Темные сестры

«К. Кордеро» – в графе «покупатель».
Кайла? Кимберли? Кристалл?
Нет, подпись была моей.
Когда я уехала, то изменила в себе все, что смогла: прическу, вкусы, мечты. И подпись в том числе. На то, чтобы изменить почерк, ушло несколько лет, но почему-то именно это было важно. Я ни с кем не переписывалась и ни разу не была дома. Откуда у того, кто издевается над нами, мой почерк?
Впрочем, достаточно лишь проникнуть в университет так же, как я сейчас проникла в книжный, чтобы раздобыть курсовую. Но почему Белами не сопоставил личность того, кто покупал, с тем, что написано в журнале? Уж он-то должен был понять, что перед ним не Кортни Кордеро.
Если только Эдмонд Белами не замешан. Он удивительно часто в последнее время мелькает на горизонте, это его дочь свидетельствовала против Кайлы, это в его магазине купили книги. И – вдруг пришло мне в голову – возможно, бумагу для записок.
Я вернула журнал на место и перебрала оставшиеся документы. Ничего интересного не оказалось: счета, расчеты, списки товара. Лишь на самом дне я нащупала тонкую кожаную папку. Нехорошо рыться в чужих документах, но мне вдруг очень явно показалось, что я нащупала нить. Кристалл учила не игнорировать интуицию.
Документ был зашифрован. Один из тех шифров, что знают лишь подписывающие стороны: взломать такой очень сложно, и это дело не одного дня. Стройные ряды замысловатых символов не несли никакой информации, но вот подписи обычно не шифровались. И в одной из подписей я узнала почерк Кайлы. В другой – Эдмонда Белами. Что подписали сестра и владелец книжного магазина?
Несколько секунд – и у меня в руках появилась копия документа, которую я бережно свернула и убрала в карман. Дома попытаюсь расшифровать и, может, найду ключ ко всем событиям.
Услышав шум наверху, я быстро убрала все документы и едва-едва успела отскочить от сейфа.
– Что вы здесь делаете? – Дочь Белами, Стелла, недоуменно смотрела на меня, потирая глаза.
Конечно, Кортни, соври теперь ребенку.
– Привет, – улыбнулась я, – ты одна дома? Я шла мимо и увидела, что задняя дверь открыта. Все в порядке? Дома есть взрослые?
– Папа! – позвала Стелла, и я закусила губу, надеясь, что в полумраке не видно моей нервозности.
Поверит?
Перепуганный Эдмонд появился в лавке уже через минуту. Он кутался в длинный теплый халат и на ходу надевал очки, а когда увидел меня, заметно помрачнел.
– Ваша семья может оставить нас в покое или нет? Что вы здесь делаете?
– Успокойтесь, я просто шла мимо и увидела, что ваша задняя дверь открыта. Это показалось мне странным.
– Шли мимо? – Он прищурился. – Куда?
– Гуляла. Мне кажется, вам стоит проверить дверь, а потом уже устраивать мне допрос. Или, если хотите, вызывайте стражу. Скажете, что я к вам вломилась.
– Не стоит, – с некоторым сомнением после паузы проговорил Белами.
И от меня не укрылось, как его взгляд метнулся к двери, за которой находился сейф. Но я ничем себя не выдала.
– Спасибо за беспокойство, – наконец сказал Эдмонд. – Не смею вас задерживать, леди Кордеро. Стелла, иди спать, все в порядке.
Когда девчонка убежала, я направилась к выходу. Белами долго искал ключи в ящике стола, чтобы выпустить меня. Почему-то проводить до задней двери ему не пришло в голову, а я лихорадочно раздумывала над одной сумасбродной и не слишком порядочной идеей.
Но разве был выбор?
– У вас талантливая дочь, – словно невзначай обронила я, идя к выходу.
И уже в дверях добавила:
– Пожалуй, ей стоит учиться магии.
– Вы прекрасно знаете, леди Кордеро, что наша семья не получит разрешения на обучение, будь Стелла даже трижды талантлива.
– Нет нерешаемых проблем, господин Белами, – улыбнулась я. – Особенно если найти связи в колледже. Даркфелл Стеллу не примет, но Хейзенвилль… Подумайте. А я посмотрю, что можно сделать для нее. Нельзя зарывать такой талант и… шанс достичь чего-то большего, чем… это. Доброй ночи.
Не оборачиваться. Уходить быстро и уверенно – тогда у Белами создастся впечатление, что последний шанс он уже потерял. Чтобы обучить детей, иные готовы отдать душу, а здесь требуется всего лишь написать пару фраз на фирменном листе пергамента. Если мозги у него на месте, Кайлу он оправдает. А если нет… даже не знаю, на что я буду способна после нескольких недель такой жизни. Нужно больше спать и хоть как-то расслабляться.
 
В детстве, когда мы с сестрами ссорились или меня наказывал отец, я обязательно шла к реке, на набережную. По тому, где я сидела, можно было определять степень паршивости моего настроения. Если на скамейке у памятника колонистам – мне было грустно. Если на перилах набережной – очень грустно. Сейчас я спустилась к пляжу, не поленившись пройти лишних триста метров до спуска. Села у самой кромки воды и уставилась на горизонт.
– Я думал, в это время здесь никого не бывает.
Сначала я вздрогнула, но, обернувшись, выдохнула, узнав в молодом стражнике парня Ким.
– Тай? Что ты здесь делаешь?
А ведь Тай О’Ши не только друг моей сестры, но и брат Хейвен… уж не следил ли он за мной? Я стала жутко мнительной. А еще остро ощутила собственную беззащитность: в это время на улицах никого. Будет иронично, если, сбежав от Герберта, я попадусь в руки убийцы.
– Мы с Хейвен детьми здесь часто играли. Во время патрулирования я ненадолго останавливаюсь здесь. В эти минуты кажется, что она все еще рядом.
Он задумчиво посмотрел на звезды. В Даркфелле из-за дыма от фабрик мы почти не видели звезд, но здесь они бриллиантовой россыпью украшали темное небо.
– Когда у Хейвен пропала магия, – произнес Тай, – она постоянно сидела здесь, чтобы не видеть сочувствующих взглядов.
Где-то внутри всколыхнулась совесть и неприятно уколола. Во мне ее магия – живет и цветет, словно так и было с самого начала. Боги, какими же глупыми мы были! Ритуал мог убить и Хейвен, и Кайлу, и меня.
– Я думала, Хейвен ненавидела свою магию и мечтала от нее избавиться.
– Родители считали, именно поэтому магия и пропала. Но, думается мне, она не была до конца честна со всеми нами. Хейвен полюбила бы колдовать, мне кажется, у нее бы получилось.
– Мне жаль, Тай, – наконец сумела выдавить я. – Надеюсь, Портер найдет убийцу.
– Портер считает, что Хейвен убил кто-то из вас.
Воздуха стало резко не хватать.
– Ты хочешь сказать – я. Потому что Кайла в тюрьме, а Ким здравомыслящий человек не представит в роли убийцы, к тому же она всю ночь провела с Диналией.
Тай кивнул, уселся рядом и набросил мне на плечи свою куртку. Я хотела было возмутиться, но потом передумала: приятное тепло разлилось по телу.
– Ну, ты так внезапно приехала…
– Да, на похороны мачехи. Удивительно, да?
– И потом вдруг осталась, – закончил Тай.
– Мою сестру арестовали! А младшая осталась одна в огромном доме. Мне что, просто взять и сбежать?
– Я понимаю, Кортни, понимаю, – мягко произнес парень. – Это не я придумал, а Портер. Никто из вас не убил бы Хейвен. Может, вы и не слишком ладили, но убийство… нет, здесь что-то другое. Возможно, Хейвен стала жертвой обстоятельств, и просто чудо, что не погибла Ким. Но когда я думаю, что вместо Хейвен могла погибнуть моя девушка, совсем не становится легче.
– Знаю. Стараюсь об этом не думать.
– Ты в порядке? Трудности с господином Уолдером?
– С чего ты взял? – Я бросила на Тая удивленный взгляд.
– Когда вы оказываетесь в одном помещении, напряжение между вами можно пощупать. Причем такое, что хочется как можно скорее убежать куда подальше. Вы явно друг друга ненавидите или…
– Или?
– Или любите.
– Вот уж вряд ли, – фыркнула я. – Герберт был другом отца. Не моим. Если б не завещание отца, Кристалл наверняка бы его уволила.
– Кристалл? – К моему удивлению, Тай расхохотался. – Сомневаюсь. Ты много пропустила. Кристалл с Гербертом были вместе одно время.
– Встречались? – пораженно выдохнула я.
– Скорее, спали. Как-то Кайла оставалась у Хейвен, и я случайно услышал их разговор. Кайлу бесила эта связь, и она делала гадости Кристалл.