Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора (СИ)
Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора
Ольга Обская
Глава 1. Доктор
— Раздевайтесь, — скомандовал Валерии доктор.
Жизнерадостно так скомандовал, энергично. Если бы она почувствовала подвох, то, наверное бы, не случилось то, что случилось. Но в тот момент ничего подозрительного она ощутить ещё не успела. Тем не менее, полностью раздеваться, разумеется, не стала. Чтобы показать родинку на плече, достаточно было расстегнуть несколько верхних пуговиц и чуть стянуть блузку, что Валерия и сделала. Правда, потом её всё равно раздели… Впрочем, всё по порядку.
Валерия пришла в поликлинику показать хирургу родинку, которая в последнее время начала её сильно беспокоить. Ожидала, что увидит в кабинете старенькую докторшу Фролову, которая тут уже полвека работает. Но вместо неё за столом восседал незнакомый молодой врач. Он оторвался от бумаг и с интересом взглянул на пациентку. И Валерия тоже с любопытством принялась разглядывать доктора. По статистике девушки в первую очередь оценивают в мужчинах… впрочем, неважно. Валерии всё равно было видно только верхнюю часть его лица — остальное заслонял монитор. Да, как ни удивительно, но с недавних пор районная поликлиника обзавелась компьютерами.
Так вот, поскольку Валерии были видны, в общем-то, только глаза хирурга, на них она и сосредоточила свой интерес. Неизвестно, как обстояли у доктора дела с остальным, но его глаза впечатлили. Всё, как она любит — живые, цепкие, внимательные, наглые, с лукавой искоркой… Нет, это нормально? При чём тут какие у него глаза — лучше бы задумалась, насколько он компетентен, этот молодой врач.
Он пригласил её присесть на стул и начал расспрашивать, на что Валерия жалуется — задавал невинные вопросы, какие обычно задают все доктора. Она отвечала, продолжая с любопытством его изучать — благо, он отклонился от монитора, и его лицо стало доступно взгляду Валерии целиком. И к какому выводу она пришла? К такому, что перед ней весьма привлекательный мужчина. Что-то среднее между доктором из сериала «скорая помощь» в исполнении Джорджа Клуни и доктором Хаусом, если обоим скинуть лет по пятнадцать.
На самом деле, не удивительно, что поначалу молодой врач ей понравился. Валерия уважала докторов. А особенно хирургов. Её не насторожило даже его странное замечание:
— То, что вы называете родинкой, может оказаться вовсе не родинкой.
— А чем же?
— Меткой.
Почему Валерия не сбежала из кабинета после такого заявления? Нормальный человек ведь сбежал бы? Но доктор нахально давил своим обаянием всех сериальных докторов вместе взятых, против которого у Валерии не было иммунитета. Поэтому слово «метка» она расценила как некий медицинский термин, с которым ей раньше не приходилось сталкиваться. Она будущий программист, учится в политехе и прекрасно знает, что в любой профессии есть словечки, режущие неискушённое ухо. Вот у программистов, к примеру, тоже есть термин «метка».
— Раздевайтесь. Посмотрим, — излучая оптимизм, скомандовал хирург, и встал из-за стола.
Валерии ничего не оставалось, как обнажить плечо, предоставив доктору возможность изучить её злосчастную родинку. Ну, злосчастной-то она стала только две недели назад, до этого абсолютно не беспокоила. Это небольшое красноватое пятнышко было у Валерии с рождения — размером не больше спичечной головки, но за последние дни пятно увеличилось в несколько раз, сделалось выпуклым и болезненным.
— Есть проблемы со сном? — разглядывая пятно, поинтересовался доктор.
— Нет, — почему-то соврала Валерия.
Ну, не рассказывать же врачу, что её стали преследовать странные сны — яркие, будто всё происходит наяву, но совершенно нереалистичные. Кошмарами их не назовёшь, но она всё равно просыпалась в холодном поту. Однако это не имело к родинке никакого отношения.
— Бывает, что пальцы начинает покалывать? — задал доктор следующий вопрос.
Вообще-то бывает. В последнее время появилось. Особенно, когда кто-то сильно раздражает. В такие моменты пальцы так начинают зудеть — хочется сунуть их в ледяную воду. Но неужели это тоже имеет хоть какое-то отношение к родинке?
— Иногда покалывает, — ответила Валерия и взглянула на врача, склонившегося над её плечом.
Опять невольно пришлось отметить, какое же у него всё-таки убийственное обаяние. В тёмных глазах поблёскивало что-то соблазнительно дьявольское. Однако становиться жертвой его магнетизма Валерия не собиралась — она тут совсем по другому поводу.
— Что-то серьёзноё? — спросила невозмутимо.
Доктор выглядел вполне довольным, поэтому Валерия ждала оптимистичный ответ, однако прозвучало совсем другое.
— Да, очень серьёзное. Как я и предполагал, это метка.
Валерию охватили смутные ощущения: то ли тревога, то ли подозрения.
— Метка? — переспросила она.
— Да, метка, — заверил её доктор. — Родовая метка Ольшанских.
Даже после этой фразы Валерия всё ещё пыталась найти научное трактование слов врача. Ведь бывает же болезнь Бехтерева, мазь Вишневского, а тут метка Ольшанских. В медицине много чего названо в честь докторов-первооткрывателей.
— Это опасно?
— Очень опасно. Метка уже проснулась. Вам, наверное, недавно исполнилось двадцать?
— Да. Две недели назад.
— Метка Ольшанских всегда просыпается в двадцать, — жизнерадостно объяснил доктор.
Одного Валерия понять не могла. Если всё так плохо и так опасно, чего хирург такой довольный?
Она заметила в его руках бутылёк.
— Нужно срочно обработать, — пояснил он, снимая крышку.
Резкий запах ударил в нос — знакомый запах из её странных снов. В тот момент она ещё не знала, что он означает. В следующее мгновение Валерия почувствовала, как на её родинку капнула прохладная жидкость. В голове моментально затуманилось.
Всё, что происходило потом, воспринималось, как сон. Поначалу картинка перед глазами была относительно чёткой, но постепенно расплывалась и таяла. Однако кое-что успело отложиться в памяти.
В кабинет вошли две девушки в белых халатах, которых Валерия приняла за медсестёр.
— Это она. Приступайте, — скомандовал им доктор.
Вот они-то, эти медсёстры, её и раздели, воспользовавшись тем, что Валерия потеряла способность к сопротивлению. При этом нашёптывали, что так надо для её же безопасности.
— Из одного мира в другой может перемещаться только живое. Все неживые предметы, в том числе и одежда — сгорают. Чтобы не получить ожогов, нужно всё снять.
Отключающееся сознание почему-то тревожилось не о том, что за ерунду про перемещения талдычат медсёстры, а о том, что сейчас делает доктор, пропавший из поля зрения — хватило ли ему вежливости и тактичности отвернуться…
Возвращалось сознание так же постепенно, как и исчезало. Валерия ощутила, что её одевают. Лиц разобрать не могла, но шестое чувство подсказывало, что это всё те же медсёстры. Почему-то на них не было злости, а вот при мысли о докторе в груди вскипала жуткая ярость. Что за странные методы лечения?! Почему не предупредил, что у препарата, которым обрабатывал воспалённую родинку, бывают такие ужасные побочные эффекты? И она ещё считала его обаятельным и привлекательным? Коновал! Просыпающиеся сознание строило кровожадные планы мести.
К телу постепенно возвращалась чувствительность, и Валерия ощутила, что сидит в мягком удобном кресле. Следующее открытие было куда менее приятным — она поняла, что на ней чужая одежда. Блуза и юбка — но не её. Видимо, другой пациентки. Медсёстры что-то перепутали? Это только подогрело гнев, но не на них — на доктора. Ну, он у неё ещё попляшет, дьявол!
Кстати, сами медсёстры уже куда-то делись. Возле Валерии никого не было. Она пошарила взглядом по сторонам и с удивлением обнаружила, что пока была без сознания, её перенесли в другой кабинет. И, надо сказать, роскошный кабинет. Мебель из красного дерева кричала о богатстве. Тут явно обитает начальство. Вот это и хорошо! Один из пунктов плана кровожадной мести как раз и заключался в том, чтобы нажаловаться на доктора руководству поликлиники.