Ты мой кислород (СИ)
— Теперь мы квиты с Загорскими. Пусть этому щенку будет также больно, как было больно мне, когда я потерял своих жену и нерождённого ребёнка. Эта тварь со своими дружками в состоянии наркотического опьянения сбили её. А папочка Загорский, мразь эта, всё замял. Якобы сыночек и его шайка отморозков-дружков были за границей на учёбе. Дело завели на ни в чём неповинного человека, у которого семья и ипотека. Деньги творят чудеса, — развёл руками. — Тогда я был только начинающим бизнесменом, не было столько связей и таких бешеных бабок, — грустно улыбнулся. — Прошло уже больше двух лет, а боль не утихает, вот здесь — дыра, — бьёт кулаком в область сердца. — Он счастлив, у него есть ты, а у меня нет никого. Тварь, ненавижу их, — мужчина бьёт кулаком рядом с моим лицом.
Ещё ни разу я не желала себе смерти так, как сейчас. Лучше бы он убил меня.
Мужчина обхватил голову руками и сел на пол, прислонившись спиной к кровати.
— Развяжи меня, — прошептала пересохшими губами.
Повернул голову в мою сторону.
— Я не хотел так. Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Бес попутал. Прости, малыш, — дрожащей рукой потянулся к моему лицу. Увернулась, чтобы никогда больше не ощущать на себе его мерзкие прикосновения. — Я хотел отомстить ему, но не так. А тут птичка сама запрыгнула в клетку, — разразился убийственным хохотом, который нестерпимо бил по всем нервным окончаниям.
Мужчина развязал меня, забрав с собой ремень и использованный презерватив. Входная дверь хлопнула.
Всё, что произошло в моей квартире, останется только в ней. В голове стоял гул. Меня штормило. Еле добралась по стенке до уборной. Всё содержимое желудка излилось из меня. Горло жгло. Уголки губ разорваны. Боялась смотреть в зеркало на лицо, представляя, что там сплошной синяк. Тело ужасно болело и ныло в области живота. Кое-как добралась до душевой кабинки, чтобы смыть с себя весь этот позор. Тёрла тело так, что казалось сдирала кожу, чтобы не помнить всего того, что произошло со мной. Сползла по кафельной стенке и завыла в голос:
— Мама, мамочка моя, забери меня. Я не хочу жить.
Свернулась калачиком на полу душевой. Капли воды больно били моё тело, но сейчас эта боль ничто, по сравнению с той, что разрывает мою душу и сердце. Встать и отключить воду не было сил. Прикрыла глаза и провалилась в бездну.
Глава 20
Глава от Максима Шилова
Теряю друзей на глазах. Ник потерянный, даже на звонки не отвечает. Его понять можно, втюрился в эту лживую бабёнку по самые помидоры. Но как ему глаза открыть на её выходки?
Тим как заведённый. Весь телефон мне оборвал, так переживает за свою девчонку. Волнуется, ясное дело. Тая — девушка хорошая, тут базара нет.
Вообще, я сам не рад, что вызвался помочь с работой в автосервисе. Бумаги — это не моё. Я лучше в гараже просижу целый день, крутя гайки, чем вот это всё. Отец считает меня чокнутым, а я кайфую. Никто мне не смеет указывать. Я сам творец, и жнец, и кузнец своей жизни. Накосячу — буду разгребать сам. Не впервой, чего там. Но быть офисной крысой не собираюсь. Так и слоем пыли покрыться недолго.
Летом, после одного из заездов, познакомился с отличным пацаном. Ник гнал на него, конечно. У него всегда так, когда кто-то новый появляется на горизонте, всегда с опасением относится. Но с Деном повезло во всех смыслах, человек слова, не иначе.
Приехали на открытие клуба «DN» к Акуле. Место зачётное, конечно, движ полным ходом, все дела.
Вон Ден на баре подцепил двух цыпочек. Ничё такие, но после Маринки они мне все на одно лицо, одноразовые. Сейчас только бы пар спустить, все действия чистая механика, в душу не позволяю никому лезть. Наелся. Хватит с меня.
Девчонок долго уламывать не пришлось. Несколько коктейлей и они готовы на всё. Уединились в вип. Отжарили их, конечно, конкретно. Вышел, а имя так вспомнить и не могу, то ли Мира, то ли Маша. Да похуй. Шмара попалась охуенная. Стонала, конечно, наигранно, но ноги раздвигала профессионально. А мне больше ничего и не надо, главное, чтобы дырки были рабочие. Ден остался, пусть развлекается.
Через администратора узнал, что Акула, оказывается, слинял уже. Ну, что ж, поищу, может на глаза попадётся Тая со своей шлюхастой подругой. Зашёл в комнату охраны. Показал фото девушек. Всегда знал, что ребята в таких заведениях безотказные. Зелень творит чудеса.
Сука, а вот и прямое доказательство измены Нику. Пиздец. С кем мой друг связался, не пойму. Мужики втроём шпилят эту блядину.
Мне в принципе пофигу. Пусть её хоть рота солдат оприходует, будь она свободной.
В Америке друг бухает не просыхая, а она, сука, от трёх членах стонет. Ебать. Ну, Ник, надо тебя из этого дерьма вытаскивать, дружище! А то так и недалеко в Книгу рекордов Гиннеса попасть под номинацией «Самые огромные рога».
Девочку Тима пробили по камере, что висит в баре. И опа-ча, картинка вырисовывается совсем не айс. Акулов и «малышка Тая» явно выясняли отношения, а потом он поволок её в сторону выхода. Всё, дальше камера не пишет.
Не нравится мне это. Я ещё в офисе у отца заметил, что он облизывался на эту девочку. Блядь, Тим узнает, точно башку мне оторвёт. Набираю Таю, гудки, к телефону никто не подходит.
Так, надо за Деном. Нет, сначала нужно камеры на входе проверить. Оказывается, девушка часа два назад покинула здание. Акулова отследить по камерам не удалось, либо через служебный вход вышел, либо ребята сработали хорошо и всю ненужную инфу подчистили.
Заглянул в вип. Заржал. А Ден молодец, развлекается братан по полной. Это, блядь, место такое или день, что всех не меньше, чем на трио потянуло?! Подмигнул, пусть оттягивается.
Вышел из клуба. Закурил. Набрал Тима. Тая отписалась ему, что дома. Сел за руль, решил ехать отсыпаться. Но в последний момент что-то дёрнуло, развернулся через две сплошные и двинулся в сторону дома девушки. Знаю, блядь, что нарушаю. Камер вроде нет здесь, да и ментов по близости тоже. Девчонка трубку не берёт. Может спит?!
Я уже потерялся от количества набранных. Дверь никто не открывает. Сейчас соседей разбужу точно, если не разбудил ещё своим стуком. Дёрнул за ручку на входной двери. Не понял. Открыто. Бесстрашная девчонка, раз не боится спать с открытой дверью.
— Тая. Тая, ты спишь?
На столике в гостиной вибрирует телефон. Свет включён. Странно. За дверью в конце коридора слышу шум. Душ что ли в пять утра принимает?! Подхожу к двери, стучу. Молчание. Сука, что-то меня начинает потряхивать так нездорово. Открываю резко дверь и охуеваю от увиденного. Сука, нет-нет-нет. Блядь. Не может быть этого.
— Тая. Тая, блядь, девочка, открой глаза. Слышишь меня, открывай глаза.
Лежит на полу в душевой без сознания. Вода стекает по телу. На лице сплошные гематомы. Ебать. У меня нет слов. Выключаю воду. Пытаюсь найти хоть что-то, во что можно завернуть девушку. Захожу в открытую дверь. Сука, на полу следы крови. Всё разбросано.
Вот это я попал. Что делать?
В шкафу нахожу простынь. Заворачиваю, выношу девушку из душевой и несу в гостиную. Пульс есть, но слабый. Помню, что у Дена брат врачом работает в частной клинике.
В телефоне девушки нахожу телефон её отца. Не смотрел на часы, но Титов приехал быстро, или это мне так кажется. Я никогда не думал, что увижу плачущего мужика.
Наверное, когда у меня будут дети. Да ну нахуй. Даже думать о таком не хочу, что с моей дочерью может такое случиться.
Выкурил пачку сигарет, пока врач проводил осмотр. Сейчас бы что покрепче. Тремор в руках, ногах, драконит меня не по-детски.
Ден сам в ахуе.
Титов на телефоне. Вышел на кухню, весь бледный, держится за сердце.
— Владимирович, присядьте. Вам нужно успокоиться. Вот, возьмите, — Андрей, брат Дениса, принёс какие-то лекарства. Сделал укол. — Бригада уже выехала. Что в моих силах, я всё сделаю.