Хроники семи королевств: Ледяная колыбель. Том 3
– Холм тоже не способствует слышимости… – вполголоса сказал следопыт. – Вдобавок сами часто разговаривали… – он поглядел на варвара, чей меховой воротник густо залила кровь. – Куда важнее сейчас не присоединиться к ним…
Обледеневшие сапоги распахивали всклокоченный побоищем снег – странники дошли до середины поселения. По расцветающему пучку следов стало ясно, что воины высыпали гурьбой из двухэтажного здания, а затем один за другим нашли свою смерть в ожесточённой битве.
– Хм… – Джон опустился на колено у крупного отпечатка, по форме напоминавшего птичью лапу. – Странно… Судя по размеру и глубине следа, пернатый весит под сто килограммов. Помнится, во время путешествий я встречал диковинных птиц, здоровенных, которые шустро бегают и лягаются похлеще ослов…
– Пф, тоже мне диковина, – одёрнув пленника, Рэксволд остановился. – Страусы. Их валом между Аль Хероном и Виверхэлем. Только здесь они от холода сдохнут.
– Как и шершни, – Джон бросил на ассасина многозначительный взгляд.
– Как и шершни… – согласился тот, и они оба посмотрели на Лайлу.
– Гигантские северные птицы? – вампирша приблизилась к следу. – Я не знаю таких существ. В силу постоянных междоусобиц и нелюбви к иноземцам, Грондэнарк неохотно делился записями о своей флоре и фауне с другими королевствами. А из тех исследователей, кто отважился покорять ледяные просторы, по понятным причинам вернулись немногие…
– Зато я знаю, что это за тварь… – Эрминия подняла из снега отрубленный дугообразный коготь длиной в полторы ладони. – Снорха тебе в спину… – процедила она и тыкнула полусогнутым пальцем в невидимого собеседника, словно вгоняла перст ему в тело. – Дважды видела, как с таким пожеланием старики провожали неугодных, ибо уже слишком дряхлые, чтоб всадить топор меж лопаток.
– Снорхи… – Лайла задумалась, и огненная проекция тревожно замигала. – Кажется, я встречала их в бестиарии… Маленькая заметка без рисунка… Это создания стихии Воздуха… Или Воды? – сама себя спросила вампирша. – Нет, точно Воздуха. Там же было про морозное дыхание… Или морозный укус… – она насупилась и после недолгих размышлений тихо пробормотала: – Я… не помню…
– Ты нормально себя чувствуешь? – Рэксволд не сводил глаз с обладательницы феноменальной памяти.
– Вполне… – Лайла сделала полшага назад, но как-то неуверенно, будто опасалась провалиться в трясину. – Просто… Немного устала… Самую малость…
– Лови её, – быстро сказал ассасин стоявшему рядом с ней Джону.
По заторможенной речи тот уже и сам понял, что возлюбленная сейчас упадёт в обморок. Ловко подхватив её, следопыт поднял девушку на руки – на снегу зашипели оранжевые искры, отголоски потухшей проекции.
– Она никогда так долго не колдовала. Видимо, держалась из последних сил… – хмуро проговорил Джон. Щурясь на холодном ветру, он направился к двухэтажному дому.
– Там труба смолит и дверь нараспашку… – Эрминия выдернула топор из руки ближайшего мертвеца, зачерпнувшего снег разинутым ртом. – Я разведаю…
Рэксволд посмотрел на громко фыркнувшего Бамбука, который без лишних напоминаний побрёл за хозяином, и толкнул пленника в спину:
– Давай пошёл…
Тёмно-серое, словно пепел, небо наблюдало, как странники приближаются к бывшему дому деревенского старосты, где уже издалека были приметны чьи-то сапоги: прямо у порога лежал варвар с обглоданным лицом. Подперев плечом косяк, Эрминия с осторожностью заглянула в помещение – лицо обдало слабым теплом. Догорающий костёр. Перевёрнутые лавки. Несколько сдвинутых вместе столов. Просторный зал, занимавший весь первый этаж, казался нелюдимым. Бесшумно переступив труп, северянка скользнула внутрь. Несмотря на затекавшую в дом морозную свежесть, в воздухе ещё чувствовались запахи жареного мяса и пива, коим здесь было окроплено всё: от грузных столов до земляного пола. Взгляд Эрминии задержался на стоявших в углу, распахнутых колодках, а затем метнулся к ступенчатой лестнице напротив, откуда донёсся тихий скрип половицы – на втором этаже кто-то был.
Воспользовавшись тем, что остальные входили в дом, Эрминия замаскировала шаги в шуме и тенью поднялась наверх. Взору открылся тёмный коридор: по левой стороне зияли три дверных проёма, по правой – с трудом различались наглухо забитые окна. Тьма играла на руку затаившемуся врагу.
Чтобы не выдать своё присутствие, воительница пошла вплотную к стене: нерасшатанные доски пола, редко видевшие чью-то ступню, обычно не отличались ворчанием, впрочем, как и люди, души которых не топтали десятки грязных сапог.
Держа наготове топор, Эрминия беззвучно плыла в полумраке. И тишина наградила её за усилия: в дальней комнате послышался шорох. Кто бы там ни прятался, он вряд ли имел благие намерения…
Внизу раздался громкий голос Джона, слишком весёлый, будто он рассказывал шутку старому другу, попутно звеня какими-то предметами: ещё один отвлекающий манёвр – можно было не сомневаться, что Рэксволд уже тоже на втором этаже. И правда, спустя несколько секунд, прямо перед первой комнатой, на плечо северянки осторожно легла ладонь. Эрминия тремя прикосновениями обозначила ситуацию. Ассасин бесшумно вернулся вниз, после чего стал вразвалку подниматься по лестнице. Освещая дорогу найденным у колодок факелом, он неспешно побрёл по коридору, заголосившему на все лады скрипучими половицами. Эрминия же, оставаясь чуть позади, дабы не отбросить предательской тени, двигалась вдоль стены.
Хоть некто и засел в последней комнате, не стоило оставлять без внимания две другие. Во-первых, это могло вызвать подозрение, во-вторых, легкомысленность чревата ножом в спине. Рэксволд поочерёдно заглянул в оба помещения: ничего, кроме поломанной мебели, которой, как подсказывали изрубленные шкафы, кормили очаг и разведённый посреди зала костёр. Всё. Подлянки исключены. Самое время узнать, кто скрывается под покровом темноты…
Сохраняя непринуждённость в походке, Рэксволд приблизился к третьей комнате, где вдруг выронил факел, – тот, на миг погрузив коридор во мрак, покатился по полу. В воздухе запахло жжёной пылью.
– Мать твою… – буркнул ассасин и нагнулся за факелом, коптившим доски огненным ореолом.
В ту же секунду из дверного проёма кто-то выскочил – в свете пламени сверкнуло два лезвия: занесённого над Рэксволдом тесака и топора Эрминии, с хрустом прорубившего бок незнакомца. С хрипом сложившись пополам, нападавший рухнул на колени, а поцеловавшись с коленом северянки, отлетел обратно в комнату. Вслед за ним в сумрак помещения устремились брошенные веером кинжалы – судя по звуку, все четыре упокоились в стене.
– Видать, это всё… – подняв факел и выпавший тесак, ассасин вошёл в комнату. – Да, больше никого, – он смотрел на остатки мебели, которую ещё не успели разобрать на дрова. – Только куча пыльного хлама… Эх, как в старые добрые времена: слаженная работа двух наёмных убийц.
– Dein kopaiw nok-shger… – раздался за спиной тихий хрип.
– Жив, что ль? – Рэксволд обернулся на поверженного варвара и поднёс факел к его щербатому лицу. – Чего он там бормочет?
– Пусть вы призвали демонов… – поймав пристальный взгляд умирающего, начала переводить Эрминия. – Вам не вернуть её… Даже тела… Она кормит рыб на дне озера…
Воин закончил говорить, с бульканьем усмехнулся и издал протяжный выдох.
– Это он про существ? – покосился на спутницу ассасин. – А, чёрт с ним. Ещё шарады покойников я не разгадывал. Пойдём, – он быстро обошёл комнату, повыдёргивав свои клинки. – Внизу мы сейчас нужнее.
* * *
Едкий вдох пробудил сознание – Лайла медленно открыла глаза. Расплывчатое изображение сформировалось в бревенчатую стену, по которой призрачной рекой стелился дым. Услышав рядом шаги, вампирша поняла, что это потолок. Она повернула голову, увидев, как Джон несёт на железном щите раскалённые угли. Воин остановился у массивной печи и забросил в неё алеющую горку.
– Додумались тоже… Дикари… – разгоняя ладонью дым, он оглянулся на чёрный круг, след от перенесённого в каменную темницу костра. – Так… Ты там ещё на месте? – Джон посмотрел на сидевшего в углу пленника, что наблюдал за ним строгим, непоколебимым взором. – Вот и славно.