди… ‒ гортанным, но утихающим баритоном закричал, что было духу княжич. ‒ Я это… тебе припомню…
Но остаток фразы парня заглушил сдвоенный свирепый вопль сразу двух чудовищ с разных сторон.
Изо рта вдруг вырвался радостный и чуточку безумный смешок, облегченная улыбка самопроизвольно озарила лицо, а окровавленные джады перекочевали из рук обратно в ножны.
‒ Ну и? ‒ громко спросил я, оглядывая вначале одного, после другого спешащего ко мне монстра, а затем резким рывком руки вырвал из пространства рокочущее громовое копьё-глефу. ‒ Какой мусор подохнет первым?
Однако ответом мне был вновь сдвоенный и разъярённый возглас порождений Катаклизма.
‒ Ладно, начну с тебя, членистоногое, ‒ взмахнув глефой в его направлении и вынося свой вердикт негромко процедил я, делая неуловимый шаг в нужную сторону. ‒ Всегда ненавидел пауков, ведь вы сплошь прислуживающая Тар'азу шваль. А он на пару с Хаарсой самый презираемый мною странник Астрала. Если коротко, то этот хрен та еще падаль!
Смотри внимательно, великая мать, надеюсь, тебе понравится. И прости меня за мою прошлую оплошность.
 
А теперь…
Закат династии… 
…… 
* * *
Кертайс из дома Тёмного Течения очень давно начал подозревать, что Зеантар скрытен, таинственен и неоспоримо силен. А за два непродолжительных года он стал сильнее кого-либо среди альвов. Даже сильнее отца.
И сейчас, глядя вниз и наблюдая за избиением сразу двух некогда могущественных чудовищ, которых его сородичи боялись десятки лет как настоящую чуму, его всё чаще стали посещать различные мысли о дальнейшем светлом будущем для его народа рядом с этим странным и чуточку сумасшедшим человеком. Но до последнего мига он молил Творца, чтобы с поселением всё было в порядке.
С высоты птичьего полёта и в глубине ущелья князь Лазарев казался ему совсем крошечным муравьём. Вот только этот крошечный муравей на глазах у заметно озадаченных столпов секундой ранее прикончил мерзопакостного хуалса и в тот же миг, словно юношу забавляла вся происходящая ситуация, он играючи и с равнодушной миной на лице помчался в сторону саркана. Лишь неустанный грохот молнии всё также продолжал разносится над всем ледяным ущельем.
‒ Вот ведь мерзавец! ‒ истерично хохотнул Пожарский, быстро выбираясь из сугроба неподалёку, но сразу приблизился к краю выступа, чтобы подобно остальным понаблюдать за происходящей внизу схваткой.
‒ Хотя чем удивляться? ‒ облегченно выдыхая, вкрадчиво изрёк Долгорукий. ‒ Не каждый отважится выйти на дуэль с боярским князем и показательно свернуть тому шею.
‒ Вы какого лешего стоите, идиоты?! ‒ разъяренно рявкнула Морозова, которая всё это время на пару с Романовым при помощи своей ледяной магии углублялась всё дальше в гору преодолевая слежавшуюся породу. ‒ Если есть время болтать, то лучше помогайте давайте!
* * *
Снежная стигма. 
Поселение альвов. 
Час спустя… 
Стоны и хрипы альвов и удушающее зловоние крови. Это первое, что лицезрел вошедший внутрь помещения патриарх Тёмного Течения. Небольшой лазарет Симонны и хранительниц воды просто ломился от количества раненых защитников поселения.
А ведь не замешкайся они на несколько дней из-за его нерешительности, то могли бы покинуть это место и отправиться в бегство по пустошам. Возможно, в смертельное бегство по пустошам.
‒ Симонна, как Охарз? ‒ тихо спросил мужчина, войдя в импровизированный кабинет к смертельно бледной и уставшей целительнице и искоса поглядывая на несколько коек с изувеченными сородичами.
‒ Его доставили вовремя, не переживай так. Потерял много крови, а абас отгрыз ему часть ноги, ‒ тихим тоном и со слабой улыбкой отозвалась альва. ‒ Не так страшно. Ты чем поделишься?
‒ Старики и дети в убежище, ‒ тяжело выдыхая и присаживаясь на обычный деревянный стул невзрачно проговорил Карз, между делом кладя окровавленный матово-черный клинок на стол. ‒ Все, кто может сражаться караулят у выходов. Но мы уже завалили почти все проходы. Однако тварей… Тварей слишком много. Они окружили всю гору.
‒ Значит, это конец, да? ‒ грустно усмехнулась Симонна, головой уткнувшись в плечо мужчины.
‒ Уж прости, ‒ печально хмыкнул альв, пожав плечами. ‒ Видит Творец я всегда был плохим патриархом.
‒ Хватит! ‒ с лёгким возмущением цокнула его собеседница, не сильно шлёпнув по руке. ‒ Ты многим пожертвовал. Даже твои дети пошли на отчаянный риск, чтобы вызволить нас из этой тюрьмы.
‒ Да, ‒ прикрыв на миг от тоски глаза, согласился тот. ‒ Лира. Кертайс. Надеюсь… надеюсь с ними всё в порядке.
Однако уже в следующий миг в лазарет вдруг ворвались сразу несколько альвов, чем учинили знатный переполох.
‒ Где… где патриарх?! ‒ внезапно выкрикнул один из разведчиков, обращаясь к хранительницам воды, снующим между ранеными.
‒ Что стряслось, Ларрав? ‒ глухо выкрикнул Карз, быстро подхватывая клинок со стола и стремглав выскакивая из пристанища Симонны.