Эскортница (СИ)

Я хотела стать обычной современной девушкой, но наедине с Динаром всегда думала о мести отцу. Меня мутило. Как только доходило до близости, перед глазами возникали те самые ужасные картинки. Неудивительно, что мы расстались.
А тут... я вообще не думала об отце. Ни разу о нем за вечер не вспомнила!
Забыла и о том, что приглашена на праздник в качестве девушки по вызову.
Обо всем на свете забыла!
Но пора возвращаться в реальность. Я эскортница.
Больше не чистая и не годная к браку грешница. И как-то нужно это пережить.
Выключаю воду, протираю после себя душевую, наводя порядок. Обматываюсь полотенцем, распускаю волосы и выхожу в коридор.
Артём стоит у окна кухни, вполголоса говорит по телефону.
Я быстренько собираю свои вещи, стараясь лишний раз не смотреть в его сторону. И не шуметь. Хотя украдкой поглядываю все-таки. Тут не удержишься! Хочу, наверное, запомнить.
Такой Артём, конечно, безмерно уверенный в себе. Внутренняя сила во всем — в жестах, движениях, фразах. Свободный.
Люди его плана обладают властью над другими, для них это норма. Типажом и непохожестью на моего отца Артём отдаленно напоминает Осадчего, только именинник значительно порочнее. Честно говоря, я даже представить не могу, что такой вот Артём мог бы влюбиться.
Сильно. По-настоящему. Влюбиться и страдать, скучать...
Прыскаю. Вот бы посмотреть на это.
Артём улыбается, а потом смеется. Я теряюсь, слушая, как он хохочет. Должно быть, принимает поздравления.
Натягиваю запасные плавки, платье. Запихиваю в сумочку чулки и стринги. Отношу полотенце в ванную, бросаю в корзину. Собираю обрывки лент. Беру шпильки, пакет... Что еще? Я оглядываю помещение. Забывать ничего нельзя, это в нашем шлюшьем деле — фатал еррор.
— У тебя до которого часа оплачено? — спрашивает Артём.
От неожиданности я вздрагиваю. Думала, он все еще погружен в телефонный разговор. Выходит в центр комнаты, смотрит прямо на меня. Полностью одет, собран.
Понимаю, что краснею, и дико смущаюсь. Оно само происходит. Попробуй тут сделать вид, что это обычный денечек!
— До... утра. До шести.
Артём мажет глазами по наручным часам.
— Еще и полуночи нет. Куда намылилась? — Чуть приподнимает брови.
Это его движение я успела выучить. Наигранное недоумение. Сам прекрасно все понимает, но специально ставит в неудобное положение.
И у него, блин, получается! Я в панике.
— Думала, ты достаточно удовлетворен и доволен.
Он слегка улыбается, оглядывает меня с ног до головы. Хмыкает.
— Удобная обувь есть? Или ты в этом сюда прискакала?
— Есть. Кроссовки, — показываю ему пакет.
— Обувайся, поехали.
Артём идет к выходу. Я моргаю пару раз. Потом ставлю на пол кроссы, запихиваю в пакет шпильки.
— А мы куда? — уточняю.
Макияж я смыла. Одета странно: платье с разрезом и кроссы. Но больше всего напрягает именно необходимость с именинником куда-то ехать. Новая локация — новые риски.
— Радовать меня, разумеется. Заодно проверим, в чем ты там еще девственна. Пакет оставь, вернешься за ним.
Артём распахивает дверь и галантно ждет, пока я выйду в коридор. В глаза ему не смотрю, понимаю, что в них едва ли что-то хорошее. Волоски дыбом, пока я иду в сторону лифта.
А когда двери съезжаются, мы вновь оказываемся наедине. Я начинаю молиться о том, чтобы ему опять позвонили. Артём же... смотрит прямо на меня.
  
Глава 9
 
— Принесите чистые вилки, пожалуйста, — сдержанно-вежливо обращается Артём к официанту.
Я уже успела схватить свои приборы и собиралась приступить к карпу в кисло-сладком соусе, — на вид и по запаху блюдо космос, — но теперь мешкаю и, проглотив слюну, возвращаю вилку с ножом на стол.
Последние сорок минут вышли изматывающими, и дело даже не в позднем времени суток. С Артёмом невозможно предугадать что-либо, и оттого напряжение шкалит! Не получается контролировать ситуацию. А ведь кто контролирует вечер, тот выходит победителем.
В такси ехали на заднем сиденье. Артём говорил по телефону беспрерывно, принимал поздравления, грубовато шутил. Я могла бы решить, что он забыл о моем существовании, если бы уверенная рука не наглаживала колено без остановки. Артём вел пальцами по бедру вверх, насколько позволял разрез. А позволял он ого-го как высоко!
 
Машинальные движения. Кто-то четки перебирает, кто-то рисует во время телефонной болтовни. Ну а некоторые шлюх гладят. Все мы разные.
Я молчала, стараясь не привлекать внимание. Мы прибыли в ночной клуб, зашли с черного входа. Поднялись в лифте и заняли столик в беседке. Карпа я пробовала, — это блюдо мы с Наирой однажды готовили, — поэтому легко разобралась с меню. Артём тоже сделал заказ. А еще попросил бутылку водки.
Мы съели по салату, после чего нам принесли горячее, а чистые приборы — нет.
— Простите? — Официант наклоняется и вопросительно замирает. — Что-то не так?
— Всё так, но я хочу новую вилку.
— Эта вроде бы ваша. Вы ею ели, — растолковывает официант вкрадчиво.
Артём слегка улыбается и поясняет:
— Она грязная.
Официант моргает, не понимая, что происходит. Неопытный, наверное. Или упрямый.
— У нас не принято к каждому блюду приносить новые приборы. Это ваша вилка, вы можете спокойно продолжить есть ею. Приятного ужина.
Артём поворачивается и хмурится, я вижу, что он начинает раздражаться. Этого еще не хватало! Только клиент успокоился.
— Сделайте для нас исключение. Пожалуйста, — прошу.
— Это не по правилам! Я позову администратора. — Официант уходит, встряхнув длинной челкой.
— Москва, — разводит руками Артём, одним словом как бы поясняя все в этой жизни. — Я ежедневно здесь в ахере, Галя. — Он принимается разливать водку по стопкам. — Пофигизм в каждом действии. Всем на всех плевать.
Музыка довольно громкая, но разговаривать не мешает. Я подаюсь вперед и предлагаю:
— Давай я быстро сбегаю помою. Мне не сложно, зато поедим нормально уже. Я сама голодная.
Артём откидывается на спинку дивана. С досадой смотрит на остывающее мясо. Упертый голодный дурень. Но я работала официанткой и знаю, что такие люди есть. Это воспитание, он выберет голодать, но не переступит через себя.
И правда голодный же! Сидит страдает.
Не дожидаясь разрешения, я беру тряпочную салфетку, укладываю туда наши приборы и спешу в дамскую комнату. Тут, конечно, обалденно красиво и чисто, не тамбур, а музей. Но разглядывать некогда, у меня там грустный некормленый именинник. Тщательно отмываю над раковиной и возвращаюсь.
Едва мы приступаем к еде, подлетает администратор и принимается извиняться, горячо оправдываться. Артём быстро его успокаивает, предлагает никого не увольнять, ограничиться разъяснительной беседой.
— Всё в порядке. Проблему решили, спасибо моей спутнице. Оставьте нас. Благодарю за отзывчивость.
— Далее вами займусь я лично! Если что-то понадобится, просто нажмите кнопку.
Мы остаемся наедине, я запихиваю в рот кусок побольше, с наслаждением пережевываю. Артём же поднимает стопку и произносит вполголоса:
— Что ж, Галя, с тебя тост.
Едва не давлюсь на этом моменте! Проглатываю, больше не чувствуя вкуса. Беру салфетку, промокаю губы.
— С меня?!
— Да, — запросто выдает именинник. — Найдется несколько добрых слов?
Да ты издеваешься! Я с тобой знакома от силы пару часов! Далеко не самых приятных в жизни.
Артём бросает взгляд на экран мобильного, тот темный. Включает время. И выдает сухо:
— До конца дня рождения осталось семь минут, поспеши, пожалуйста.
— Можно мне коктейль или воды? Я такое не пью.
Артём вертит стопку в руке и произносит задумчиво:
— Я, видишь ли, тоже «такое» пью не каждый день. Но так уж вышло, что свой тридцать третий день рождения отмечаю не в кругу семьи и близких людей, а вдвоем со шлюхой. Так что, Галина, сделай уж над собой усилие и напейся вместе со мной в хламину. Это очень хорошая водка.