Ты мой кислород (СИ)

— Да, — кивнула. — Тогда я в душ, — быстро сползла, игнорируя объятья.
Долго приводила себя в порядок. Не знаю почему, но сегодня мне захотелось сделать нюдовый мейк и завить воздушные локоны. Надела брючный костюм изумрудного цвета, белую рубашку. Захватив сумочку и ноутбук, вышла из комнаты.
Уже на лестнице у меня начало вырабатываться избыточное слюноотделение от исходящих из кухни запахов.
— Ничего, что я хозяйничаю? — отрицательно покачала головой. Улыбнулась. — Тогда присаживайся.
На парне низко посаженные тёмные зауженные брюки и футболка. Эта легкая улыбка и слегка взъерошенные волосы придают его образу ещё больше сексуальности. Он чертовски хорош. И я начинаю ревновать. Вспоминаю наши встречи, которые обязательно заканчивались одним и тем же, и понимаю, что на моём месте может оказаться другая. Нет, я не только это осознаю, воображение рисует яркие картинки бурного времяпрепровождения. Мотаю головой, чтобы выбросить непрошенные мысли. Принимаю тарелку с панкейками и клубничным джемом. В чашке уже налит чёрный крепкий кофе.
— Спасибо. А ты почему сам не завтракаешь?
— Так уже. Пока ты спала, мы с твоим отцом попробовали мою стряпню.
— Не говори так. Очень вкусно. Покажешь мастер-класс?
— А нужно? — вздёрнул бровь.
— Ещё как. Вот именно панкейки у меня и не получаются. Я вижу, вы с отцом нашли общий язык?
— Да, с ним проще, чем… — кашлянул в кулак. Я поняла, что он хотел сказать, но так и не решился продолжить. Чтобы не портить атмосферу поистине доброго утра, решила пропустить сказанное мимо ушей.
— Я сегодня до шести вечера на работе.
— Извини, малышка. Сегодня никак не смогу забрать тебя. Буду в офисе, дел накопилось. Нужно всё самостоятельно перепроверить.
— Хорошо. Без проблем.
В дороге ответила на вчерашнее сообщение Романа, которое так и оставила без ответа.
— Слушай, а ты не знаешь, где мой старый телефон? Отец его так и не нашёл.
— Откуда мне знать. А зачем он тебе?
— Да там столько контактов осталось. А сейчас звонят или пишут и не всегда знаю, кто это. Хотела перенести контакты. Но раз уж не знаешь, не проблема.
— Кто тебе звонит и пишет, может поделишься? — сильнее сжал руль. Брюнета явно что-то раздражало.
— Тимур, не начинай, — закатила глаза. — Мне звонят коллеги, студенты, в конце концов.
— И всё? — подозрительно покосился.
— И всё. А кто ещё должен? — в недоумении посмотрела на парня.
— Ладно, проехали.
Брюнет подвёз меня ко главному входу университета. Помог выйти из авто. Я уже собиралась уходить, как парень притянул к себе.
— Хорошего дня, малышка. Ты такая сладкая, — шепнул на ухо, мазнув языком по ушной раковине. — Пахнешь офигенно, так бы и вдыхал твой аромат.
От его слов ощутила прилив краски к лицу. А по позвоночнику побежали сотни мелких мурашек.
— Тая, ты так охерительно смущаешься.
— Тимур, — коснулась губами лёгкой щетины на лице. Парень, увернувшись, подставил губы. — Все смотрят.
— Тебе не всё ли равно?! Пусть завидуют, что такая сексапильная красотка досталась мне. Ты моя, Тая, — проговорил в губы, крепче прижимая к себе.
— Твоя. Чья же ещё? А, хотя постой, ещё папина девочка. Так что тут либо придётся делиться, либо смириться, — подмигнула, хихикнув.
— Ну, с этим мы разберемся. Всё, беги, а то опоздаешь! — сжал сильнее за ягодицу, а потом легонько шлёпнул.
— Ну, Тим, ты ненормальный. Всё, бегу! — одарила улыбкой и пошла в сторону главного входа, на ходу собирая косые взгляды студентов-зевак женского пола.
  
Глава 37
 
Отношения с Тимуром стали налаживаться. По вечерам мы проводили всё больше времени вдвоём. Парень заезжал за мной после работы, и мы подолгу гуляли в парке. Он, как фокусник, в одно мгновение выставлял руку с дымящим напитком, и каждый раз это было что-то разное — имбирный или облепиховый чай, какао с маршмеллоу, горячий шоколад. А могли просто лежать на диване и смотреть новинки кинолент, уплетая суши или пиццу, а позже бурно обсуждать просмотр.
 
Парень стал открываться мне совсем с другой стороны. Оказывается, в нём столько доброты, заботы, что её хватит на всю Вселенную. Брюнет проделывает огромную работу над собой. Понимаю, чего ему стоило пойти на сеанс психотерапии и очень ему за это благодарна.
Я всё-таки уломала Тимура на мастер-класс по приготовлению панкейков. Боже, это было то ещё зрелище. Мы все в муке, на кухне погром. Благо отец задерживался на работе, иначе его хватил бы удар.
— Так, ну, что, приступим? — парень принялся замешивать тесто.
Внимательно следила за каждым его действием.
— Хочешь помочь?
— Давай, — встала рядом с Тимуром, взяла венчик в руки и стала аккуратно перемешивать ингредиенты. Брюнет стал позади меня, плотно прижимаясь к моей спине. Обхватил рукой мою ладонь, державшую венчик, и мы синхронно стали перемешивать массу. Пальцы рук стало непривычно покалывать, появилась лёгкая дрожь.
— Не волнуйся. Всё получится, — горячее дыхание обожгло мою щёку. — А теперь добавь взбитые белки. Только аккуратно. Да, вот так, малышка, — простонал мне на ухо.
Издала сдавленный стон, когда вторая рука парня занырнула под майку и нежно прошлась по незащищенному участку кожи. Подушечки пальцев невесомо вырисовывали узоры на животе. Повернула голову в сторону парня, но столкнулась с затуманенным от желания взглядом. — Не отвлекайся, — брюнет резко отстранился. — Теперь главное следить за тем, чтобы не подгорели. У тебя есть мёд?
— Есть. Где-то был здесь на полке. Сейчас посмотрю, — потянулась за банкой, что стояла на верхней полке, привстав на носочки.
Парень ловко перехватил банку и поставил на столешницу. Пока я возилась у плиты, переворачивая блинчики, пристроился позади меня. Замерла, ощущая лопатками, на сколько сильно вздымается его грудная клетка. Ладони парня прошлись вдоль моих рук, проворно спускаясь на бёдра. Ахнула, когда брюнет слегка сдвинул резинку спортивных легинсов и занырнул ладошкой, сжимая промежность через трусики. Дыхание участилось. Облизала слегка пересохшие губы. Где-то в области живота зарождался пожар. Сердце выполнило кульбит, когда парень сдвинул тонкую полоску кружева и аккуратно прошёлся подушечками пальцев по слегка влажным складочкам. Довольно рыкнул. Прикрыла глаза от удовольствия, запрокинув голову на плечо, когда пальцы коснулись нежной плоти и круговыми движениями массировали и растирали клитор. Каждое прикосновение было осторожным, будто в руках мужчины находилось что-то хрупкое, подобное хрусталю. От дрожи, что охватила тело, подкашивались ноги. Втянув сильнее воздух, брюнет резко отстранился и подался в сторону стола, где стояли орехи и сухофрукты.
Я прекрасно чувствовала его возбуждение. Чего только стоило ему сдержать свой порыв. Во мне пробудилось прежнее желание. Думала, что навсегда останусь фригидной. К счастью, этого удалось избежать. На воскресенье записалась в частный кабинет к гинекологу, чтобы пройти все нужные анализы и быть уверенной, что моему здоровью ничего не угрожает.
Сегодня отец явился мрачнее тучи, даже ужинать на стал, сразу поднялся к себе.
Была глубокая ночь, я только закончила перевод. Тимур спал рядом. Дверь в спальню отворилась, на пороге появился отец.
— Не спишь? — присел на край кровати.
— Только закончила работу над переводом.
— Дочь, мы обсуждали это.
— Знаю, пап, но отказать этому человеку не могла.
— Тим спит? — кивнула. — Давай спустимся вниз, есть разговор. Не будем мешать зятю спать.
Закатила глаза.
— Па-а-ап, — шикнула.
— Идём-идём, — подтолкнул к двери, улыбаясь.