Вопреки друг другу (СИ)
И мысль о том, что Тоха всё равно ни о чём не узнает, мало помогает. Я, вообще-то, всегда думала, что я верная…
С грустным вздохом выключила воду, замоталась в полотенце, прошлёпала в предбанник к зеркалам и фенам…
Впрочем, Денису я действительно хранила верность в браке. Я просто на уровне интуиции знала, что он не простит измену и предательство, поэтому даже мысленно не могла представить на месте мужа никого другого. Зато потом, после развода, я перестала быть такой категоричной… Но реально изменила партнёру действительно впервые. И тем обиднее, что это оказался именно Тоха — всё-таки он самый лучший мужчина из всех, что у меня были…
Я уже прошла к своему шкафчику и намазала лицо кремом, когда на всю огромную раздевалку со стороны входа раздался знакомый разкий окрик:
— А-а-ань!
Сердце замерло в груди…
Что я там говорила о том, что рядом с бывшим мужем становлюсь круглой дурой? Ну в общем я была права, да.
— Чего? — я, тряся влажными волосами и придерживая замотанное на груди полотенце, выглянула в проход, ведущий к двери.
— Ты тут… — Денис нахально улыбнулся, опираясь плечом о дверной проем. — Долго тебе ещё?
Довольная произведённым впечатлением, я снова скрылась за шеренгой шкафов и прокричала оттуда:
— Минут двадцать. Ты же, вроде, говорил, что у меня есть час…
Руки заметно задрожали, и я задержала дыхание, старательно вырисовывая стрелку на глазу. Вот зачем я, спрашивается…
— Не торопись, Анют. Я подожду.
И почему у меня всё то же дурацкое ощущение, будто я не сознательно провоцирую Дениса своими выходками, а всего лишь трепыхаюсь толстой мухой в липкой паутине?! Впрочем, плевать… Мне безумно нравится его реакция на мои выпады — оценивающий блеск глаз, одобрительная усмешка, азарт в голосе…
Конечно, я знала, что он не пройдёт дальше двери в женскую раздевалку. Но, чёрт возьми, даже дух захватило от представления того, что всё-таки зашёл бы…
Слышала, как щёлкнула дверная ручка, на всякий случай ещё раз высунулась в проход… Ушёл. Тем лучше, конечно… Зато поводов для ночных фантазий значительно прибавилось. И мечтать о сексе в раздевалке гораздо приятнее, чем вспоминать минет в цеху…
На парковку спускалась неторопливо, чувствуя себя на территории предприятия уже совсем по-другому. Нет, я вроде не настолько честолюбива, но осознание себя помощником офис-менеджера — это не привычое ощущение контролёра на линии…
Денис развалился за рулём своего Лексуса, задумчиво поглаживая мобильник в ладони и глядя в экран планшета, где беззвучно мелькали кадры какого-то фильма.
— Извини, если долго, — я плюхнулась в пассажирское кресло, кусая губы и сдерживая улыбку.
Дурацкое неуместное победное чувство — раньше, когда мы были женаты, он бы уже весь телефон мне оборвал, торопил бы, психовал, а сейчас вот — сидит и терпеливо ждёт, и даже злым не выглядит…
Денис лишь устало ухмыльнулся, подаваясь вперёд, обнимая длинными пальцами руль и заводя машину.
За всю дорогу мы обменялись лишь парой фраз — взаимные тычки и язвительные шутки по поводу вождения, несколько подколов об общем прошлом, которое ещё так недавно казалось не просто забытым и пережитым, а глубоко похороненным в памяти… Нет, сейчас эти воспоминания не бередили душу и не пробивали на ностальгию, они просто немного роднили и почему-то смешили…
В бывших же не влюбляются заново?! Тем более когда используешь их только для того, чтобы занять нужную вакансию в офисе… Но я не могла не отдать Денису должное и не признать очевидный факт — в данный момент мне было хорошо рядом с ним. Особенно вот так, в небольшом салоне автомобиля, где нет ни стекольного производства, ни Тохи, ни общих сложностей и проблем, ни чётко определённого будущего… Только полупрозрачная тень прошлого, одна на двоих, делающая нас обоих в эти минуты чуть ближе друг другу, чем ко всему окружающему миру…
За окном темнел серый сумеречный город. Чёткий и непривычный сквозь чуть тонированное стекло Лексуса… Убегающие в даль фонари, встречные фары, далёкие огни окон и подсветок мостов, жёлто-оранжевая иллюминация улиц, стекающие по лобовому стеклу редкие капли брызг из-под колёс…
Это временные чувства. Это просто слабость. Интуитивное желание спрятаться за чью-то спину перед началом армагеддона, каковым для меня представляется приближающийся разговор с Антоном. А ещё это чисто женская эгоистическая потребность хоть ненадолго скинуть с себя любую ответственность и спихнуть её на мужские плечи. Желательно именно такие, как у Дениса — моя ответственность для него просто пустяк, он её и не заметит, наверное, а я смогу хоть немного расслабиться и побыть почти счастливой… С Тохой получается побыть счастливой только в том случае, если забить на всё и сразу — тоже хорошо, иногда даже отлично, но не сейчас…
Мне было даже по-своему жаль, что поездка на удивление быстро подошла к концу. Банальное "спасибо"-"не за что", "пока"-"до встречи, Ань"… Захлопнула чёрную блестящую дверь чёртового Лексуса, с тоской обернулась к своей многоэтажке…
Я почти не чувствовала пронизывающего ветра, шлёпая по лужам к дому. Ощущение внезапного праздника быстро и уверенно сходило на нет…
Заигралась, да?! Зря я, конечно…
Почему-то в подъезд входила как в пыточную камеру. Чёрт, и время совсем неподходящее — сейчас только моя смена к концу подходит, а я уже дома… Надо было соглашаться поужинать с бывшим мужем — тогда не пришлось бы объяснять Антону, почему я явилась так рано. Впрочем, тогда на душе было бы ещё тяжелее. Лучше правду сказать, как есть. Ну кроме, мать его, минета, конечно…
В лифте просто прислонилась к стене, вспоминая профиль Дениса на фоне салона Лексуса… Ну кто бы мог подумать, что бывший муж станет таким? Вроде и рада за него, но всё равно обидно…
Повернула ключ в замке, толкнула дверь в квартиру…
Родные запахи и обволакивающее тело тепло нахлынули разом и как-то резко, остро… Каждое жилище пахнет по-своему, и сейчас я почему-то в полной мере ощутила аромат нашего дома — тонкий, едва уловимый привкус душистого яблочного пирога, окутывающий полупрозрачным шёлком флёр дорогого кофе с коньяком, горьковатый едкий укол табачного дыма, воздушный клубнично-банановый десерт с нотами карамели… Вку-у-усно… Слух уловил знакомую какофонию звуков — чуть слышный шум запущенной в деликатный режим стиральной машинки, новости мировой экономики по телевизору, весёлые песенки детского канала из Славкиной комнаты, свист работающей игрушечной железной дороги…
Господи, чего ж так больно-то в груди?..
— Ма-а-ам! — в коридор выскочил Славка с паровозом в руках. — Привет!
Украдкой вытерла слезу, быстро скинула пальто и протянула ладони к сгорающему от нетерпения сыну — как же хорошо, что он ещё не спит! Подхватила на руки… Тяжёлый он совсем стал…
— Ты чего так рано? — со стороны кухни вышел Антон…
Просто улыбнулась, не зная что ответить. Снова перевела взгляд на Славку, чмокнула сначала одну пухлую детскую щёку, потом другую…
Тоха смотрел на меня с настороженным удивлением и упрямым ожиданием. Надеется, наверное, что я уволилась…
— Отпустили пораньше… — я неловко закусила губу и поставила сына на пол.
Враньё, и мы оба это знаем. Никого в цеху не могут отпустить пораньше, только если по состоянию здоровья.
Антон невесело усмехнулся и презрительно сощурил глаза, отводя взгляд в сторону кухни.
— Управляющий распорядился?
Глубоко вздохнула. Бессмысленно врать…
— Угу, — я небрежно поморщилась, старательно не скрывая того, что говорить о бывшем муже мне неприятно. — Злишься, Антош?
Боже мой, как же глупо это всё…
Преувеличенно тщательно расправила пальто на вешалке, не поднимая глаз. Наклонилась, неторопливо расстёгивая молнию на сапогах…
Он не ответил. Отвернулся… Ушёл в кухню…
Почему-то без него в прихожей стало как-то легче дышать.
Улыбнулась Славке, катающему свой паровоз по комоду, наконец убрала в гардеробную одежду, бросила взгляд в зеркало… Щёки раскраснелись от промозглого ветра, воспалённые глаза горели каким-то лихорадочным светом, мокрый снег растаял в волосах… Сумасшедший вид почему-то, будто пьяная. Это всё погода…