Поворот за мостом (СИ)

— Красиво.
И он поцеловал меня.
Я почувствовала, что нужно сказать ему, но никак не могла подобрать слов. Наверное, Аксель ощутил, что я не слишком активно отвечаю на поцелуй, потому что отстранился. Я не видела в темноте, но знала, что он вопросительно приподнял бровь.
— В чем дело?
— Я… Знаешь, я устраивалась к вам всего на два месяца…
Он удивил меня:
— Знаю. Поэтому решил не терять времени даром.
Он все знает!
Но, в который раз, оказалось, не все.
— Отец сказал. Я, конечно, и не думал, что ты останешься здесь навечно. Просто…
— Мне нужно будет решить кое-какие дела дома, и я смогу вернуться, — неожиданно для самой себя сказала я. — Мне нравится быть здесь. И… Мне нравишься ты.
— Ну, посмотрим, — сказал он почему-то без энтузиазма, и так, словно не расслышал последнюю фразу.
— Ты не поехал сегодня на покер, — заметила я. — Почему?
— В картах мне не везет в последнее время. И я… Очень хотел домой, — на этих словах он слегка сжал мою ладонь.
— А Эрни поехал.
— Нет, без меня он там не бывает, — уверенно сказал Аксель. Так, словно отвечал на вопрос, хотя я не спрашивала. — Я ему писал вчера, что игра на этой неделе отменяется.
— Да нет же. Он мне только сегодня утром сказал, что хочет поехать, — настаивала я.
— Черт, надеюсь, он передумал… Ладно, в любом случае, там сегодня Лидия, да и Фокс не позволит наливать ему…
Аксель больше ничего не сказал, но я почувствовала, как он начал нервничать.
— Может, позвонишь ему?
— Хорошая идея.
Он достал телефон, и в стоящей вокруг тишине я слышала череду долгих гудков, но никто не поднял трубку.
— Ладно, думаю, можно смотаться туда и забрать его, в случае чего.
— Все так плохо? — я начала тревожиться, что, если Эрни и впрямь потянуло на выпивку, это моя вина: он очень волновался, когда речь заходила о Джеффри, а я устроила ему настоящий допрос утром. — Он, в конце концов, взрослый парень…
— Если Эрни напьется, его отец будет в ярости. Он клялся выгнать его из дома. После пожара он долго пробыл в больнице и перестал пить, но когда Джеффа посадили, опять сорвался. Вот уж несколько месяцев в завязке, но я не знаю…
— Я поеду с тобой, — с готовностью заявила я.
— После того раза я не думаю, что это хорошая идея, — Аксель взял меня за руку и стремительным шагом пошел к дому.
— Да брось, я тоже переживаю об Эрни. Вдруг нужна будет моя помощь?
— Это какая такая помощь?
— Мне все равно надо увидеться с Лидией, — я не стала говорить, что завтра она собирается заехать в гости, — и если ты не возьмешь меня, я просто поеду на своей тачке.
Аксель тяжело вздохнул.
— Ты просто заноза в заднице.
— Что-то имеешь против?
— Нет.
Мы не стали заходить в дом и сразу устремились к амбарному навесу, где стоял его пикап.
— А на прошлой неделе его не было на покере, — вспомнила я. — Может, он и сейчас дома?
— На прошлой неделе там были люди Томпсона, — глухо пояснил Аксель.
Выглядел он совершенно спокойным, но я все равно ощущала легкие флюиды беспокойства, исходящие от него, и эта тревога слилась с моей, усиливая ее. В мой первый день в баре Фокс предупредил, что Эрни наливать нельзя; я уверена, что и Лидия не стала бы. Но все равно нервничала. Неужели у него такая серьезная зависимость? Мне было ужасно жаль парня.
Мы выехали с фермы, — Аксель сжал мою руку, когда мы проезжали по мосту, и это успокоило меня, — и понеслись по шоссе к бару.
— Мне придется сыграть партию, иначе туда не пройти, если только у них не перерыв, — сказал он. — Я попрошу Ли выйти, но вряд ли Фокс отпустит ее в разгар вечера. Подожди меня в машине.
Мы остановились на обочине, и даже отсюда, с закрытыми окнами, было слышно, как шумно в «Старом Лисе». На забитой парковке я сразу заметила минивэн Эрни.
— Сиди в машине, — повторил Аксель строго и вышел наружу.
— Да слышала я, — мне не хотелось с ним спорить, к тому же, и самой после того раза встречаться с завсегдатаями бара не хотелось. Я высматривала среди курящих у входа людей Кларка, — его, к счастью, там не было. Зато кто-то валялся на земле и извергал наружу содержимое своего желудка, издавая звуки, похожие на зов кита.
 
— Ну и мерзость… — отвернувшись от окна, я потыкала кнопки магнитолы. Музыка грянула из колонок, оглушив и напугав меня, и я поспешно убавила звук.
Странно, что Аксель сказал, что не сможет пройти в игровую, если не собирается играть. В прошлый раз там было полно зевак. Впрочем, если все это были люди Томпсона, неудивительно, что Фокс их пустил — насколько я могла судить, он был ценным клиентом.
И тут я увидела в боковое зеркало Лидию. Она вышла из бара, оглядываясь по сторонам и одновременно доставая из фартука пачку сигарет.
Я вышла из машины, — в бар ведь я заходить не буду, это не считается, — и направилась к ней.
Затянувшись тонкой ментоловой сигареткой, она прислонилась к стене и устало прикрыла глаза — совсем как в нашу первую встречу.
— Лидия, — позвала я.
— О, вот ты где! Детка, я же просила, зови меня просто Ли.
— У тебя красивое имя.
Мы обнялись, и она даже чмокнула меня в щеку.
— Ну и дурдом сегодня. Чаевых — гроши. Еще и новенькую взяли, а Долорес опять сбежала прямо посреди смены.
— Эрни там?
— Да вроде. Фокс, осел, поставил меня в зал, а девчонку на покер. Сегодня народу мало… Слушай, у меня деньги-то твои дома, я завтра заеду, как договаривались, и отдам, окей?
— Без проблем. Проехать к нам, кстати, уже можно.
— Вот и славно. Ты-то как? Как нога?
— Отлично, только по лестнице больно подниматься. А ты…
— Кстати, а вы с Акселем-то, я смотрю, сдружились? — Лидия выдохнула облачко пахнущего мятой дыма и выбросила окурок. — Ну, и как он?
— В каком смысле?
К счастью, от неловкого разговора меня спас Фокс. Он вышел на крыльцо и гаркнул что есть мочи, распугав при этом курящих у входа постояльцев:
— Эй, ты! Я тебе не за перекуры плачу!
— Ладно, мне пора бежать. До завтра, детка.
Лидия похлопала меня по плечу и упорхнула за бородачом в полную хаоса и пьяных выкриков бездну. Дверь за ее спиной дернулась, но тут же открылась, и неоновый свет вывески упал на лицо Томпсона.
— Черт, — пробормотала я себе под нос и поспешила к пикапу.
Мужчина быстро нагнал меня. Он выглядел возбужденным, взъерошенным и слегка нетрезвым.
— Какая приятная встреча.
— Отстаньте, — бросила я, обернувшись и вглядываясь в пространство за его спиной — не идет ли Аксель?
— Ух, как грубо. Ты подумала над моим предложением?
— Я ведь даже уже ответила…
— Ты сделала неправильный выбор. Послушай, Эмма, я говорю тебе совершенно серьезно: не знаю, что в тебе такого, но я вижу, что ты не такая, как все.
Я ощутила, как к горлу подкатила желчь. Сильнейшее чувство дежавю охватило меня, заставив замереть на месте, прокрутить в голове эту фразу, брошенную им, казалось, совершенно случайно, чтобы убедиться, что он действительно это сказал.
— Как только я увидел тебя, я это понял. Нельзя такой девушке, как ты, пропадать в дыре вроде той, где живут Хейзы, горбатиться на них, когда ты можешь применить свои… таланты, — он окинул меня долгим скабрезным взглядом с ног до головы. Заметив на мне толстовку Акселя, Томпсон сжал челюсти, и на гладко выбритых щеках заиграли желваки, — применить свои таланты более… более…
Странное ощущение прошло, оставив после себя мерзкий скользкий след.
— Оставьте меня, — сказала я. — Я не стану на вас работать.
— Можешь не работать. Но, может, ты дашь мне шанс? Узнаем друг друга поближе. Ты просто прелесть, Эмма…
Он протянул ко мне руку, чтобы коснуться щеки или, может, убрать волосы с моего лица. Глаза его испытующе скользили по мне, и этот взгляд тоже был мне хорошо знаком. Я отшатнулась.
— Я неясно выразилась? — рявкнула я, хотя в моем голосе не было той уверенности, которую я пыталась показать.