Ты не заставишь меня (СИ)

— Я не мог не прийти, – мужчина встал рядом со мной. — Наслаждаешься? – откровенно спросил он, и сестра вскинула голову.
— Еще как! И свое место я не отдам. Но сотрудничать с тобой готова, – нагло заявила сестра. — Я даже могу принять тебя, как правую руку – вы ведь именно так с отцом работали. Подумай.
— Обязательно, – Демьян коротко кивнул, и повел меня в зал.
Разумеется, папа не сам занимался выбором украшений, но тему вечера он определял сам, и всегда это было что-то зимнее и приятное женскому взору. В этом году темой было выбрано «Лебединое озеро», папа говорил об этом с организатором.
Но Лариса в такой короткий срок, буквально за пару дней смогла все переделать. Все оформлено в том же стиле, что и наряд сестры.
— Бутлегеры и кабаре, – иронично заметил Демьян.
— Для Нового Года не подходит. Как и для благотворительного вечера, посвященного сбору денег для борьбы с лейкемией, – добавила я.
— Зато Лариса блистает!
— Думала, ты устроишь ей выволочку.
— В прошлый раз ты остановила меня. Если остановишь в следующий, то выволочку ей устроят другие. И не просто задницу надерут, милая. Ее убьют. Так что тебе придется выбрать – я или другие, – Демьян взял два бокала у проходившего мимо официанта. — Но сейчас, красавица моя, мы просто выпьем и повеселимся.
Люди собирались, подходили к нам. Кого-то я знала, кого-то, к своему ужасу, помнила как посетителя отцовских салонов, а кто-то был мне незнаком. Зато Демьяна знали все, и именно к нему шли после формального приветствия Ларисы.
Взгляд всех этих мужчин спрашивал: «Во что ты играешь? Как ты это позволяешь?»
А Демьян только усмехался, и не думал отвечать.
Гости собрались, Лариса начала ходить от группы к группе. Скоро начнется основная часть вечера, а затем и сбор денег, но пока что время для общения и напитков.
Я не заметила, как Демьян оттеснил меня к стене, была занята разглядыванием гостей и своей сестры, важно расхаживающей по залу.
— Демьян, ты что? – растерялась я, когда он плотно прижал меня к себе.
— Ты как думаешь? – шепнул он мне на ухо.
Я могла думать все, что угодно, но я почувствовала. Его эрекцию, которая упиралась в низ моего живота.
— Мне надоели все они, и твоя сестра больше всех. Я хочу тебя. Сейчас. Идем, – потребовал Демьян, обнял меня за талию, и повел в коридор.
  
Глава 13
 
Из зала доносится голос Лары. Она с восторгом говорит в микрофон, что в новогодние праздники на арене пройдут скачки, и желающие могут купить билет.
А все вырученные средства пойдут в фонд помощи.
Правда это замечательно?
Ей ответил гул голосов и послышались жидкие аплодисменты.
Демьян открыл одну из дверей, и мы оказались в кабинете.
Длинный дубовый стол, на нем горит лампа. Сбоку шкаф, большой, похожий на просторную гардеробную – здесь переодевались некоторые гости – постоянные члены клуба.
На кожаных диванах свалены дамские сумочки. В углу открытый бар.
Из окна вид на заснеженную площадку и красавицу-елку, украшенную большими красными шарами.
Демьян остановился у окна и задернул шторы.
— Ты, правда, хочешь…здесь, – поймала свое отражение в настенном зеркале и зябко повела плечами. Не холодно совсем, а меня трясет. Я знала, что он скоро потребует близости, но оказалась не готова. — Может, лучше дома? Когда вернемся, – решила оттянуть момент.
— Что дома, Алина? – он снял пиджак и сбросил его на диван.
— Займемся этим.
— Чем “этим”? – он усмехнулся. Черные глаза блеснули.
Вспомнила ванную, и как он закинул мою ногу себе на плечо. Покраснела.
Он приблизился, его ладони скользнули на талию. Уха коснулись губы, он шепнул.
— Боишься?
— Нет.
По телу прошла вибрация, и Демьян ее почувствовал. Теснее прижал к себе, запустил руку в мои волосы.
— Прическа, – напомнила севшим голосом.
— Тебе лучше с распущенными, – одну за другой он выдернул шпильки, как тогда, в маленькой комнатушке в ЗАГСе, и этим действием напомнил мне о том, что сотворил, со мной. И с Марком.
 
Вцепилась в его руки, попыталась оттолкнуть.
Он перехватил мои запястья, своим телом сдвинул назад, и я попятилась, спиной врезалась в шкаф.
— Я не хочу тебя, – сказала, не выдержав, и дернула рукой.
Он сдавил мой подбородок, поднял лицо. Уставился на меня, не мигая, и его пухлые губы сжались в тонкую полоску.
Заиграла музыка – его телефон.
Демьян не шелохнулся. Медленно опустил взгляд с моего лица ниже, с шеи скользнул на грудь. От напряжения вспотела спина. Меня залихорадило, едва устояла на подгибающихся ногах.
Демьян достал сотовый, прижал к уху.
— Да, – сказал.
И вышел из кабинета.
С трудом выдохнула. Смахнула испарину со лба, повыше подтянула декольте платья.
Нет, я… не смогу так. Он слишком властный. Непримиримый. Жестокий. Мне нужно бежать. И с этого вечера, и из этого города, вместе с мамой.
Осторожно выглянула из кабинета.
Демьян стоит у поворота, прислонившись плечом к стене. Разговаривает по телефону.
Вздохнула и тихонько прикрыла дверь. Дошла до окна, распахнула створку. Высунулась на улицу и посмотрела на нетронутый снег.
Сняла одну туфлю, вторую. Выбросила их за окно и оставила створку открытой, черная штора тут же вздулась от ветра, как парус.
Да. Пусть Демьян думает, что я сбежала.
Он погонится за мной.
А я уйду, уйду, иначе просто сойду с ума.
Вернулась к шкафу, сдвинула в сторону дверь и вошла внутрь. Оглядела шубки на плечиках, вдохнула смесь из запахов – мех, духи и ароматизатор — и в носу защипало.
Пристроилась у стенки, среди чужих шуб. И затаила дыхание.
Успела мысленно сосчитать до десяти — и послышался скрип двери. Шаги Демьяна – неторопливые, почти бесшумные, как у зверя.
Дальше металлический звук – он дернул штору в сторону, и наверху лязгнули железные кольца.
Сквозь матовое стекло не вижу его, лишь размытый темный силуэт. Кусаю кончики пальцев и поторапливаю – уезжай, давай же.
Снова послышались шаги, и темное размытое пятно приблизилось к шкафу. Спиной вжалась в шубы, мех защекотал нос, накрыла его ладонью…
И оглушающе громко чихнула.
Створка тут же поехала в сторону.
Вздрогнула и подняла глаза на Демьяна.
На его лице нет раздражения или злости, в его взгляде интерес, любопытство, смешанное с азартом.
— Алина, – Демьян усмехнулся, — если выпрыгнуть в окно, в снег. И обувь потерять. Следы босых ног все равно остаться должны, – сказал он.
И шагнул в шкаф.
Дверь за ним поехала в сторону, закрываясь, отрезая нас от кабинета. Нам вдвоем в этой гардеробной так тесно, что у меня дыхание сбивается, и атакует паника.
— Ты лгунья, Алина, – за бедра он притянул меня к себе и резко развернул, грудью впечатал в стену, — лгунья и трусиха. Я уже и считать перестал, – рывком он задрал мое платье, — сколько раз ты мне обещала. Что я возьму, все, что хочу. И когда хочу. Что молчишь?
Его руки дернули трусики. Кружево врезалось в промежность, и меня как кнутом хлестнуло, по нежной коже, по чувствительному бугорку клитора.
Ахнула и уперлась ладонями в стену.
— От чего ты бежишь, любимая, ты скажи. От меня? Не надо, – шепнул.
Ощутила тяжесть его тела, он навалился на меня сзади, вжал в стену. Услышала, как звякает пряжка ремня и закусила губу до крови, от него бегу, хочется в это верить.
Но это неправда.
Мне жить мешает то, что я начинаю чувствовать к этому демону.
Демьян сдвинул трусики в сторону, и его пальцы заскользили по смазке. Он размазал ее по набухшим складкам. Коротко выдохнул. И я ощутила это – в промежность уперлась твердая головка.
Не сдержала стона, когда он надавил на складки, и головка скользнула в меня.
Поймала воздух открытым ртом, и в груди затрепетало сердце, от предвкушения и волнения.
Демьян вдруг отстранился, и я разочарованно всхлипнула, я готова была, к его вторжению.