Натуральный обмен (СИ)

— Вась, ты чё несёшь? — пролепетала, покосившись на него.
— А это чтоб ты не удивлялась и не думала, что я тиран там какой-то.
— Что с ней? — рыкнула, проходя вслед за ним за неприметную серую дверь с надписью «для сотрудников».
— Вот видишь, ты уже взъелась, — вздохнул Вася тяжко, — да нос она себе расквасила. Теперь, видите ли, пластика за мой счёт. Обобрала меня до липки и продолжает это делать.
— Ты дал ей пинка, а расквасила она нос? Это как, простите?
— Как выяснилось, легко и непринуждённо. Говорю ж, жопы нет. Я двинул-то легонько, чтоб не брыкалась, а она носом вниз. Нехер потому что на диетах сидеть.
— Что-то ты мне заливаешь, Вася… — пропела с прищуром, а он залез пальцем в рот и поддел ногтем зуб, сопроводив очевидным:
— Зуб даю.
Мы вышли на улицу узким коридором, Вася продолжал вести меня и через пяток метров уже усадил в какой-то убитый шедевр отечественного автопрома, унылого грязно-серого цвета. Сел на водительское место, залез руками под руль и начал там копаться, а я взвизгнула:
— Она что, ворованная?!
— Ну ты всем расскажи… — буркнул в ответ и завёл мотор, тут же тронувшись с места. — Мне что, на лимузине тебя на выходе надо было подождать? Или дорожку постелить? Ты только скажи, я сейчас по-быстрому все организую.
Я обиженно засопела, а Вася по-хозяйски похлопал меня по бедру.
— И где Марина? — спросила тут же. Обижаться на Васю дольше трёх секунд было сложно.
— У меня, где ж ещё… Сказал на улицу не выходить, если башки запасной нет, вроде сидит.
— Вась, чего происходит-то вообще? — вздохнула, пристегнувшись и на всякий случай ухватившись за ручку.
— Какое-то дерьмо, — ответил с чувством, — конкретнее пока не скажу. Доедем, откупорим бутылку, если Марина Николаевна ещё не изволила её пригубить, и прикинем.
— Хоть намекни…
— Вот и она такая же любопытная! — рассердился Василий и бросил на меня суровый взгляд.
— Ну Вась… — заканючила, а он отрезал:
— Не мычи.
— Какой ты грубый, Вася, — скривилась в ответ, — поэтому Марина с тобой и развелась.
— Это она так сказала? — ухмыльнулся, покачав головой.
— Это я так говорю, — ответила, надменно вскинув подбородок.
— Да, я хамло, — пожал плечами и резко свернул налево через две полосы.
— Да ты решил меня угробить сегодня! — взвизгнула, зажмурившись.
— Зорька, помолчи пару минут, лады? — сказал серьезно. — Нам нужно доехать без сопровождения.
— За нами следят?! — тут же завертела головой, пытаясь хоть что-нибудь углядеть, услышала тяжёлый вздох и затаилась, стараясь дышать через раз.
Как-то раз мы с Васей поругались, из-за Марины, разумеется, чью правоту я отстаивала, как тигрица, не особенно вдаваясь в детали. Василий рассвирепел, сжал кулаки, глаза налились кровью и я решила, что в их отношения лезть более не буду никогда. Посуду он не бил, мебель не крушил, меня не обидел, стоял, как вкопанный, и, по-моему, даже не моргал, что выглядело особенно страшно. В общем, парень он простой, но темпераментом господь не обидел, а предел его прочности проверять не хотелось. К тому же, он уже какое-то время живет под одной крышей с бывшей женой, что, уверена, настроения ему не прибавляет.
— За нами не следят, — сказал бодрым голосом, выезжая из города в сторону области, — но нужно было убедиться. Ты как? — на секунду развернулся и спросил задумчиво: — Это седая прядь или свет так падает?
— Уверена, что первое, — буркнула в ответ.
— Не дуйся, — хмыкнул, вновь похлопав по ноге, — Марина Николаевна такую кашу заварила, даже на закуску тратиться не придётся.
— А вот это зря, — ответила со вздохом, — я бы пожрала.
— Ну да, ты чёт схуднула, мать. Но зато, глядишь, новые трусы впору будут.
— Ну ты гад, — засмеялась в ответ и посмотрела в окно, за которым стремительно менялся пейзаж. — Марина обобрала тебя до нитки и ты перебрался в глухую деревню?
— Типа того, — хмыкнул, сбавляя скорость.
Через пару километров свернул на просёлочную дорогу, проехал ещё с десяток по жутким ухабам и остановился у поля.
 
— Что-то я малость напряглась, — сказала честно.
— А так и должно быть, — ответил серьезно, развернувшись ко мне. — Одну партизанку я уже допросил, осталась ещё одна.
— В смысле допросил? — сглотнула, отодвинувшись на сиденье подальше.
— В смысле мы поговорили, она все выложила, как на духу, но не сразу, — ответил охотно. — Да ты не ёрзай, бежать тут все равно некуда.
— Вась, ты меня пугаешь, — пробормотала, потянувшись к ремню безопасности.
Он перехватил мою руку, вложил в свою и второй ненавязчиво прикрыл сверху, похлопав ресницами.
— Милана, удрать не сможешь, — сказал тихо, — выкладывай свою версию происходящего и двинем дальше.
Я рассказала ему всё. Про измены Олега, про то, как Маринка потащила меня на ферму, про мост, про Максима, про несчастную овцу в овраге, про Ирму, про псевдоперелом подруги, про амбар конопли, про следователя и даже про то, что муж не даёт развод. Старалась быть краткой, подробностями не сыпала и о своём зуде в интересных местах при виде Максима умолчала, как и о том, что некто надавил на следователя через его начальство.
Он внимательно слушал, кивал, поглаживая мою вспотевшую от напряжения руку, не перебивал и вопросами не докучал, при упоминании амбара поморщился, а в остальном остался вполне спокоен, вменяем и военных действий не помышлял.
— Всё, — пискнула, заглядывая ему в глаза.
— Не, ну Олег, конечно, козёл! — сказал возмущённо и видно было, что паясничает. Я враз перестала бояться и скривилась, буркнув:
— Безрогий.
— Ну походу у тебя ещё полно времени ситуацию исправить, — хохотнул в ответ, — давай на выход, прогуляемся.
— Что? Куда? — я слегка запаниковала, на всякий случай ухватилась за ремень обеими руками, округлила глаза и заявила: — Не пойду.
— Не, ну дело твоё конечно, — пожал плечами Вася и вышел. Захлопнул дверь, потом снова открыл и спросил невзначай: — Кстати, ты помнишь, что тачка ворованная?
— Да блин, Вася! — рявкнула, нервно отстёгиваясь и выходя.
Макаров хитро улыбнулся и кивком указал в сторону посадки.
— Пошли, Зорька.
— Пастух, блин… — проворчала недовольно и засеменила рядом. — Куда идём-то?
— Да тут близко, — отмахнулся беспечно. — Пара километров лесом, потом вплавь через речку, ещё немного по полю и где-то там я бросил свою тачку.
— Издеваешься? — вздохнула, пытаясь не отставать от него.
— Самую малость, — хмыкнул в ответ, — ты так забавно ведёшься, ну прямо святая простота. Что довольно странно, учитывая, в чьём доме ты провела свою юность.
— Марина рассказала? — спросила хмуро, а он хмыкнул:
— Все, кому надо, и без Марины Николаевны в курсе. Ты личность известная, что называется, в определенных крагах. Поэтому до сих пор спокойно перемещаешься в пространстве. И о том, что вы с моей бывшей супружницей большие подружки, тоже все прекрасно осведомлены.
— То есть, — нахмурилась ещё сильнее, — Марину искали из-за меня?
— Ну, чисто технически, её-то на ферме не было, когда всех перестреляли к чертям. Но была ты, а вы тесно общаетесь. Даже слишком, если брать в расчёт твоего муженька, но это, как говорится, дело вкуса. И если бы сразу догадались мне позвонить, я бы сейчас не выслушивал её нытьё круглые сутки. Однако, вы обе умны исключительно там, где не надо, так что моя доля — страдать.
— Вась, не ной, а? — разозлилась неожиданно. — Это для тебя ситуация обыденная, а мне до сих пор все эти люди в кошмарах снятся. И вы развелись, с какой стати кому-то из нас должно было прийти в голову тебе позвонить?!
— Ладно, не бухти, — пошёл на попятный Макаров. — Ну, развелись… и что? Люди-то не чужие. Разберемся… а ты чё хромаешь-то?
— Да как тебе сказать! — съязвила в ответ и бросила на него гневный взгляд.
Лучше бы под ноги смотрела. Нога провалилась в небольшую ямку, я успела лишь пикнуть и рухнула на четвереньки.