Всё, как я люблю (СИ)
— Разговора не вышло, — Вадим тихо хмыкнул, укрыл ее, а я заторопилась вниз, но он догнал меня ещё у лестницы. — Это не специально. Завтра заеду ненадолго, поговорим и сразу уеду.
— Инга ждёт внизу с аптечкой.
— Да нормально, ничего не болит, — отмахнулась беспечно, развернулась и пошла вниз, украдкой вытерев со лба испарину, — вызову такси, подожду на улице.
— Во-первых, такси прибыло, — услышала голос Эмира с кухни, — во-вторых, ковыляй сюда.
Я поморщилась и пошла на голос, плюхнувшись на подготовленный стул, а Инга занялась моей рукой.
— Вадим успел рассказать, — сказал хмуро, — больше я тебя слушать не буду.
— Вообще-то, это ты на меня работаешь, — буркнула недовольно.
— И очень не хочу, чтобы это внезапно прекратилось. Я бы даже сказал, скоропостижно.
— А дома он такой же вредный? — спросила у Инги, а она хитро улыбнулась вместо ответа. Я закатила глаза и откинулась на спинку: — Понятно, значит, отыгрывается.
Эмир хохотнул и отвесил мне лёгкую оплеуху, едва коснувшись затылка ладонью. Инга закончила с рукой и приступила к ноге, сев на пол, но тут же поднялась, хохотнув:
— Для начала, ее неплохо было бы помыть.
— Да, мам, — вздохнула, поднимаясь.
Добрела до гостевой ванны на первом этаже, зашла в душевую и включила воду, пытаясь отмыть ноги о плитку.
— Ева так же моет, — фыркнул Вадим рядом. — Давай сюда, инвалид.
— Так сойдёт, — буркнула в ответ.
— Я тебя сейчас в раковине утоплю, — рыкнул негромко, я передала ему душ и согнула ногу в колене. — Почему обязательно надо дожидаться угроз?
— Потому что совершенно не ясно, с чего вдруг ты такой добренький.
— Вышел следом за вами из ресторана, — начал нараспев, осторожно обмывая рану, — хотел ему башку проломить, но увидел то, что привело в чувство. Давай вторую, — я неловко наступила на порезанную ногу и задрала другую. — А потом тебя чуть не грохнули у меня на глазах.
— Так это из жалости? — усмехнулась ядовито. — Тогда понятно, но ты перебарщиваешь.
Вадим отшвырнул душ и резко разогнулся. Зашёл за стекло и включил верхний душ, наподобие того, что в моей квартире, обдав нас холодной водой. Я взвизгнула и попыталась удрать, а он хохотнул злорадно:
— Хрен тебе, — и держал, пока я не начала стучать зубами от холода, — дубу дашь, но потеплее включить не попросишь, да?
— Морзянку знаешь? — едва смогла пошевелить губами. Он прыснул и выключил воду, спросив со вздохом:
— Где ты отрыла этого типа?
— Брат того сопляка. И это был деловой ужин, просто пошёл немного не по сценарию.
— Деловой ужин был у меня, а он жрал из твоей тарелки и кормил тебя. И я пока не решил, затолкать эти палочки ему в имеющееся отверстие или проделать новое. Давай-ка проясним один момент. Не хочется снова выглядеть идиотом.
— Какой?
— Панфилов, — пожал плечами, а я поморщилась:
— Полгода он тебя не парил и вдруг началось.
— Давай без лирики, запарило.
— Давно не видела, не стремлюсь, но, чувствую, придётся.
— По делу?
— По делу.
— Тогда похер. Выйдешь за меня?
— Нет.
— С хера ли? — возмутился, нахмурившись, а я скривилась:
— Это тебе за душ. Кольцо мое где? Где в любви признание? Романтика? Цветы? Хоть на одно колено встань, что ли.
— Я тебя из-под пуль вытащил и ноги мыл. Не наглей. А кольцо я вышвырнул, можешь поискать на дачке.
— Да иди ты… — проворчала обиженно и вознамерилась выйти, но он присел и перекинул меня через плечо.
Вынес из ванной и пошёл бодрой походкой на кухню. Зашёл и провозгласил:
— Готовы принимать поздравления по случаю помолвки.
— Я сказала нет!
— Не в духе, — вздохнул и звонко похлопал по мокрой пятой точке, опустив на пол.
Эмир слегка поднял бровь, вглядываясь в мое лицо, а потом хмыкнул:
— Один стоит.
Я вспомнила свою тираду в первом ледяном душе и едва сдержала улыбку.
— А где кольцо? — расстроилась Инга, глядя на мои руки, а я поддакнула:
— Вот именно.
— Завтра куплю, — закатил глаза Вадим.
— Инга, чини и поехали. Поздно уже, — она тут же приступила к делу, вновь начав с руки, а я надулась:
— А я?
— А ты мокрая и в машину я тебя не впущу, — ухмыльнулся в ответ.
— Отлично… — проворчала недовольно, — вызову такси.
— Вызови, — широко улыбнулся Вадим, а я сочла за благо заткнуться.
Минут через двадцать Эмир с Ингой уехали, Вадим закрыл дверь, накинул цепочку и вернулся в кухню, где я продолжала сидеть. Привалился плечом к дверному косяку и сунул руки в карманы мокрых насквозь джинс, разглядывая меня с ухмылкой. Я мысленно поблагодарила создателя водостойкой туши и вскинула подбородок, но через пару минут начала ерзать под его насмешливым взглядом.
— Паршивое предложение, Вадим, — сказала хмуро.
— Другого не будет, — пожал плечами, отлепившись от двери, и вальяжной походкой направился ко мне. Подал руку, глядя сверху вниз, а я скрестила свои под грудью.
— Терпеть не могу, когда ты такой надменный говнюк.
— Я тут кое-что узнал, — хохотнул, опускаясь на колени рядом со мной и даже с этого ракурса умудряясь выглядеть самодовольно, — Кума разоткровенничался, — я начала краснеть, сообразив, что Пашка выдал меня с головой, а Вадим прикрыл глаза, протянув: — Да-а… как же я сейчас кайфую, ты бы только знала. Поначалу решил — брешет. Ан нет, выходит — правда…
А правда заключалась в том, что я постели я нема, как рыба. Была. До этого кретина.
— Смотри не лопни, — проворчала, глядя в сторону. — Хочется огреть тебя чем-нибудь потяжелее.
— Не стоит, — сказал неожиданно серьезным голосом, — я и так рассудка лишился.
Дотянулся до молнии на платье и медленно расстегнул ее, осторожно сняв лямки с плеч. Поднялся и потянул меня за руку за собой. Стянул с меня мокрое платье, с себя футболку и положил горячую ладонь мне на спину, мягко притянув к себе. Я принципиально не смотрела ему в глаза, выбрав точку на его груди и старательно ее разглядывая, но от его прикосновений свело низ живота, а дыхание участилось, что скрыть было невозможно. Он тихо хмыкнул, а я мгновенно вышла из себя. Уперлась ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть, и посмотрела злобно, задрав голову. А его глаза смеялись.
— Ты нормальный? — опешила, растеряв запал, а он отрицательно мотнул головой и хохотнул:
— Но ты это и так знала, никаких сюрпризов, — я не выдержала и улыбнулась, уткнувшись носом в его грудь, а он наклонился и шепнул на ухо: — Я тебя люблю.
Как будто земля ушла из-под ног. Внезапно, стремительно, не оставляя выбора, кроме как полететь вниз, неловко взмахнув руками. Я обхватила его руками, впившись ногтями в спину, не в силах поднять голову. И тут зазвонил мой телефон в коридоре. Потом его на столе.
— Такой момент засрали, — сказал недовольно, — по-любому твои.
— Сто процентов, — вздохнула в ответ и ослабила хватку, слегка отстранившись и посмотрев ему в глаза. — Надо ответить.
— Надо, — кивнул согласно. — Например, «и я тебя».
— Не то, — слегка поморщилась в ответ, а он кивнул согласно:
— Не то, — подошёл к столу и рявкнул в трубку: — Что?! — послушал ответ, нахмурился и сказал уже спокойно: — Уехать не можем, Ева спит. Давайте сюда, — развернулся и пропел: — Дорогая, у нас гости.
— Что там? — вздохнула, поднимая своё платье.
— Брат сопляка какой-то невезучий. Отсиделся в ресторане, пока Сафронов с тачки бомбу снимал, — я вытаращила глаза, а он посмотрел укоризненно: — Не сам, разумеется, — я выдохнула, а он продолжил: — сел и даже с парковки выехать не успел, снова начали стрелять. Арсений с понятием, нас тревожить не стал, набрал Куме. А тот сам в опале, на дачу влезли, по итогу — два трупа, — у меня замерло сердце, а Вадим скривился: — Как ты за всех переживаешь. Не из твоих. Там Филюк с вечера, у них даже шанса не было. Короче, едут сюда. Оденься, что ли. Не все ещё твою грудь видели, очень хочется, чтобы так и осталось.