Хаос в школе Прескотт (ЛП)

Появляется Оскар, облаченный в свой костюм, и Каллум в мешковатой синей толстовке с отрезанными рукавами позади него.
Они направляются к нам, и я уже собираюсь встать, когда Хаэль удерживает меня, вылезает сам и откидывает сиденье, чтобы двое других парней могли забраться внутрь. Это выглядит уморительно, как будто мы сидим в какой-то клоунской машине. Для этих огромных парней здесь слишком мало места, но никто не жалуется.
— Мы можем где-нибудь перекусить перед тем, как поедем к Аарону? Я чертовски голоден, — стонет Каллум, и этот горловой звук вызывает мурашки по телу. Он стискивает кожу моего сиденья и смотрит мне в телефон, пока я соображаю над очередной ложью для своей матери. Его запах окутывает меня — приятное сочетание крема для бритья и талька. — Может, взять на вывоз?
— Если это не обговорено с Виком, я никуда не поеду, — говорит Хаэль и выдавливает смех в конце. — Думаю, что мы с Блэкбёрд привлекли достаточно проблем себе на задницу.
— За то, что трахались в твоей машине позади школы или то, что решили перенести обед на другой уровень? — интересуется Оскар, и я испепеляю его взглядом через зеркало заднего вида, а он едва ли отрывает взгляд от экрана.
— Обед на другой уровень? — переспрашиваю я, и Каллум хихикает с низким звуком. В его смехе проскальзывают нотки укоренившейся боли ее принятия. Та самая темнота, в которой я живу, среди которой я научилась быть счастливой.
Дурацкая дрожь.
— Ты знала, что охотники отправляют своих собак, чтобы те раздобыли им еду? — спрашивает Каллум, и я смотрю на него вопросительным взглядом. — Так вот, Хаэль — это та самая собака.
— Тогда кто добыча? — решаю спросить перед тем, как догадаться. — Директор Ван.
Нажимаю на кнопку «отправить», гадая, сколько времени мне даст моя удача перед тем, как моя мать задумается, где я постоянно пропадаю. Поэтому я всегда беру с собой Хизер. Постоянно. Мы забираем ее сразу после продленки.
— Я думала, что мы займемся Кали.
— Кали увязалась за Энсбруками и Картерами, — поясняет Оскар своим ангельским голосом. Он наконец-то отрывается от своего айпада и складывает татуированные руки на нем. — Нужно больше времени. Директор Ван становится реальной проблемой.
— Он вытащил Вика из класса и потащил к себе в офис, чтобы назначить ему дежурство по уборке на выходных за нарушение дресс-кода, — Каллум рассказывает чуть больше, и Хаэль издает удавленный звук, его пальцы крепче обхватывают руль.
— Почему я впервые слышу об этом?
— Может, дело в том, что вы, ребята, были слишком заняты тем, что трахали друг друга, чтобы проверить общий чат? — спрашивает Каллум и, наклонившись ко мне, выхватил телефон. Он открывает сообщения и пролистывает вниз целую кучу всплывающих сообщений, одна из которых от Вика, они датированы вчерашним днем. У-упс. Вечером я была слишком занята, когда пришли эти сообщения. Я никогда раньше не состояла в чате, который действительно стоило бы проверять.
— А теперь, Бернадетт, спроси у Вика, можем ли мы заехать за едой? Если это будешь ты, что-то мне подсказывает, что он согласится, — Кэл хихикает, и я хмурюсь.
— Что-то я не понимаю, — говорю я, но Каллум только смеется, и никто из парней не вызывается мне объяснить.
Мы едем к Аарону, и Каллуму остаётся только хныкать, как маленькая сучка, о том, что он голодный. Вик сидит на одном из кресел на лужайке с сигаретой в руке и сильно хмурится, а я гадаю, как такое выражение может быть на столь прекрасном лице.
— Босс, давай закажем еды, — говорит Каллум, и Вик осторожно переводит взгляд с меня на своего друга.
Кэл складывает руки в молитве и ждёт хоть какой-нибудь реакции от своего лидера, тот кивает.
— Пицца. Я думаю. Да, хочу пиццы, — рассматриваю Каллума, когда он снимает капюшон. Он всегда носит мешковатый верх, но ноги у него мускулистые, к тому же он намного стройнее остальных парней. Слишком много глубоких шрамов на ногах, раны, должно быть, старые, рубцы блестят и зажили, но это явный признак прошлой травмы. Интересно, что же с ним случилось?
 
— Он ест как лошадь, и все еще обладает телом танцора, — бурчу я, пока Каллум исчез в доме, и тут замечаю, что Вик слегка напрягается, находясь рядом со мной. — Я даже завидую.
— Почему же? — спрашивает Вик, его голос резок и опасен. По позвоночнику проносится молния острых и горячих ощущений, когда он смотрит прямо на меня. — Ты в прекрасной форме. Ты так не думаешь, Хаэль?
Хаэль замирает рядом с нами, Оскар проскальзывает через дверь, оставляя нас троих во дворе.
— Я просто хочу сказать, что вчера ты хорошо присмотрелся, разве нет? И сегодня повторно?
Медовый взгляд Хаэля метнулся в мою сторону, и он облизнул нижнюю губу, сжимая в кулаке ключи от машины.
— У нее идеальное тело, — соглашается он, его взгляд метался от меня к Вику, словно он ждал следующего шага. Но Виктор только фыркает, бросая окурок в сторону и направляется в дом, оставив нас наедине.
— Вот черт, — пробормотал Хаэль, стиснув зубы. — У нас проблемы — он злится.
— Но почему? — Хаэль смотрит на меня, как на сумасшедшую. Он открывает рот, вроде бы для того, чтобы мне ответить, но тут на подъездной дорожке появляется Аарон, и задняя дверь минивэна раскрывается, пропуская Кару и ее сестру.
— Вечер кино и попкорна! — кричит она, притормозив рядом со мной, и улыбается. — Наша любимая няня придет сегодня вечером!
— Что я слышу, — отвечаю я, старательно не замечая взгляда ее брата, осуждающего меня. Я поглаживаю волосы Кары, волнистые и шелковистые, такие же, как у Аарона. — Вы не против, если Хизер присоединится?
Ухмылка Кары освещает лицо, когда она оглядывается на Эшли, зацепившуюся за штаны Аарона.
— Она может присоединиться. И ты тоже, если хочешь.
— Я ценю это, — искренне говорю я, пока Аарон поднял Эшли и пронес ее мимо меня, разрывая наши взгляды, он ведет себя так, словно я не стою в метре от него на той же лужайке. Без разницы.
— Дамы вперед, — паясничает Хаэль, повторяя то, что я уже сегодня слышала. Смотрю на его руку, вытянутую в указывающем внутрь дома жесте. Я прохожу, и нормальность дома Аарона укрывает меня, как занавеской. В этих стенах никакого напряжения, ненависти, рваных криков, только сухие стены. Никакого Тинга.
— Что по планам на сегодняшний вечер? — спрашиваю я у Оскара, тормозя в гостиной, Каллум завалился на диван и уже заказывал пиццу по телефону, Аарон с девочками отправились наверх, а Хаэль выуживал себе пиво из холодильника.
— У нас слишком много незавершенных сделок, — говорит он, глядя на меня через черную оправу своих очков с улыбкой на лице. Любой человек, носящий очки, не должен выглядеть так страшно, но Оскар Монток прекрасно с этим справляется. — Мы будем подчищать за собой.
— Я думала, что вы, ребята, предпочитаете идти напролом. Разве не это ты мне сказал в первый мой день здесь? «Не ходи вокруг да около. Нам действительно это не нравится».
Оскар вскидывает тонкую бровь, а его пальцы потянулись к рисункам на шее.
— Не поспоришь. Мы проследим за директором Ваном и посмотрим, заставил ли его подарок Хаэль подсуетиться, — Оскар замолкает, чтобы послушать смех девочек сверху, и вновь оборачивается ко мне, ухмылка искривила его и без того злые губы.
— На флэшке несколько специально отобранных видео на которых были его девушки, просто чтобы напомнить ему, что мы знаем его грязные маленькие секреты.
Я кривлю рот и выдыхаю, воспоминания захватывают меня. Я запихиваю их обратно и пустое, холодное безразличие наполняет меня. Я могу рассказать эту историю без того, чтобы заново проживать ее. Это то, что я умею.
— Директор Ван — худший из всевозможных видов монстров, — говорю я, думая о его руке на моем колене, потирая, лаская его. — Он выждал, когда я буду в своей самой низкой точке, прежде чем пригласил меня поучаствовать в этом дерьме.
— Что именно произошло? — Каллум поднимает глаза от дисплея, и свет по-особенному играет с его чертами. Если бы не эти шрамы и жесткие мышцы в плечах и на груди, он был бы красивым. — Если ты, конечно, не против поделиться. Каждый справляется с травмами по-своему. У меня предрасположенность к повторному проживанию случившегося в своей голове. Разговоры помогут быстрее избавиться от всего этого.