На дальних берегах. Том первый (СИ)

— Они повержены! Это был их выбор! Теперь выбирайте вы! Я могу подарить вам жизнь, если вы немедленно уйдете! Но решайте быстрее..!
Ответом стал топот бегущих ног. Убедившись, что он остался один, Валент поднял с земли упавший Символ, как смог починил цепочку, после чего начал обыскивать руины. От основного здания остался только каменный фундамент разделенный на крохотные клетушки. Тюрьма… Приют с собственной тюрьмой скрытой от чужих глаз не столько стенами, сколько гнилым напускным благочестием. Отсчитав камеры Валент подошел к стене и раздвинул траву. Выцарапанное на камне имя… Это здесь.
Используя сук вместо лопаты он начал разгребать землю, камни и мусор, пока из под них не показалась потемневшая жесть. Большая прямоугольная канистра из под машинного масла вскрытая, потом тщательно запаянная. Вытащив её, Валент взвесил находку в руке. Он говорил, что список мерзостей Силуса на паре листков не поместится, но чтобы десять килограмм? Интересно — там только бумага или еще какие-то улики?
Или «сюрприз» для слишком любознательных? Валент, вспотев, замер понимая, что с того, кто это тут спрятал, сталось бы подложить под эту канистру, которую он так легкомысленно достал, фугас. И сейчас ему сильно повезло. Так что вскрывать надо осторожно. Ни о чем таком Альва не предупреждал, но он мог забыть, специально умолчать или просто считать, что любой разумный человек будет проверять подобное на мины и это не требует дополнительных объяснений. Переведя дух, Валент тщательно закопал все обратно, взял канистру, нашел брошеную под куст сумку с походными принадлежностями и едой и зашагал прочь от развалин торопясь скрыться в опускающейся ночной темноте.
* * *
Роскошный черный автомобиль, свистнув тормозами, остановился возле идущего прогулочным шагом Старпома и его дверь распахнулась. Сидевший внутри смуглый мужчина в дорогом костюме приглашающе кивнул. Старпом кивнул в ответ и уселся рядом.
— Вы получили мое послание, как я понял?
— Да. Почта тут работает отменно.
— Но есть любители порыться в почтовых ящиках. Не то, чтобы это не входило в мои планы, но имейте ввиду.
— Мы это учтем. Дамир аль Матам — атташе по культуре посольства Доминиса в Лонге.
— Антон Румата. Ну или Александр Ридж — как вам больше нравится.
— Пожалуй, буду называть вас «мистер Румата». И, должен признаться, мистер Румата, ваша наглость поставила в тупик даже нас. Когда до нас дошли слухи о ваших похождениях я провел немало времени, прежде чем выяснить, что же, на самом деле, происходит.
— Хотите выразить мне свое «ай-яй-яй»?
— Отнюдь. Когда все прояснилось, мы с послом от души посмеялись. Такая обезоруживающая наглость. К тому же, обычно, когда жители Континента прикидываются доминцами, они изображают из себя невесть что. А вы ведете себя достойно и с уважением к нашим традициям. Мне, как атташе по культуре, это импонирует.
— Надеюсь, вы проделали путь из Кингхолда сюда не за тем, чтобы выразить свое восхищение моими талантами?
— Разумеется, не только для этого.
— Значит мое предложение вас заинтересовало?
— Должен сказать, вы неплохо устроились, мистер Румата. Я подозреваю, что все это было затеяно ради получения взятки с местных судопромышленников?
— Они сами мне её предложили. Буквально в лицо деньги кидали. Так что насчет предложения?
— Почему нет? Если вы желаете продать нам имена тех, кто хочет сотрудничать с нами настолько, что готов заплатить за это, то мы готовы обсудить цену..
— Не «продать». Подарить, — Старпом вытащил из внутреннего кармана листок, — Вот список лиц, с которыми была достигнута договоренность. С пылу с жару.
— О! Ваша щедрость настолько удивительна, — взяв конверт, Дамир вынул список и пробежал его глазами, — Я должен поинтересоваться, чем она вызвана? Решили сделать нас частью своей игры?
— А вы против?
— Смотря, что он нас требуется.
— То, что вы бы сделали и так. Проявить интерес, начать общаться, обсуждать вопросы сотрудничества.
— О! Кажется я понял, что вы задумали. Они дали вам задаток, а вы хотите всю сумму?
 
— Зачем довольствоваться малым, если можно получить всё?
— И то верно… Хорошо. Думаю, это мы для вас сделаем. Но вы же понимаете, что, фактически, не обманули их, а почти честно почти выполнили то, за что вам заплатили?
— Если надо быть честным, чтобы кого-то обмануть… Что-ж — я готов пойти даже на это.
Дамир рассмеялся и протянул руку, дабы скрепить соглашение рукопожатием.
  
Глава 19
 
Катера и корабли
 
Несмотря на то, что Канат передал координаты, «Марибель» пришлось основательно поискать. Ур поднял в воздух Сыча и тот, осмотрев окрестности с воздуха, наконец засек какое-то судно сидящее на мели в одной из проток.
— Чегой-то я ничего не понимаю… — Капитан, выслушав «доклад» воздушного разведчика, почесал в затылке, — Это не может быть «Марибэль». У неё осадка — восемь с половиной метров! Как её в такую протоку засадить можно?
Но это была «Марибэль». Первым на борт высадился Ур, дабы убедиться, что там не обосновался никто враждебный, потом поднялись остальные. Внешне судно было не в порядке, но это и не удивительно. Судя по всему, оно тут пережило Шторма которыми его изрядно потрепало, ну и нашедшие его люди Каната тоже прошлись по помещениям. Правда, ничего из оборудования демонтировать не стали, тем более, что отправляя последний рейс приговоренное судно, владельцы сами свинтили все, что только можно.
— Вот жеж сволочи… — отдавший «Марибэль» немало лет Капитан осмотрелся на грязной, заваленной обломанными ветками палубе, из которой, словно ребра скелета, торчали ржавые шпильки от снятых механизмов, — Все что мы с тобой делали, все что нам таких трудов стоило — все размондырили, уроды.
— Ясс… Совсем-воопше нехорошо так делат… — стоявший рядом Амяз мрачно кивнул, — Ошен плохо все выглядит… Мошно я в машинный отделение схошу?
— Давай…
Махнув рукой, Капитан поднялся сперва на мостик, где покурил глядя на выбитое остекление и мусор вокруг. Причем накиданный не штормами, а бестолковым экипажем, который зная, что судно будут топить ради страховки, не соблюдал элементарные правила приличия. Потом пошел в свою бывшую каюту и замер на пороге. Тогда, во время первой встречи с Старпомом он, доставая из тайника «Маузер» и фляжку, открутил гайки удерживающие стол. Назад их, разумеется, никто не закрутил. А море разгильдяев не терпит. Когда «Марибель» вылетела на мель в мелкой протоке, стол опрокинулся. И, судя по тому, что из под него торчали скелетированные ноги, опрокинулся удачно.
— Охренеть… — прокомментировал картину заглянувший Боцман, который прикидывал, что из оставшегося оборудования может им пригодится, — Это кто?
— Судя по всему — Вилли…
— Вы его знали? Хотя — это же ваше судно было…
— Этого пидора я бы к своему судну на пушечный выстрел не подпустил.
— Почему?
— Потому, что он «самотоп». Хотя и до того мудак был еще тот.
— «Самотоп»? — Капитан использовал термин в залесском звучании, так что Боцман немного подвис, — Это плохой человек?
— У нас так называют капитанов, которые сами свои суда топят. Ладно если на войне, чтобы захвата врагом избежать…
— А! Он ради страховки корабли топил?
— Да. Как капитан — говно, как человек — тоже. И гордился этим. Говорил, что зато не потонет. Прав, оказался, падла…
— Сжечь его надо… — Боцман огляделся, прикидывая, во чтобы завернуть останки, — А еще лучше — в бак с гартой засунуть. Чтобы ни воду, ни сушу не осквернять. А где остальные матросы? Почему его так бросили?
— Не бросили. Ботинки вишь — сняли. Не побрезговали… «Достойных» людей нанял на такое дело. Себе под стать…
— Да… — Боцман следом за Капитаном вышел обратно на палубу, — Интересно — где они? Может еще где-то тут бегают?
— А мне больше интересно, как они «Марибэль» в эту щель, пардон за рифму, загнали? Зачем? Им же наоборот — чем глубже, тем лучше? А лучше вообще в Острова не лезть…