Черные сказки железного века

Штефан Беллоф и Дерек Белл празднуют победу на этапе чемпионата мира в гонках на выносливость.
Деньги? Вздор! Ведь теперь он был в каком-то шаге от мечты — «Формулы-1». А чтобы попасть туда, нужно побыстрее выиграть чемпионат Европы.
Такого начала сезона не ожидал даже ловкач Маурер — два этапа, две победы, поул-позишн и лучшее время круга! На мокрой от дождя дорожке Сильверстоуна Штефан совершенно затмил европейских звезд Стефана Юханссона, Алессандро Наннини, Тьерри Бутсена и привез почти полминуты первому номеру своей команды Габбиани. А через две недели в Хокенхайме выиграл почетнейший Кубок Джима Кларка.
Правда, на третьем этапе — это был Трофей Йохена Риндта в английском Тракстоне в середине апреля — в моторе БМВ полетел клапан. С этой досадной поломки начались их неудачи. Шустрика будто кто сглазил. Вилли отказался от услуг известного настройщика моторов Хайни Мадера, а подготовленные фирмой «Хайдеггер» баварские двигатели постоянно ломались. Австрийский конструктор Густав Бруннер спроектировал замечательное шасси, в котором было полно диковинного еще тогда углепластика, а главное — хитрую систему пружин, с ее помощью пилот мог самостоятельно, в ходе гонки увеличивать прижимную силу. «Маурер» отлично держал дорогу, входя в повороты как по рельсам, Штефан еще четырежды после Хокенхайма устанавливал лучшее время круга: на «Нюрбургринге», например, почти на четыре секунды побив прошлогодний рекорд, в итальянской Валелунге — более чем на полсекунды.
Но в целом машина оказалась слишком сложной, слишком деликатной и хрупкой. Остальные десять этапов серии принесли лишь второе, третье, два пятых и шестое места, так что в общем зачете Беллоф не сумел подняться выше четвертой строчки. А в Бельгии его черный «Маурер» вылетел с трассы в повороте «Красная вода» и перевернулся. Но из разбитой машины Штефан выбрался целым и невредимым. Авария нисколько не поколебала его оптимизма и веры в себя. Он хочет быть первым, он может быть и он будем им!
Пустые хлопоты
Вот тогда-то на 24-летнего пилота и обратили внимание менеджеры команд «Формулы-1». Маурер пытался договориться с хозяином «Эрроуза» Джеки Оливером и Кеном Тирреллом, но, по-видимому, переоценил свои возможности. В торговле за талантливого молодого новичка боссы команд «Формулы-1» оказались хитрее хитреца Вилли, рассчитывавшего заработать на сделке хорошие деньги. Они не спешили — больно молод парень, больно горяч. Пришлось еще на сезон остаться в «первой лиге».
А уж сезон выдался — врагу не пожелаешь. Вздорный характер Маурера, его патологическая жадность и вспыльчивость делали обстановку в команде невыносимой. Вилли рассорился с Бруннером и держал в постоянном напряжении нового дизайнера Пола Брауна. Он поругался с английскими инженерами, отличными ребятами, прекрасно знавшими, как готовить машины к гонкам. В результате они потеряли поул-позишн, лучший круг и третье место Беллофа на майском этапе во французском По — на взвешивании после финиша выяснилось, что его машина легче положенного, и судьи дисквалифицировали пилотов «Маурера». Вилли отказывался платить по счетам «Хайдеггера» — дескать, сначала дайте мне надежный мотор. И, ясное дело, в конце концов нарвался на судебное разбирательство — пришлось в середине сезона вновь идти на поклон к отвергнутому Хайни Мадеру. Одно второе место в испанской Хараме — Штефан проиграл Такуэллу всего две секунды, одно четвертое в Сильверстоуне — оторвался тросик газа за круг до финиша. Вот и все его достижения в чемпионате Европы. Девять очков, девятое место. Зато Штефан получил место в заводской команде «Порше», участвовавшей в чемпионате мира в гонках на выносливость.
Удивительно, но талант этого парня — нетерпеливого, беспокойного, совсем не похожего на осмотрительного и пунктуального «типичного немца» — раскрылся в полной мере именно в этих состязаниях. А ведь они требовали от пилота в первую очередь сдержанности, осторожности, бережного отношения к машине, словом — надежности. Штефан был совсем не такой. Он упивался скоростью, она составляла смысл его жизни. «Только за рулем он по-настоящему счастлив», — сказала однажды его мать. Поэтому «Порше-956», 620-сильный турбомотор и обтекаемый кузов которого позволяли развивать 372 км/ч, стал для Штефана настоящей находкой. Четырежды в сезоне Беллоф выигрывал квалификацию, столько же раз устанавливал лучшее время круга. В Сильверстоуне, Фудзи и Кялами выиграл, в Спа приехал вторым. Достижения его опытных товарищей по команде, Икса, Белла и Масса, были поскромнее, но все трое опередили Штефана в личном зачете.
 
В 1984 году немцы считали Штефана Беллофа главной надеждой своей страны в «Формуле-1».
Беллоф не расстраивался, наоборот, возможность сравнить себя с лучшими пилотами мира еще больше укрепила его веру в себя. Он быстрее Жаки Икса — самого Икса, вице-чемпиона Ф-1 1970 года! Масла в огонь подлил и трехкратный чемпион, Джеки Стюарт. «Похоже, в Германии появилась новая звезда, — сказал шотландец в одном из интервью. — Думаю, Беллоф самый талантливый немецкий пилот со времен Берге фон Трипса».
С такими козырями на руках Вилли Маурер развил бешеную деятельность. В октябре восемьдесят третьего, сразу после того как Штефан выиграл тысячекилометровую гонку в Фудзи, он устроил своему подопечному тесты в одной из лучших — и самых богатых! — команд «Формулы-1». Босс «Мак-Ларена» Рон Деннис решил устроить смотрины трем молодым, подающим надежды пилотам. Но никто из них — ни Айртон Сенна, ни Мартин Брандл, ни Беллоф — Деннису не приглянулся. На самом деле он ведь уже выбрал француза Проста, за плечами которого были четыре сезона и девять побед в «Формуле-1». Так что сами эти «тесты» были всего лишь ходом в незамысловатой игре Денниса, цель которой — выторговать у будущего своего пилота несколько лишних сотен тысяч: дескать, смотри Ален, сколько на твое место желающих. А Штефан по-прежнему мечтал о больших гонках...
И Маурер по-прежнему хлопотал. Он почти уговорил «Эрроуз» и продолжал обхаживать Тиррелла. Но тут случился конфуз. Маурер потребовал от Оливера 560 тысяч марок в год, однако Джеки, сам выжига и плут, каких мало, предложил только 224 тысячи от команды и 150 тысяч от БМВ, плюс тридцать процентов призовых. Вилли, который получал солидные комиссионные с гонораров своего подопечного, стоял на своем и в конце концов получил от ворот поворот.
Любопытно, что опекун Штефана еще и внушил парню, что тот... сам отказался от места в английской команде! Она-де только в середине сезона получит мощный турбомотор БМВ, пока его отладят... Всем же остальным Вилли объяснял размолвку с Оливером нежеланием Беллофа отказаться от гонок спорт-прототипов за «Порше» — дескать, рекламу двух автомобильных заводов разместить на комбинезоне одного гонщика невозможно.
Ни единого шанса
В середине марта 1984 года Штефан приехал на юг Франции, в Ле Кастелле. Здесь, на автодроме «Поль Рикар», должны были состояться тесты нового «Маурера». Но Вилли в последний момент решил распустить свою команду «Формулы-2». С тяжелым сердцем Беллоф смотрел за тем, как накручивали круги по трассе счастливчики из «Феррари», «Лижье», «Лотоса», «Тиррелла» и «Альфа-Ромео».
И тут к нему подошел Маурер: «Слушай, Штефан, Кен Тиррелл хочет, чтобы ты проехал круг-другой на его машине. Надеюсь, объяснять тебе не нужно — это последняя возможность в сезоне...»
Объяснять Беллофу действительно было излишне. Очутившись за рулем темно-синей машины, он полетел будто на крыльях. Через восемь кругов повторил время первого пилота команды Мартина Брандла. Еще через десять — превысил результат англичанина на секунду. Заехав в боксы после тридцати кругов, Штефан вопросительно взглянул на Тиррелла. «Вылезай, парень, ни круга больше, — улыбнулся "Дядюшка Кен". — Я тебя беру!»