Кто суккуба? Я суккуба?! (СИ)

— Мне тоже хочется. Надеюсь, ты не против?
— Ах? А-а… А-ах!..
Клава вопрос слышала, но понять или тем более внятно ответить была не в состоянии.
Флаф с удовольствием потискал «сдобные булочки», выгодно отличающиеся от его «черствых с отрубями» как размером, так и пышностью. Выдавил из Клавдии писк смешанного толка и значения. После чего неожиданно отстранился с тяжким вздохом. Под струями воды смыл с себя мыльную пену, затем вылез из ванны, наскоро вытерся полотенцем, накинул на ссутулившиеся плечи один из двух гостевых банных халатов. Кивнул Клаве, оставшейся стоять под душем в полной растерянности:
— Я подожду тебя в комнате. Не задерживайся, пожалуйста.
И вышел.
Клавдия выдохнула так полно, что почувствовала себя проткнутым шариком. Аж на дно ванны села, до того ноги в коленках затряслись. Первый любовный опыт оказался таким утомительным… Подумать жутко, что ждет ее дальше!
Однако она была благодарна ему за возможность побыть наедине с собой. Встав под льющуюся воду и сделав температуру прохладнее, Клава даже подумала, не стоит ли побрить ноги ради такого случая. И в зоне бикини у нее девственный беспорядок — стыдоба! Но здравый смысл подсказал, что рыться на полках в поиске бритвы слишком долго, не факт, что она там вообще есть. И потом, не умеет она наводить такой марафет, не приучена за ненадобностью. Да и порезаться пара пустяков при дрожащих-то руках. В конце концов, Флавиан уже видел ее ВСЮ, прихорашиваться теперь будет глупо.
Стараясь не думать о том, что ее ожидает за дверью, Клава выключила воду, запахнулась в мягкий пушистый халат, туго завязала пояс. Вдохнула поглубже — и смело вышла навстречу своей судьбе. В самом деле, чего ей бояться? В первый раз с красивым обходительным парнем — не об этом ли она всегда мечтала? Инкуб уж точно знает, как сделать потерю девственности приятной и незабываемой. Если он целуется умопомрачительно, значит, и в постели должен быть просто богоподобен!
Инкуб сидел на кровати, подобрав ноги, закутавшись в одеяло. И грыз заусенцы. Так сильно задумался, хмуро глядя прямо перед собой, что не услышал, как она вошла. Впрочем, Клава при своем весе умела ходить бесшумно, да и босиком по ковру не особо потопаешь.
Увидев ее прямо перед собой, Флавиан дернулся — и сразу нацепил на лицо дежурную улыбку. Выпрямился, сбросив с плеч одеяло, оперся на вытянутую руку — в общем, принял картинную позу соблазнителя. Клава улыбнулась в ответ: приятно всё-таки было узнать, что не одна она нервничает.
— Скажи, пожалуйста, — она села рядом на край постели, поправила машинально полы халата на коленях, — что мне пришлось бы сделать для инициации, если бы я оказалась не суккубой, а, например, каким-нибудь стихийным магом?
— Овладеть своей стихийной силой, естественно, — пожал плечами инкуб. — Сперва, конечно, тебе пришлось бы в срочном порядке выучить тома теоретических выкладок, зазубрить правила безопасности, потренироваться в заклинаниях. И только после устного и письменного экзаменов тебе разрешили бы в присутствии Совета Наставников продемонстрировать свои способности. Если бы ты владела стихией огня, то тебе велели бы зажечь спичку. Если бы подчинила стихию воды… Честно сказать, я не знаю наверняка в точности, — сдался он.
— Предложили бы вызвать дождь? — подсказала Клава.
— Может быть. Хотя этим занимаются маги-погодники, ведь нужно учитывать потоки воздуха и аэродинамические волны, изучать карты температур, циклонов… К чему эти вопросы? Ты передумала?
— Нет, не передумала.
— Просто тянешь время, — понятливо кивнул он. Перебрался ей за спину, принялся массировать плечи, чтобы быстрей ушло напряжение.
Клава прикрыла глаза, позволяя инкубу делать свое дело. Не возразила, когда он аккуратно приспустил халат, обнажив ее плечи, лопатки и верх груди.
— Скажи, а как это было с тобой? Ты родился с даром инкуба? Как прошла твоя инициация?
— С ума сошла? Ребенок-инкуб — это что-то противозаконное! Нет, конечно. Я открыл свою… хм, способность всего лишь год назад, когда приехал сюда, в Академию, чтобы… Ну, чтобы подробнее узнать, что это за место такое. Я даже не предполагал, что меня пригласят остаться для обучения. Никакой магии в себе до этого я не ощущал, даже не подозревал, уж поверь.
 
— Сильно удивился?
— Не то слово! Я был в шоке.
— Тебе тоже пришлось пройти через инициацию?
— Конечно. Иначе дар инкуба не проснулся бы.
— И… и кто… — Клава понимала, что вопрос крайне нетактичный, однако не задать его не могла. Любопытство, слишком похожее на ревность, просто душило изнутри жаркой волной.
— Сирена, — не стал утаивать Флавиан. Заметно было, что ему неловко говорить об этом, но совсем не в такой степени, как Клавдии. — Она заметила это во мне, она и дала… хм, первый импульс для раскрытия.
— А как… то есть, где… — промямлила Клава, не зная, как бы выразиться прилично о том, что должно быть между ног, если у русалки этих самых ног не наблюдалось.
— В бассейне, — пояснил Флавиан. — У нее дома вместо спальни с кроватью подвал с бассейном. Там очень красивая отделка, как сказочный грот. Правда, в воде заниматься сексом было довольно неудобно. Да и на берегу, то есть на бортике бассейна, тоже — когда кожа чувствительна к прикосновениям, острые камешки и песчинки вместо простыней не лучший вариант, если не имеешь склонности к мазохизму.
— Да уж, — сочувствующе вздохнула Клавдия.
А сама принялась гадать: не значит ли это, что до появления в Академии Флавиан был невинным юношей? Выходит, русалка его совратила, буквально превратила в демона похоти! Или же инициация подразумевает под собой нечто иное, чем простой акт плотской любви? Клавдия терялась в догадках. И вместе с тем воображение жгла картина: неискушенный студент из провинции и развратная директриса! С рыбьим хвостом, который в фантазии Клавы всё-таки не желал укладываться. Кстати, и Флаф, видимо, тогда еще не был студентом Академии и даже не собирался им становиться. Теперь стало интересно другое: зачем же он приехал? Имеет ли Клава право напирать со своим любопытством еще сильнее или это будет слишком невежливо с ее стороны — так бесцеремонно совать нос не в свои дела?..
Между тем за разговорами Флавиан времени зря не терял. От массажа плеч он плавно перешел к более пикантной «разминке». Аккуратно уложив будущую суккубу на спину, он, продолжая отвлекать ее разговорами, развязал на ней пояс банного халата, но оголил пока что вполне невинно — ноги до середины бедра. Устроившись между оными, он легчайшими ненавязчивыми движениями принялся не то чтобы разминать мышцы голени и бедер — скорее дразнить и волнующе гладить чувствительную бархатистую кожу, приятно пахнущую свежестью после душа. Клава невольно задышала глубже и чаще, забывшись, пару раз слегка взбрыкнула конечностями, пытаясь уйти от особо дразнящих прикосновений, когда его чуткие пальцы скользнули под полы ее халата немного выше, чем позволяла ее скромность. Но инкуб, улыбаясь теперь с заметным собственническим и чуточку самодовольным оттенком, просто подхватил ее под коленки, задрал повыше и придвинулся поближе. Клава поняла, что позволила «противнику пробраться в тыл» и осталась совершенно беззащитной перед его определенно нескромным взглядом. Она обреченно выдохнула и просто откинула голову на подушки, закрыла глаза рукой. Надо постараться ни о чем не думать, чтобы самой не испортить удовольствие от собственного соблазнения. В романах этот процесс расписывают с упоением, а она слишком занята посторонними размышлениями — как бы всё не проворонить!
Вот только выбросить лишние мысли из головы не получалось.
Флаф, сам увлекшийся процессом, перешел от прикосновений к легким поцелуям: под коленкой, по внутренней стороне бедер, игриво чуть пощипывая тонкую кожу губами — неуклонно продвигаясь к «искомому».
— А… Ох!.. А! Флаф?
— Что? — откликнулся тот с ленцой мартовского кота. Запустил обе руки ей под халат, стал углаживать-дразнить мягкий живот, кончиками пальцев щекотно прошелся по бокам, очертил крутой изгиб от талии к ягодицам.