Ultima Ratio (СИ)

— А что это был за спецгруз, господил Алексеев? Чувствуя, как от ужаса у него потеют ладони спросил Небогатов.
— Сыворотка Куролесова. Три единицы хранения в специальных, стальных защитных контейнерах… Вот только, вся вакцина на месте хранения в лаборатории ….А вот три контейнера с боевым штаммом легочной чумы под названием «Чародей» или штамм «1241» пропали.
— Куролесов — сам себе отправил груз с Аральских островов под Ташкент?
— Именно так. Вакцина и боевые штаммы хранятся в разных холодильниках, лаборатории, но доступ Куролесова был повсеместный. Несмотря на меры предосторожности, заменить их — ему не составило бы труда…Запрос был официальный, через делопроизводство «Биопрепарата».
Женя выдохнул и осторожно спросил.
— Я правильно понимаю? У нас помимо доцента Куролесова и его жены пропало три контейнера с самой смертоносной заразой в мире?
— Верно, ротмистр. А еще — в Москве заживо сгорели привратник из подьезда Куролесова и его ассистент. Которые, оказались сексотами жандармерии. Пропала немалая часть технической документации по вакцине, что хранилась в сейфе Куролесова. Пропали уволившиеся ассистенты Куролесова — Аникин и Тимошенко. Так же в Ташкенте помимо самого профессора исчез местный житель Исмаилов Рашид…
Потрясенный Небогатов покачал головой.
— Это немыслимо…кто бы это не был, то это очень серьезная организация… Такие дерзкие и синхронные действия в двух концах республики за тысячи верст друг от друга…
— Именно так, Евгений Вадимович. Завтра из отпуска прилетает шеф Оперативного бюро, генерал-лейтенант Петр Алексеевич Толстой. Завтра же на утреннем совещании, вы ротмистр, получите новые погоны и должность офицера по особым поручениям при начальнике Опербюро…Это вам, поможет в расследовании..
— У вас есть, такие возможности? С сомнением спросил Женя, смотря на Алексеева.
— Завтра с утра, вы убедитесь в наших возможностях. Но есть одна настоятельная просьба …
Да, слушаю Вас…
— Жандармерия, будет прикрывая провал контрразведки делать, упор на розыске самого доцента и его супруги… искать причины исчезновения… Нам, как заказчикам работ — это мало интересно. Нам нужны, исключительно, контейнеры с «чародеем». Чем быстрее, тем лучше. А еще нам нужны те — кто организовал это похищение…К вашим услугам будут фактически неограниченные финансовые и административные ресурсы… Но если «чародей» вырвется наружу — последствия вам будет тяжело представить..
— Но вы же сказали, что есть вакцина.
— Есть. Но её массовое производство даже с условиями мобилизации всех заводов биологического направления — начнется не ранее чем через полгода. К тому времени, если зараза прорвется в наши города…
— Будут мертвы от сорока до пятидесяти миллионов наших граждан…Основной удар придется в наши, переполненные народом промышленные мегаполисы.
Вкрадчиво добавил академик Каменев, поправляя лацкан бархатной курточки.
— Вы хотите сказать, что шеф и штаб корпуса жандармов, пока не знают о пропаже контейнеров???
— Конечно нет, Евгений Вадимович. Но узнают…через трое суток. Так что у вас, будет семьдесят два часа, на поиск следов «чародея» и его похитителей. Если вы за трое суток не ухватите хотя бы ниточку этого дела, то мы и ваше начальство будем очень, очень разочарованы.
Небогатов задумался, прежде чем ответил..
— Господа, в мои планы, никак не входит вас разочаровывать. Постараюсь решить возникшую проблему в указанные сроки…
— Да вы уж постарайтесь, голубчик, постарайтесь..
  
Глава 14
 
Москва. Даниловская управа. 14 января 2000 года.
Телефонные звонки, в целом, дело неприятное а уж вечерний звонок на конспиративную квартиру Брюса, вообще событие неординарное.
Выждав до десятого звонка, Брюс, взял трубку и прислушался в шуршанию электрических помех в мембране …
— Через полчаса. На первой точке. Вякнул голос в трубке и пошли короткие гудки.
Мельком глянув на часы, полученные за беспорочную службу, от командования Тихоокеанского флота Брюс тихо сказал.
 
— За старшего — Нитро! Буду скоро. Всем сидеть тихо!
Как обычно, никаких возражений, не последовало. Брюс, сначала огляделся на лестничной площадке и сделав несколько шагов по лестнице, прислушался. Ничего. опасного, мертвой, зловещей тишины, не наблюдается, слышно как работают в квартирах телевизоры, плачут дети и болтают гремя посудой, домохозяйки или горничных. Неслышно и стремительно, Брюс пошел вниз по лестнице, лифт — не для него, пусть на нем Карбонат с Баксаном катаются.
Вышел из подъезда, огляделся, принюхался…Мороз крепчал и поток ледяного воздуха, освежил затхлую московскую атмосферу, разогнав вечную вонь от выхлопов и бесчисленных труб заводов и фабрик… Москвичи к такому воздуху давно привыкли, но Брюсу, как сибиряку, такое зловоние было совсем не в радость. Быстрее бы свалить из этого человеческого муравейника.
Даниловская управа, это почти центр, хотя развивался изначально как промышленный район вокруг гигантского, построенного в разгар Великой войны автомобильного завода — АМО. Уже, десять лет как, Автомобильное московское общество постепенно выводит производство из столицы, в провинцию. Литейное и штамповочное производство, переносено в Тверскую губернию, конструкторское бюро и сборочные цеха — в Ярославль, старые цеха сносятся, на их месте растут благоустроенные многоквартирные дома вместе с уютными скверами. Раздраженный пролетариат, теперь сменяют солидные люди из числа инженеров и средней руки предпринимателей. Остатки пролетариата собираются поближе к дешевым пивным, пирожковым и чебуречным где и коротают свои унылые вечера.
В такое заведение, дешевую пирожковую с разливным пивом пяти сортов и «беленькой» в розлив под названием «Мамины пирожки», Брюс вошел, замотав лицо шарфом и сдвинув кепку на самые глаза.
В нос ударила вонь от подгорелого несвежего масла, пива и еще чего то похожего на мокрую собачью шерсть. Народа, было достаточно много, но пара-тройка свободных столиков, имелось. Потолкавшись у буфетной стойки и заказав пару похожих на обгорелые лапти, пирогов с сыром и ветчиной, пару пива «Баварское светлое», шаболовского пивоваренного общества и сто грамм «казенного хлебного вина». Занял удобное место, за спинами какой то компании из четырех мужиков, мрачно напивавшихся и почти не разговаривающих между собой. Хорошие ребята, на полицейских или жандармских филеров — не похожих. Те, для маскировки наоборот, орут и болтают без умолку, думая что очень похожи на пьяных простолюдинов.
Опрокинув «хлебного вина» и запив большим глотком пива, Брюс вцепился зубами в пирог и начал жевать. Как и ожидал Волошин, если водка была вполне сносной, как и положено по казенному стандарту, то пиво было несвежим как и начинка у пирожков.
На это плевать, Брюс за долгие годы службы в особых водолазах флотской разведки — чего только жрать не приходилось. И червей и жаб пупырчатых …без соли и специй…Желудок настоящего разведчика может и кирпич переварить, без проблем, если командование прикажет.
Наконец, заиндевелая от холода стеклянная дверь в пивную хлопнула и в прокуренную пивную ввалился тот, на кого в последние полгода работали Брюс и Нитро…
Товарищ Серов, он же Серый … высокий, худощавый, в очках с толстыми стеклами, с неприметным, но гладко выбритым лицом, одетый в дешевое коверкотовое пальто и огромную шапку волчьего меха с опущенными ушами. Не дать не взять, чертежник из проектного бюро, обремененный кредитами и детьми с нелюбимой женою…Если бы не видные большинству людей- офицерские повадки. Взгляд, манера держать спину и горделивый поворот головы. Армию, её из человека вытравить — ой как тяжело.
Взяв так же пару пирогов и пива с неизменной рюмкой «казённой» Серов, протолкался к столику Брюса и встал напротив.
— Разрешите?
— Пожалуйста, господин хороший… И Брюс, указал пальцем на стул.
— Благодарствую…и Серов примостился напротив, сняв свою шапку.