Ultima Ratio (СИ)
Пробившись на самый верх, Денис никогда не забывал своих друзей и их скромные потребности. Игорь Сикорский, при поддержке уже министра Бородина, возглавил крупнейший в России и возможно в мире — частный оборонный концерн, после обмена акциями с Обществом Путиловских заводов, второго в стране военного подрядчика. Теперь «Технологии Сикорского» выпускали практически весь спектр военной техники и снаряжения — от винтовочных патронов до броневой стали, корабельных радаров, эсминцев, реактивных самолетов, вертолетов и быстроходных танков с газовыми турбинами. Лет десять назад это вызвало бы страшный скандал и вал обвинений в коррупции, но безупречная репутация Бородина и резко обострившейся международная обстановка помешали этому. Тучи на границе ходили с каждым годом, все более хмурыми о чем неоднократно заявлял в своих интервью, сам военный министр. Ему вторил целый ряд аналитиков в погонах и без оных в один голос завывая о неменуемой войне с проклятущей социалистической Германией. Нынешнего президента это раздражало, но как реалист, был вынужден согласится, что Бородин во многом прав. Но постоянный рост военных расходов, изматывал нестабильную российскую экономику и долго это шаткое политическое равновесие продолжатся не могло.
— Похоже господа, началось. Гучков, аккуратно положил на стол бланк телеграммы.
— Что это?
— Телеграмма от старшего брата, из Цюриха. Официальный глава их семейного клана, Константин, занимал должность директора «Банковского дома Гучковых» в Швейцарии и был негласным, но крайне влиятельным представителем русских финансовых кругов на Западе, к его мнению, прислушивались многие.
— Не тяни душу, Лёва. Биржа рухнула? Нахмурив белесые брови, спросил Бородин.
— Да. Началось! Повторил, с неким торжеством и легкой дрожью в голосе, Лев Андреевич. Лондонская биржа, обвалилась двадцать минут назад. Банкир помахал бланком телеграммы.
— Надо включить телеприёмник! Повернулся было Сикорский, но Гучков, его остановил.
— Не стоит пока его включать. Этих новостей не покажут. Даже Би-би-Си, еще молчит.
— Вот как? Усмехнулся Сикорский. Заговор молчания?
— На время. Не забываем, что контрольный пакет акций Би-би-си у британской короны. Это продлится не долго, думаю через пару часов, весь мир узнает про биржевой крах. Еще двое — трое суток круги пойдут по воде и где то к субботе, накроет биржу на Ильинке.
— Принцип домино…Несколько рассеяно сообщил Бородин, постукивая пальцами по краю столика, что свидетельствовало о крайней степени эмоционального возбуждения. Когда накроет волной паники, Берлинскую биржу?
— По моим расчетам, послезавтра. Утром в пятницу…В Фольксбанке уже год, как проблемы с оборотными средствами государственных концернов типа «Мессершмидт» и «Хеншель» …На сей раз, они не устоят под ударом кризиса.
— Ясно. Время еще есть. Лёва, срочно бросай все активы на покупку акций «Сикорского» и «Нобеля»…Оружие, топливо и взрывчатка — это единственное, что государство будет щедро финансировать в условиях кризиса. Нужно сейчас занять выгодную позицию.
— А что Кулешов, Денис? Что американцы с Траутом? О чем договорились?
Бородин, молча плеснул ледяной водки в бокалы всем троим, выпил свою порцию и зажевал кулебякой.
— Он думает меня обхитрить. Этот любитель угольных фильтров и повышения налогов на воздух, считает что стратегический договор с американцами, даст повод заморозить рост военных расходов.
— Это как? Не понял Сикорский.
— Вот так. Тесный союз России и САСШ, послужит по его мнению, сдерживанию наших конкурентов. Это все таки более семисот миллионов населения и огромный промышленный потенциал. Ни Германия, ни Япония, ни Британская империя, теперь не сунутся…Это повод заморозить военные расходы. Хотя бы на время..
— Не понял, Денис, а в чем здесь наша выгода…Выгода наших партнеров?
— В социальном проекте. В недрах партийного аппарата кадетов и прогрессистов идет активная работа по привлечению крупнейших военных подрядчиков к строительству дешёвого государственного жилья для малоимущих и прочих, так называемых социальных объектов. Земских школ и больниц.
— Что? Это уже какой то социализм. Откинулся на кресле Сикорский.
— Именно так. План тех, кто разработал его для Кулешова- прост и гениален. Начало массового строительства привлечет массу люмпенов на простую и длительную работу, значительно снизив количество безработных. Уважаемые миллионщики — промышленники, мощные потоки государственных денег под развертывание производственных мощностей. Прогрессивный блок — поддержку избирателей.
— Лонг. так делал президент Хьюго Лонг, в САСШ. При Депрессии тридцатых..
— Да. Ничто не ново под луной…Уверен, чтоследующим шагом президента Кулешова, станет масштабное строительство автомобильных дорог.
Гучков вскочил, едва не уронив прикрывающую срам, простыню.
— Немыслимо…Все летит насмарку, все…Прибыльность от строительства дешевых бетонных лачуг, просто смехотворная.
— Ну господа, можно порадоваться, что Россией правит такой прозорливый человек, как Дмитрий Яковлевич Кулешов. Сказал Бородин, укладывая на блюдо здоровенного омара.
— Он еще и издевается! Заметил Гучков вышагивая по салону. Что делать, что делать!?
— Не причитай, Лёва. Строго заметил Сикорский, изучая невозмутимое лицо военного министра.
— Ты что то придумал? Денис, говори, ты точно что то придумал. И вообще откуда ты знаешь, что задумал избирательный штаб кадетов? У тебя, там шпионы?
— Все проще, Игорь, много проще. Тропосферная связь….
Сикорский хлопнул себя ладонью по коленке.
— Дирижабли — ретрансляторы. Которые обеспечивают дальнюю связь….Ты пишешь разговоры Кулешова?
— Конечно нет. Я пишу разговоры их губернских партийных отделений с московским штабом. Потом парни из разведывательного управления ВВС, делают расшифровку.
Сикорский несколько раз, хлопнул в ладоши, изображая аплодисменты.
— Теперь не буду пользоваться тропосферной коммерческой частотой. Может не один ты, Денис, такой умный.
Гучков перестал метаться и снова сел за стол.
— Денис, оставь в покое этого омара и скажи, что ты наконец придумал.
— Да ничего особенного. Просто Дмитрий Яковлевич, плохо представляет себе, масштаб надвигающейся депрессии. Меры которые он хочет применить — не более чем разбазаривание средств. Оживить производство, убрать возникающую массовую безработицу, можно только направив бюджетные средства на форсированную подготовку к большой войне. Это не только вооружение и техника, это обмундирование, продовольственные запасы. Это лес, это уголь, это вся тяжелая индустрия и обрабатывающая промышленность. Это деньги, большие деньги. Раздача хлеба для нищих и поставки в Действующую армию немного разные величины прибыли, не так ли?
Гучков и Сикорский, синхронно кивнули. Когда надо, Денис Владимирович Бородин, мог быть чертовски убедителен.
— Мобилизация промышленности, позволит присоединится к производству необходимого снаряжения, все направления нашей экономики. Часть безработных поглотит ростущая промышленность, остальных ждет — фронт.
— Раздавать оружие вчерашним люмпенам, это не самое лучшие решение! Вспомни семнадцатый год…
— Позволь не согласится. Еще хуже оставить их в тылу и кормить за счет государства. Военное время позволяет свернуть многие вольности, характерные для мирного времени. Это поддержит большинство слоёв населения. Все для армии — все для победы. Но даже не это главное ….
— А что? …Говори яснее! Вспылил уже, обычно хладнокровный Сикорский.
— Перспективы. Устраним Британию и наши товары хлынут в её колонии от Индии до Южной Африки. Устрани Берлин и вся Турция, Польша, все Балканы и Восток Европы — место сбыта нашей продукции. Никаких колониальных барьеров и прежний сфер влияния. Настанет время дикой охоты..
— Не думаю, что Россия выдержит большую войну. Конфликт по типу Маньчжурской войны — пошел бы на пользу, взбодрив экономику..