Грехи отцов (СИ)

Последним заклинанием я зацепил его и на его мантии появилась кровь. Находясь в метрах пятнадцати от него, я увидел, как на его лице появилась зловещая улыбка, и он атаковал меня с новой силой.
Он уменьшил дистанцию и атаковал меня своей рапирой, при этом не давая мне направить на него палочку. Его уровень был выше моего. Когда я направлял на него свою палочку, он уходил в сторону, но и не атаковал, словно играя со мной. Если бы я не боялся за свою жизнь в этом поединке, наверное, признал бы поражение. Вдруг злость накатила на меня, и я почувствовал, что могу двигаться быстрее, в тот момент я подумал, что у меня произошел выброс адреналина в кровь. Движения соперника теперь не были такими быстрыми, и я начал атаковать в ответ. Увидев это, он уже не стеснялся использовать волшебную палочку. Разорвав дистанцию, он кидает в меня бомбарду, от которой я уклоняюсь, и я, видя возможность, отправляю в него — стазис — который он, как и в первый раз, отбивает клинком. Мы снова сошлись в поединке, уже в него летят три бомбарды, пока он уклоняется от них или принимает на щит, вкладываю четверть своего резерва в режущее проклятие. Оно долетает до моего соперника, который в последний момент поднимает щит, мне показалось он не успел полностью его защитить. Он поднимает палочку, на арене загорается яркая вспышка, которая ослепляет меня. Ничего не видя, я наколдовал перед собой туман, и перекатом ухожу в сторону и назад, от места, где я стоял, повеяло жаром, и мою руку неплохо обожгло.
И прозвучал долгожданный гонг.
В нашу сторону спокойно подошли целители и осмотрели нас. Как оказалось, своему сопернику я лишь оцарапал плечо, и с такой раной он мог продолжать бой. Ожог на моей руке и то выглядел страшнее. Мне дали противоожоговое зелье и заморозили кожу, чтобы я мог дальше продолжать экзамен.
Следующие поединки были тоже сложными, но мне удавалось использовать их количество против них. Находясь в замкнутом пространстве, я старался не дать им возможности атаковать вдвоем, перекрывая угол атаки одному из противников, вторым экзаменатором. И после первого поединка я больше защищался, чем атаковал. В третьем сражении мне удалось одного экзаменатора отправить в стазис, так ему и надо. Вышел на арену, нечего расслабляться. Но за это меня хорошенько погоняли двое оставшихся мастеров.
Под конец я разозлился и приморозил обоих к полу, чем сильно удивил магов, их спасло от поражения, вовремя наколдованные щиты. И наконец-то я слышу третий сигнал ознаменовавший окончание последнего этапа экзамена. Меня попросили снять замораживающее заклинание, и позже рассказать, что я использовал на них. Они мне не поверили, что это было обычное заклинание замораживающее пол, чем удивили меня. Вообще я в последнее время стал замечать, что ледяные заклинания мне даются легче, чем остальные.
Мастера огласили свой вердикт, что я достоин и подали мне бронзовое кольцо, которое я надел на палец. Так же, как и моё первое кольцо, оно приобрело серебряный цвет, но изображение приняло форму грифона, который клюнул меня, выпив моей крови.
Из гильдии я выходил мастером боевой магии. На улице меня ждал мой уже бывший учитель с моим первым соперником.
— Знакомься, Рон, это Константин Александрович Белый, — сказал Семён Сергеевич.
— Я так понимаю Вы обманули меня на счёт того, что он из младшей ветви Нарышкиных? — спросил я у него.
— Да, но в остальном тебя не обманул. В прошлый раз я принимал экзамен у его ученика, который проиграл бой со мной. За это он хотел поквитаться. Но тем не менее мы дружим уже более пятнадцати лет, — сказал, оправдываясь мастер.
— Ладно, это всё очень хорошо, но у нас есть повод, почему бы нам не отметить его. Я знаю отличное место где можно вкусно поесть и хорошо выпить, — сказал Белый.
— Простите, но я составлю Вам компанию, не злоупотребляя горячительными напитками. Я ещё молод для таких развлечений, — сказал я, немного сердясь на мастера за такую подставу.
— Знаешь, вот когда развяжешься и почувствуешь, что тебе уже можно посидеть с мужчинами за рюмкой чая, тогда и приходи к нам. Тебе на вид лет пятнадцать, в твои годы я перепробовал кучу самых разных напитков и тем более алкоголь из крови можно вывести с помощью зелий, — и увидев, что моё решение осталось неизменным, махнул рукой. — Оставайся, а мы пойдем сами отпразднуем встречу и обмоем твоё мастерство, — сказал Константин Александрович, и не дав сказать ничего моему учителю аппарировал с ним.
 
После того как они исчезли, я подумал про себя: «Вот так я и теряю друзей, нет у меня больше друзей». И рассмеялся сам от своей шутки.
Возвращаться в школу решил через камин, установленный в Гильдии Целителей. Девушка, стоящая на входе за стойкой регистрации, узнала меня и попросила подождать пока она сходит до целителя Вурдина.
Целитель вышел ко мне через пару минут и поинтересовался какими судьбами я к ним пришёл. Я показал второе кольцо мастера на что Вурдин мне сказал:
— Знаешь, редко кто также как ты обучается созидательной и разрушительной магии. Тебе стоит определиться по какому пути ты пойдешь. Если спросишь моего скромного мнения, то я буду «топить» за созидательное направление. У единиц есть такой же талант в выращивании растений.
— Целитель, боевую магию я начал учить с раннего детства. Мне пришлось рано повзрослеть, чтобы иметь то, что имею. На меня совершено уже два покушения, а сколько мне их ещё придется пережить. Если выбирать мир или войну, я выберу мир. Но при этом всегда буду готовиться к войне.
— Я услышал тебя, но помни, что ты всегда сможешь обратиться ко мне. И пока я такой добрый, хочу, чтобы ты знал, что, когда ты вырастешь, надеюсь ты придешь учиться на целителя. В Римской империи находится самый лучший в мире Университет Целителей, если захочешь я помогу тебе подготовиться. А сейчас пойдём я посмотрю, что с твоим ядром, а после переправлю в школу.
Я согласился и прошёл в смотровой кабинет. Сергей Николаевич, начал вначале с улыбкой на лице, но с каждым взмахом палочки его лицо хмурилось всё сильнее.
— Рон, у тебя отток магии, ты чувствовал слабость в последнее время? — спросил Вурдин.
— Первый раз я увидел, что магия уходит из ядра три недели назад, — начал говорить и понял, что сказал лишнее.
— Увидел, увидел! Рон, ты видишь магию?! О, сила… Рон, с твоим даром ты сможешь многого достичь, а скольких магов ты сможешь спасти. Я сохраню твой секрет в тайне, но обещай мне, что очень хорошо подумаешь над тем, какую профессию выберешь, — в его глазах загорелся огонёк, но проводить осмотр он не прекратил. — Я вижу, что к твоему ядру присосалось что-то наподобие проклятия. Но оно наслано не на тебя. Скажи честно, ты сможешь снять проклятие печати или решил отсекать от рода свою родню? Если второе я тебя пойму и в любом случае поддержу. Мой интерес основан не на простом любопытстве, я объясню тебе. На сколько я помню по тебе уже бил откат за твоих родственников, так вот отток магии у тебя происходит из-за них. Я не понимаю природу этого феномена, но на тебе проклятий нет. Чем дольше ты будешь тянуть, тем больше вероятность, что погибнешь сам, в лучшем случае останешься сквибом.
— В декабре я проведу ритуал. Если не выйдет, то скорее всего придётся действовать по второму варианту, — ответил я. Больше давать информацию целителю я не собирался.
— После ритуала, я прошу, переправь всех ко мне, — и подал мне универсальные порт-ключ, — он перенесёт вас в эту гильдию, с любой точки земного шара.
— Сергей Николаевич, почему Вы мне помогаете?
Он посмотрел на меня по-доброму и ответил:
— Ничего не проси и будешь жить счастливым. Больше отдавай и тебе вернётся больше, чем отдал. Жизненный путь — это бумеранг, который всегда возвращается обратно.
Я задумался над его словами. И в какой-то степени его понял. Если ему понадобится помощь, то я должен ему помочь, иначе не смогу.
— Спасибо, Целитель, ваши слова пришлись мне по сердцу. Я их никогда не забуду, — сказал я.