Затаившийся у порога (ЛП)

- Хорошо... - уступила другая женщина. - Знаешь того нового студента, который перевёлся из Маркетта - уроки в пять пятнадцать, вторник, четверг? Джордж...
- Джордж Кукер, - сказала Хейзел. - Я думаю, он неплохо выглядит. Что, у тебя есть фантазии о нём?
- Наверное, в его телосложении и лице что-то есть, - призналась Соня, - но на днях, перед уходом из класса, он спросил меня что-то о Гэтсби - боже, я ненавижу эту книгу, Фицджеральда так переоценили, - но после того, как он ушёл, у меня была самая странная идея: я представляла, что я с ним в постели, а пока он спит, я щупаю его и, ну... дрочу ему. Всё это время он спал.
Хейзел рассмеялась.
- Но ведь это же не парафилия?
- О, нет, - заверила Хейзел. - Это называется сомнофилия.
- Ты шутишь? Есть термин для этого?
- Конечно. Ты не поверишь некоторым парафильным ярлыкам. Клисмафилия: сексуальное возбуждение от клизмы.
- Ни за что! Есть такие люди?
- Ага. О, и вот ещё: агалматофилия, сексуальное влечение к статуям или манекенам.
Соня взвизгнула.
- Но я не понимаю про Джорджа Кукера, - продолжала Хейзел. - Он какой-то придурок, разве нет?
- Наверное, но у него есть, как бы это сказать, чтобы не прозвучало грубо?
- Просто скажи это! - Хейзел была в нетерпении.
- Он должен быть одарённым там, потому что у него была действительно большая выпуклость в промежности.
- Мне нравится это! Ты не только сомнофилка, но и макрогениталка! Возбуждение к большим мужским половым органам.
- Ну, да ладно, это у каждой женщины есть, - предположила Соня.
- Не совсем. Некоторых женщин-микрогениталок возбуждают парни с маленькими пенисами. А ещё есть эндовульвизм: мужчины, которых привлекают девушки с чрезмерно большими вагинальными губами.
Челюсть Сони недоверчиво отвисла.
- И мне очень не хочется тебе это говорить, - продолжала педантизировать Хейзел, - есть ещё лактафилия...
- Влечение к кормящим женщинам?
Хейзел кивнула.
- Ты сейчас готова? Циезолагния: мужчин возбуждают беременные женщины.
- О, а это приятно знать!
Хейзел наклонилась, понизив голос.
- Можно задать личный вопрос?
Лицо Сони скривилось.
- Я не знаю! - она рассмеялась. - Этот разговор становится довольно жёстким!
- Поскольку ты теперь убеждённая сомнофилка... ты когда-нибудь дрочила Фрэнку во сне?
- Я не скажу!
- Конечно, скажешь, - была уверена Хейзел. - И в этом нет ничего плохого. У каждого есть небольшая сексуальная причуда. По крайней мере, ты не идрофродиак.
- Хейзел, я не хочу знать...
- Тот, кого возбуждает запах немытых гениталий.
- Замолчи! Больше не надо! - смех Сони оборвался. - Меняем тему!
Это было слишком смешно.
- Поскольку ты мой босс, думаю, я могу согласиться с этим, - она уже свернула на внешнюю петлю Провиденса и внезапно начала вести маленькую машину среди кружащих рядов других машин. - Подожди минуту! Какой путь в Нью-Гэмпшир? Я никогда не была там.
- Вот этот выезд, ехать по трассе I-95 на север. Жаль, что ты никогда не была в Нью-Гэмпшире. Место абсолютно прекрасное.
Хейзел произвела обгон.
- Это Гранитный штат, не так ли? Гранит меня не привлекает.
- Восемьдесят процентов штата покрыто лесами, и подожди, ты увидишь район озёр, куда мы направляемся. Я никогда не была в этом месте, но проезжала много раз. Ты никогда не видела лоно природы таким.
- Но... Лакония, - задумалась Хейзел. - Разве это не шикарный район на берегу озера, полный богатых снобов с многомиллионными яхтами?
- Да, но мы едем на запад оттуда, в место под названием, - Соня достала из сумочки свою карту. - Боссет-Вэй, Фрэнк говорит, что это похоже на стиль Хутервилля в Новой Англии.
- Хутервилль? Звучит как место для извращенцев: много женщин с большой грудью.
- Нет! Разве ты никогда не смотрела "Нижнюю юбку", когда была маленькой? - Соня закатила глаза через паузу. - Конечно, нет. Ты слишком молода.
- Полагаю, что так.
Хейзел поставила машину на круиз-контроль. В глубине души она была полна смутного искупления.
"Видите ли, я не единственная с сексуальными извращениями. Даже у Сони они есть..."
 
Или это было просто больше рационализации?
Требовались все усилия, чтобы не коситься на Соню, которая довольно сидела на пассажирском сиденье и читала студенческие конспекты. Её крепкие ноги скрещены в лодыжках, тяжёлая, но крепкая грудь мелко покачивается на полном жизни животе. Губа Хейзел дрожала в сексуальной фантазии: они стояли вместе, обнажённые, лаская друг друга, их руки исследовали каждый дюйм тела друг друга. Хейзел накапала детское масло на руки, затем с обожанием покрыла им кожу Сони, нежно массируя распухшие груди, разглаживая масло по ещё более распухшему животу, затем по рукам, ногам и спине, пока Соня не засияла, как прекрасный человеческий драгоценный камень...
- Ты замечталась? - спросила Соня с некоторой тревогой.
Муза Хейзел отвлекла её до такой степени, что шины пересекли внешнюю линию обочины. Она тут же поправила движение, подумав:
"Внимание!"
- Извини. Я просто счастлива... - хотела она сказать, как она счастлива быть с Соней, но так не годилось. - Я счастлива, что уезжаю из города. Мне ещё нужно проверить сочинения по классике, но будет так здорово сделать это в бревёнчатом домике посреди леса, а не в моей унылой маленькой квартирке.
- Не могу не согласиться, - сказала Соня. - Но это не бревёнчатый домик. Это называется наклонная хижина. Фрэнк показал мне фотографии; это выглядит довольно круто - очень похоже на Генри Дэвида Торо, поэтому такие новички, как мы, оценят его больше. А вода поступает из настоящего подземного источника.
- Звучит довольно по-деревенски, - размышления Хейзел удлинились. - Электричество есть, не так ли?
- Да, конечно. Это не тотальные захолустья.
- Что побудило Фрэнка арендовать именно эту хижину только для отдыха в середине лета?
- Ничего, - сказала Соня. - Хижина принадлежит профессору Генри Уилмарту. Я же говорила тебе, что они с Фрэнком были коллегами, верно?
"Профессор Генри..."
Хейзел не сводила глаз с дороги.
- Или, лучше сказать, хижина принадлежала ему, - поправила Соня.
- Я помню, как слышала о нём несколько раз. Человек, который покончил жизнь самоубийством несколько дней назад, - пробубнила Хейзел.
- В прошлую субботу вечером, если быть точным. Я уверена, что ты видела о нём в новостях с мая прошлого года.
"Человек, который вышел живым из эпицентра бури на День матери".
- Это слишком большое совпадение, Соня. Буквально вчера вечером, когда в новостях сообщили, что официальной причиной его смерти было самоубийство, Эштон не мог в это поверить, когда я сказала ему, куда мы направляемся. Мы подумали, что это просто случайность, что место его смерти было в том же районе, куда мы с тобой едем.
Соня вскинула голову.
- Я не сочла нужным рассказывать тебе все подробности, - она случайно коснулась обнажённого плеча Хейзел. - Тогда ты могла бы и не поехать.
Комментарий застал Хейзел врасплох. "Она думала обо мне. Она очень хотела, чтобы я поехала с ней..."
- Уилмарт и Фрэнк годами работали вместе над каким-то побочным проектом, - сказала Соня. - Изначально отец Фрэнка тоже работал над этим.
- Отец Фрэнка?
- Да, он знал Уилмарта задолго до того, как Фрэнк познакомился с ним. Но несколько лет назад отец Фрэнка заболел и потерял зрение.
- О, это очень плохо.
- Но, во всяком случае, именно поэтому Фрэнк пригласил нас. У Уилмарта в хижине хранилось много бумаг, так что Фрэнк собирает их все. Самое ужасное, что Уилмарт был довольно обдуманным в своих намерениях. Видишь ли, в начале прошлой недели он попросил Фрэнка приехать поработать над некоторыми вещами, он сказал Фрэнку быть там в воскресенье.
- Но ты сказала, что Уилмарт покончил с собой в субботу, - вспомнила Хейзел.