Я не аристократ (СИ)

  
Кристиан Бэд, Екатерина Белозерова, Риона Рей
 
Я не аристократ
   
Глава 1. Два «апостола»
 
Люди очень удивляются, когда с ними поступаешь так же, как и они с тобой.
— Да не тянут эти идиоты пять суток! Как ты не понимаешь — они вообще ничего не тянут! — горячился тощий мужик в сером костюме с белым галстуком.
Толстый в белом костюме с серым галстуком жмурился, как сытый кот, и сладенько улыбался. Глаза у него при этом были такие злые, словно он примеривался кинуться на тощего и удушить его галстуком любого цвета, на выбор.
Тощего звали Павел Савлович, толстого — Пётр Семёнович. Но по отчеству их в родной конторе величали редко, несмотря на солидный возраст.
Оба они были учёными. Обоих пригласил в фирму Герман — приват-директор, про которого мало кто знал хорошее. И Павлу, и Петру казалось странным, что научным учреждением руководит качок с замашками братка из девяностых. Однако рулил фирмой именно Герман.
Был у «Магнетик Инк» и генеральный директор, но про него ходили только мутные слухи. Никто даже не знал толком, где он сидит.
Филиалов фирма развела много, а головное предприятие было зарегистрировано на Кипре. Может, от налогов так убегали, а может, гендир руководил прямо с пляжа?
Филиал в Н-ске, где трудились Павел и Пётр, занимался, в основном, тестированием и адаптацией геймеров к игровому миру. Технические разработки вели другие парни. Был какой-то филиал в соседнем Чморске.
Павел и Пётр в эти дела не лезли. Их наняли, чтобы «докрутить» идею. Павел был асом в социопсихологии и физиологии мозга, Пётр — специалистом по кадрам: он отвечал за подгон испытателей-геймеров.
Дело, однако, не ладилось. Новый концепт, именуемый «Магнетик», совсем не магнитил потенциальных клиентов.
Правда, сами клиенты об этом ещё не знали. Шла работа тестировщиков и фокус-групп.
— Тупые они! Ленивые! — тощий Павел вскидывал согнутые в локтях руки, как магазинная курица, ухваченная за крылышки. — Они не понимают, что и тут тоже выкладываться надо! Крутиться! Ты знаешь, кто у нас в «Магнетике» через год будет у власти?
— Кто? — удивился толстый Пётр.
— Да никто! — вознегодовал худой. — Неписи! Все твои игроки сливаются! У меня даже график есть. Вот!
Он развернул на экране компьютера таблицу.
Ругались Павел и Пётр в маленьком аккуратном кабинете для совещаний. С единственным столом, зато с дюжиной стульев, расставленных вдоль стен.
Из достопримечательностей тут был только аквариум с лабораторным вараном Яшкой, любимцем приват-директора Германа.
Варан был здорово похож на Германа — такой же тупой, хищный и отмороженный на всю голову. Пока Павел и Пётр спорили, он делал вид, что дремал.
— Ну, вот сам посмотри! Зелененькая кривая, это те, кто сливаются через сутки. Их сорок процентов! Сорок, ты понимаешь! Проходят реальные сутки или три игровых дня, и персонаж уже сдался, он плачет и хочет домой! И в штаны наделал!
— А синенькая?
— А синенькая те, кто продержался двое суток. Потом они все устают и хотят перерыв. Они же все читерить привыкли. Им надо отойти, попить пива, поиграть с друзьяшками в пейнтбол. Они не понимают, что выхода из этой игры не будет!
Толстый Пётр хмыкнул. Синенькая кривая охватывала ещё треть игроков.
— Красная — трое суток?
— Да. Трое реальных, девять игровых.
— А больше?
— А больше — никак, — развёл руками Павел.
— Мда, — оскалился толстый, взвешивая глазами тощего. — Герман нас скоро самих на пять суток в игру отправит.
Игроков подбирал он, но раз все такие — его-то какая вина?
— А я при чём?! — прошипел тощий Павел. — Чего ты на меня так уставился?
— Ну, ты-то понимаешь, что мы готовим бомбу, а выйдет пшик! Большинство игроков, конечно, будут нахлебниками. Но кто-то заплатит денег, и мы дадим ему базовое выживание и защиту. И вот вопрос — за счёт чего нам давать эту самую базовую защиту, если человеческие мозги просто не тянут прогресс в игре? Сколько не вливай в них скилов и игровой валюты, если мозг игрока тупит в реале, он и в игре профукает всё!
 
— То есть мне им мозги поправить? Я тебе кто, бог?
— Слушай, — толстому Петру стенания коллеги явно поднадоели. — Ну, ты же биолог, Паша? Ты что, не можешь создать из них в игре каких-нибудь сверхлюдей?
— Да всё я могу, — дёрнул тот куриными крылышками. — Хоть богами их могу прописать, пожалуйста. Но тупость у каждого останется личная, хоть как ты его назови. Я же тебе сказал — они неконкурентны мозгами! Не понимают себе подобных, не считывают чужие эмоции, не владеют прогностическим мышлением. В школе плохо учились, книжки плохие читали — даже примерно не знают, как выходить из сложных ситуаций. Думают, что им всё на блюдечке будет, вместе с базовыми навыками. Просто человеческий шлак какой-то, диванные воины! И чем мягче диван, тем амбициозней! Что с ними делать, а? Они должны проявить свою волю, свою смекалку… Как я им это дам?
Павел завёлся и начал бегать по кабинету, размахивая локтями:
— Ты же понимаешь: наша игра — прорыв, новый уровень игрового мира! В ней можно жить! А как жить, если ты — без мозгов?
Толстый молчал. Нервы у него были скрыты крепким слоем жира, а потому не особенно беспокоили.
— А если мы дадим им преимущество в реализации инстинктов? — подумав предложил он.
— А почему именно инстинктов? — удивился тощий.
— А ты думаешь — богатые самые умные? — рассмеялся толстый. — Ты Германа видел? Они самые хищные. Сущность богатого человека в том, что он жрёт конкурента, не рассуждая и не жалея. За десять процентов прибыли Герман удавит нас всех на фиг. В нём сильны первобытные инстинкты, сечёшь? Инстинкты-то ты можешь игроку подкрутить?
— А как я их подкручу? — дёрнул «крылышками» Павел. — Инстинкты нам даны такие, какие есть. Их не поменяешь.
— Ну… — Толстый почесал отсутствующую лысину. — А если как-то растормозить самую древнюю часть сознания — лимбическую систему мозга? Чтобы игроки маленечко озверели? Придумай, я, что ли, тут физиолог?
— Лимбическую? — удивился тощий. — А какое она имеет отношение к…
И тут он замолчал, а толстый осклабился: понял, мол? И показал на варана, делающего вид, что он тут совсем ни при чём.
— Ящерица не думает, она действует, — пояснил он на всякий случай. — Она или удирает, или за руку — цап!.. — Толстый поморщился и потёр руку, покусанную Яшей. — Все эти богатые твари, что из первой сотни списка «Форбс», они же, как ящерицы. Холодные и только и знают, что цап, цап, цап!.. Их только впусти в игру, вроде нашей, и там всех сожрут!
Толстый Пётр и тощий Павел разом покосились на аквариум с вараном.
Яша доброжелательно моргнул. Он всегда был рад кого-нибудь цапнуть, только сунь руку.
— Ну, допустим… — сказал тощий. — Надеваем перчатки, берём Яшку, делаем карту его мозга и накладываем на мозг клиента… Но как это сделать?
— Загрузи идеей изобретателей, — хмыкнул толстый. — Пусть думают, им за это бабло платят. Двойной деприватор какой-нибудь?
— Чтобы слить два сознания в одно? — уточнил тощий.
— Ну или подсадить человеку сознание варана, чтобы оно пробуждалось в нужный момент… — Толстый опять поскрёб несуществующую лысину. — Например, когда уровень адреналина в крови пересечёт некий заданный нами порог, и нужно будет бежать или драться… А наш клиент драться не способен, и пока он тупит, происходит «бац»!.. И пробуждается Яшка! А падает уровень адреналина — Яшка опять засыпает!
— А Герман что скажет?
Оба с тревогой посмотрели на варана в аквариуме. Ящер был любимцем приват-директора.
— А мы не будем пока этот эксперимент афишировать, — предложил толстый. — Соберём опытную установку, простенькую, из подручного материала. А Герману говорить не будем. Если что — отыграем обратно, делов-то.
— А кто её будет испытывать? — засомневался тощий. — Если кто-то свой — сто процентов заложит Герману.