Вопреки друг другу (СИ)

Закусила губу, разглядывая его светлые ресницы, обрамляющие опущенные глаза, преувеличенно внимательно изучающие содержимое тарелки. Слишком тщательно он сейчас пережёвывает кусок мяса и излише аккуратно орудует ножом и вилкой…
— Угу, — я отвернулась в тот момент, когда Антон, почувствовав мой взгляд, резко поднял голову. — Денис…
Тоха невесело хмыкнул, и я всё-таки ощутила эту волну сдерживаемого негатива, долетевшую до меня сквозь наскоро выстроенный Антоном щит равнодушия.
— Решила поиграть с огнём, Ань? — он механически улыбнулся и снова опустил глаза, а я невольно напряглась, пытаясь прочувствовать степень его заинтересованности и любопытства. — Не живётся-то тебе спокойно…
Откинула волосы за спину, на всякий случай сердито пробормотала:
— Я не собираюсь играть с огнём, глупости какие… Какая разница — на такси бы я доехала или с ним? Для меня никакой…
Чувствовала, как лживо звучит мой голос… А Антон это чувствует? Хочется верить, что нет…
— Что у него за машина, кстати? — Тоха глотнул минералки, пытаясь свернуть разговор в нейтральное русло, искренне считая, что автомобили — менее щекотливая тема. — М-м?
А вот сейчас действительно стало неловко…
— Не знаю, — я пожала плечами, рассматривая маникюр на ногтях. — Какая-то иномарка. Я не приглядывалась. Красивая и дорогая, если ты об этом.
Я подняла на него глаза исподлобья.
Антон ожидаемо покивал головой, совершенно не напрягаясь. Ну да, что может знать о машинах Анька, старший кассир какого-то гипермаркета…
— Ты сказала ему, что замуж выходишь?
Едва не застонала — Господи, да какая Денису разница, замуж я выйду или в проститутки подамся?
— Сказала конечно.
— А он?! — Тоха не отрывал от моего лица пытливый взгляд.
— А что он? — я холодно посмотрела в карие глаза, застывшие в ожидании ответа. — Ему пофиг, Антош. Он сам давно и счастливо женат, я же тебе рассказывала.
Антон улыбнулся с видимым облегчением.
— Ну мало ли, Аня… А чего на такси всё-таки не поехала?
Наверное, если я снова попытаюсь выкрутиться, это будет слишком заметно. Разговор и так просто отличный — я говорю только то, что считаю нужным, он в свою очередь слышит только то, что хочет услышать. Идеально, конечно… И даже совесть обмануть получается… Но всё не то.
— Потому что мне хотелось поехать. Любопытно было…
— И как? Удовлетворила любопытство? — Антон вскинул брови, снова напрягаясь и откладывая вилку.
Поморщилась…
— Нет. Мы молчали всю дорогу, ничего интересного…
Я поднялась с места. Под тяжёлым пристальным взглядом обошла стол, встала за спиной Антона, со вздохом положила ладони ему на плечи… Подалась вперёд, проходясь пальцами по неровным выступам лопаток, скользя по изгибам шеи и позвоночника… Медленно, с удовольствием ощущая, как под моими руками расслабляются мышцы уставшего мужского тела, как исчезает сковывающее движения напряжение…
Склонилась ниже, прошептала над ухом:
— Поцелуй меня, Антош…
Предупреждая возможные возражения, сама спустилась дорожкой поцелуев по шее, оттянула воротник футболки, провела языком по пахнущей гелем для душа коже спины, возбуждаясь от собственных действий…
— Ань, я устал…
— Я сама всё сделаю… Ну пожалуйста… — я потёрлась лбом о его затылок, целуя проступающие шейные позвонки…
— Я устал! Сказал же!
Прозвеневшая в стальном голосе обида проявилась в этот момент слишком отчётливо, разбивая на мелкие острые осколки всё показное равнодушие и холодность. А вместе с ними и моё желание…
Резко выпрямилась, убрала руки с его спины. Не оглядываясь, направилась к выходу из кухни…
— Ань!
Не отреагировала. Да, трахаться хочется… Но гораздо важнее тот факт, что совесть угомонились окончательно. Осталось завтра про работу признаться — и всё будет отлично…
Однако признаться оказалось не так просто почему-то…
Утром, уже в дверях дожидаясь, пока я натяну на Славку куртку и сапоги, Антон с улыбкой напомнил о том, что надо подать заявление в ЗАГС. Нет, я знаю прекрасно, что брак для Тохи — просто формальность, как, впрочем, и для меня. Можно жить и без этих штампов в паспорте, и даже быть счастливыми при этом. Но, наверное, свою роль играют как стереотипы общества, так и желание сделать какой-то новый шаг в отношениях… Хочется ведь, в конце концов, быть единственным человеком в жизни партнёра, ещё и желательно с гарантией… Понятно, конечно, что никакое узаконивание отношений не может служить гарантом "долго и счастливо", но лучше хоть что-то, чем совсем ничего…
 
Да, в двадцать женятся по любви, это бесспорно. И в таком бесперспективном замужестве я уже была… Больше не хочу.
Не то чтобы я рассматривала союз с Антоном как брак по расчёту… Но разве в моём возрасте возможен брак по взаимной любви в принципе? Нет. Комфорт, удобство, симпатия, уверенность в завтрашнем дне — это лучшее, что можно ожидать от замужества таким, как я. И я прекрасно знаю, что Тоха — идеальный вариант на роль мужа.
Только вот из меня кандидатка в жёны оказалась так себе…
Я не знала, с чего начать разговор о работе. Я столько раз за последние месяцы пробовала поговорить на эту тему, что теперь просто поставить Антона перед фактом оказалось почему-то чрезвычайно сложно. Тем более сейчас, непосредственно перед подачей документов в ЗАГС…
И я трусливо молчала, всё сильнее обрастая комплексом вины…
Денис начисто выветрился из головы — поездка с ним казалась сущим пустяком в сравнении с масштабностью данного поступка, ибо встреча с бывшим мужем — случайность по сути, а приход в компанию — вполне осознанный шаг против Антона…
Весь вечер крутилась вокруг Тохи, преданно заглядывая ему в глаза и вместе с тем отлично осознавая, что слишком сильно, как оказалось, я боюсь обидеть этого человека и лишиться его доверия… Надо же, кто бы мог подумать…
И даже утром перед собственным первым выходом на смену не могла произнести ни звука, глядя в родное хмурое лицо и слушая привычное сонное ворчание за завтраком…
Нет, мне очень хотелось бы приехать туда с Антоном, мне отчаянно требовалась его поддержка и одобрение, может, даже советы, ибо он знает о самой компании многое, хоть и не касается непосредственно производственных цехов… Но сегодня я решила добираться на предоставляемом работникам бесплатном транспорте, оттягивая момент признания ещё на неопределённое время…
Когда за Тохой и Славкой закрылась дверь, я собралась со скоростью звука, мысленно прикидывая, до какой из остановок проще бегать по утрам…
Уже сидя в переполненном автобусе, послала Антону совершенно нелепую смс-ку:
Антош, сегодня моя смена (я устроилась работать контроллёром, кстати), поэтому вечером буду поздно. Прости, что сразу не сказала, не хотела тебя сердить
Миллион раз переписывала сообщение — переставляла слова местами, клялась в вечной любви и тут же удаляла неуместные строчки, обвиняла его в тирании из-за глупого запрета и снова стирала, добавляла и убирала дурацкие смайлики…
Зажав мобильник в ладонях, глотая непрошенные слёзы и тупо пялясь в экран всю оставшуюся дорогу, ждала ответ… Так и не дождалась.
Обиделся…
Чёрт! Чёрт. Чёрт…
Впрочем, едва автобус остановился и толпа народа устремилась из распахнутых дверей ко входу в сияющее синими стеклянными стенами здание, образ злого Антона, мечущегося по кабинету и проклинающего меня на чём свет стоит, отодвинулся на задний план. На смену чувству вины ожидаемо пришли страх и волнение. А ещё какой-то дурацкий азарт, заставляющий гордо вскинуть голову и с невозмутимым видом двинуться к проходной…
  
*9*
 
Мне вылено было подняться за временным пропуском, что я благополучно и сделала, свернув перед турникетом на лестницу. Наверное, в этот момент я впервые поняла выражение "трясутся поджилки"… Я боялась встретить Антона так, что вздрагивала от каждого доносящегося до лестничных пролётов звука — чужого голоса, хлопка кабинетной двери, шагов по коридорам… Мне панически хотелось покончить побыстрее со всеми формальностями и сбежать наконец из этих просторных офисных этажей…