Золярия (СИ)
Тем не менее, население увеличивалось, а карликовые княжества разрастались...
Особенно в этом преуспел Китай. Он опять превратился в огромную Империю, которой продолжала править всеядная, а потому живучая Коммунистическая партия, хотя власть уже давно передавалась по наследству, а коммунистический рай строить и не собирались. Уникальный и великий китайский народ слепо верил своим вождям, упорно и терпеливо продолжал трудиться, а свою страну опять начал называть Поднебесной.
И вот теперешний Император – так называл Председателя народ – прознал от своих купцов и лазутчиков о том, что его северные соседи – то есть русские – опять стали богатыми и сильными. Великий Зинь Коньянь был человеком с великими амбициями, и надо признать – с не меньшими возможностями. Он решил последовать примеру своих предков и опять восстановить дружеские отношения с некогда могучим северным соседом. А так как он достоверно знал, что сосед уже не такой могучий, как был двести лет назад, до последней войны, то направился в гости не только с богатыми подарками, но и с трёхсоттысячной армией. Так, на всякий случай – вдруг можно и подарки не дарить.
* * *
В роскошном дворце Великого Князя Российского – что стоял на берегу полноводной Оби, в двадцати километрах от развалин бывшего Новосибирска, недалеко от села Колывань – было шумно и суетливо. Спешно готовилось великое посольство к Великому Князю города Россия – к Стрелецкому Седьмому.
Новосибирский Великий Князь давно собирался навестить этот неведомо откуда появившийся город и дерзко присвоивший себе название Россия, не спросив у Великого Князя Российского – то бишь у него – дозволения на использование уже занятого названия. Правда были и другие самозванцы на это наименование – Северное Княжество Россия, что в Тюмени, и Республика Россия, занимающая Ельцинград.
Их он тоже уже давно собирался поучить, да всё руки не доходили, уж больно далеко. А тут, три года назад – как чёрт из табакерки – новый самозванец!
Великий Князь засобирался в поход, но опять отложил. И хорошо сделал, что не успел поссориться с новым княжеством, потому как сразу две вести с разных сторон пришли почти одновременно.
Одна плохая – могущественная Поднебесная Империя готовит поход на север, на земли Великого Княжества Российского – на него, стало быть.
А вторая – не знамо, как и рассудить: то ли ещё хуже, а то ли к хорошему, если не паниковать да всё правильно обдумать.
Великому Князю доложили, что этот новенький самозванец – как есть колдун могущественный и нрава воинственного. Уже Тюмень покорил, а армия у него непобедимая, и врагов убивать умеет аж за семь тысяч шагов лучами смертоносными. И кареты круглые у него по небу летают, людей и запасы перевозят, и лучами этими пушки вражеские расплавляют.
Вот была бы потеха, если бы с ним в войну успел ввязаться!
А так, глядишь, и подружиться получится, да против китайцев сообща устоять выйдет...
И заспешил Князюшка посольство великое собирать да к колдуну тому на знакомство ехать с дарами щедрыми.
[1] В кавычках – названия баллистических ядерных ракет России, Китая и США. Российский комплекс «Посейдон» представляет собой беспилотный подводный аппарат, задача которого заключается в доставке ядерного боеприпаса к берегам противника. По сути – это управляемая ядерная торпеда.
[2] Согласно предположениям учёных, когда Йеллоустоун взорвётся, его последствия можно будет сравнить только со взрывом сразу сотни ядерных бомб.
Глава 4
– Прими, гость дорогой, мою искреннюю благодарность, что навестил меня, – Великие Князья обменялись лёгкими поклонами, и Илья Иванович продолжил. – А так же благодарен тебе за предупреждение об опасности со стороны Поднебесной... Вот только опасности для меня в этом нет никакой, потому как Зинь Коньянь не является мне врагом, а в скорости другом станет.
Илья Иванович выдержал паузу, чтобы убедиться правильно ли его понимает новосибирец.
Но тот вроде бы понимал...
– Желаю, чтобы и тебе, Великий Князь, император Поднебесной стал другом... – продолжил Илья Иванович. – И можешь не сомневаться, что это будет так. Но для этого надо чтобы один из нас пошёл под руку другого. Рассуди сам: нас ведь двое – Великих Князя Российских – на земле русской... Не порядок это. Не должно быть так.
– И что ты, Великий Князь, предлагаешь? – новосибирец в упор смотрел на Илью Ивановича. – Кто из нас должен колено согнуть перед другим?
– Я предлагаю рассудить тебе самому... А чтобы тебе было легче принять решение, посмотреть завтра с утречка небольшое представление, которое я подготовлю для тебя. И после этого ты скажешь своё решение. – Илья Иванович поднялся из-за стола. – Утро вечера мудренее. Притомился никак с дороги дальней, гость дорогой? Прошу в опочивальню для тебя приготовленную. О твоих людях так же позаботятся – не переживай о них.
Утром всё прошло, как и прежде...
По хлопку в ладоши княжича большой транспортник появился на горизонте и уже через несколько секунд завис над полигоном. Затем – так же, как и в назидание Князю Тюменскому – были изрезаны на ломти манекены в новосибирском наряде и расплавлено несколько пушек.
И точно так же Великий Князь Российский из Новосибирска принял «правильное» решение: отныне он стал именоваться Князем Новосибирским.
А Великий Князь Российский остался один на всю землю Русскую.
И много дел – многотрудных и славных – ждали его впереди.
Глава 5
Великий Князь Стрелецкий Седьмой сидел на своём троне и нервно барабанил пальцами по огромному сапфиру, украшавший подлокотник. Уже как четверть часа назад закончился приём посла Ельцинградской Республики, а Илья Иванович всё не мог успокоиться и привести мысли в нормальное состояние. Да, событие, которое только что закончилось в этом тронном зале далеко не ординарное – не каждый день приходилось Великому Князю произносить сакральные слова: «Иду на вы». А если быть точным – то сегодня в первый раз.
«И чего это я так разволновался?», – не мог понять Илья Иванович. – «Объявлять войну – дело рутинное, для царей, князей и прочих моих коллег по цеху... Да и войны-то никакой не будет... Продемонстрируем своё военное превосходство – как это сделали с Тюменским и Новосибирскими Князьями – и дело в шляпе... Тем более что этому убогому болтуну – Президенту Республики Россия – далеко до Князей Тюменского и Новосибирского. Те – настоящие воины, рачительные хозяева своих земель, истинные отцы и защитники народа своего, а этот тщеславный карьерист – ничего собой не представляет. Предложи ему что-нибудь, что повыше президентского кресла, так он, не задумываясь, продаст всю свою Республику вместе со всеми пресловутыми свободами и демократиями, например: за титул Царя Самодержавного у каких-нибудь папуасов. И плевать ему на свободу личности, толерантность и прочую лабуду, как и другим из его шайки-лейки, разным лидерам разнообразных и разноцветных партий и течений. Кого там только нет?!», – всё больше распалялся Илья Иванович. – «И демократы, и либералы, и коммунисты, и анархисты, и зелёные, и даже голубые. Если «прогрессивные» либеральные идеи не перестанут смердеть по всему миру и не начнут затухать, то, глядишь, скоро объявятся какие-нибудь зелёно-голубые с красноватым оттенком да ещё в коричневую крапинку. Как только появляется какая-нибудь ниша на политическом или социальном поле страны, как тут же находится целая алчная толпа жаждущих её занять. И никому не важно – с какой идеологией эта новая ниша... Главное – чтобы была достаточно большой для сытной кормёжки. А на народ им всем плевать с высокой колокольни. Негодяи!».
И вот тут Илья Иванович понял причину своей нервозности...
С самого первого дня по прилёту на Землю любое напоминание о Ельцинграде вызывало у него воспоминания о навсегда покинутой Золярии. На ней ему пришлось оставить двух своих самых близких и любимых человека: жену – пусть и бывшую – и последнего сына. Илья Иванович любил не меньше и своих старших сыновей, но Сергей, и Владимир были рядом, и в полном порядке, а вот Машенька и Ванюша – недосягаемо далеко, и всемогущий Великий Князь помочь им ничем не мог. Он даже не мог узнать, нуждаются ли они в какой-либо помощи, и это постоянно удручало его.