Цветочек ментального мага (СИ)

— Послушайте меня хотя бы на этот раз. Я ни в чем не виновата…
— Молчать! — прошипела Симонсен.
Я не собиралась подчиняться приказу и продолжила.
— Это ведь Томас Тейт отправил меня делать уборку в архиве буквально в первый же день моего назначения. У вас ко мне личная неприязнь, и вам не терпиться обвинить меня, но неужели как судья вы не обязаны разобраться в том, что происходит? Я видела как Тейт пользовался "ментальным искателем" в кабинете господина Форсберга в его отсутствие. Может быть, это Тейт украл документы? Я требую…
— Да заткнись ты уже! — Симонсен гневно посмотрела на меня, потеряв терпение. В ее глазах сверкнул огонь.
Я собиралась потребовать просмотр памяти, чтобы подтвердить мою невиновность, но физически не смогла договорить. Против моей воли, губы больше не разомкнулись, и ни слова не вырвалось из моего горла. Похоже, Симонсен каким-то образом заткнула мне рот при помощи ментальной магии.
— Ты признаешь свою вину? — спросила она, чеканя каждое слово, словно забивала гвозди в мой гроб.
Я отрицательно мотнула головой.
— Это ровным счетом ничего не меняет. — сказала Симонсен, — учитывая список твоих проступков, а также статус опустошенной, энергетическому ведомству от тебя больше проблем, чем пользы. Я буду настаивать, чтобы тебя подвергли высшей мере наказания.
В глазах у меня померкло от ужаса. Меня хотят приговорить к высшей мере!? Но я же ни в чем не виновата! Я не могла поверить, что это происходит на самом деле.
Высшая мера наказания для резервуара — это развоплощение. Я исчезну, отдав всю всю жизненную силу накопителю. Меня иссушат в специальном аппарате, выкачав энергию до последней капли. Таким образом маги разделываются с преступниками резервуарами, и получают амулеты невиданной мощности.
— После того, как глава Магистрата подпишет приговор, он будет приведен в исполнение, — сообщила Симонсен с высокомерной усмешкой.
Услышав это, я перевела дух. Наверняка, Филипп снимет с меня обвинения, когда вернется.
— Бросьте ее в одиночку! — велела Симонсен стражнику.
— Я лично приду посмотреть как приговор будут приводить в исполнение, — добавила она, обращаясь ко мне.
Мне стало жутко от ее радости по поводу моей возможной смерти.
— Только этому не бывать! — упрямо возразила я, глядя ей прямо в глаза.
— Посмотрим! — хмыкнула Симонсен и ушла.
Пока я отвлеклась на разговор с ней Томас Тейт незаметно выскользнул из зала. А жаль, мне так хотелось посмотреть ему в глаза после того как он меня подставил. Ну да, ладно, цверг с ним!
Стражник взял меня под руку и увел. Шагая вслед за стражником по винтовой лестнице на первый этаж, я переставляла ноги, словно во сне. В голове было пусто, словно все мысли растворились в непроглядном тумане. Мы спустились по лестнице вниз, и я снова оказалась в недрах подвалов.
Как и в прошлый раз здесь было темно и пахло сыростью. Вдоль мрачного коридора тянулся ряд железных дверей. Меня втолкнули в одну из камер. Дверь за моей спиной захлопнулась. Я снова осталась одна. Бессильно сползла по стенке и обхватила колени руками.
Надеюсь, на этот раз я оказалась здесь ненадолго, а только до приезда Филиппа. Когда он вернется, то либо подпишет приговор Симонсен, либо оправдает меня. Учитывая, что я невиновна, я склонялась ко второму. Но, что если Форсберг поверит, что я украла документы? Этому не бывать! Ведь он мне доверяет, к тому же, чувствует ложь. Ему достаточно всего лишь задать мне прямой вопрос, чтобы убедиться в моей невиновности. Симонсен должна была это прекрасно понимать. Возможно, она просто хочет постращать меня, поэтому меня обвинили в то время, пока глава Магистрата в отъезде.
Томас вероломно подставил меня, а Симонсен только и ждет повода меня уничтожить! Похоже, зря я не воспринимала её угрозы всерьёз. Она коварно дождалась, когда Форсберг будет в отъезде, чтобы все это провернуть!
И почему мне так не везет? Моя жизнь пошла под откос с того самого вечера, когда меня сдали в исправительный центр. Я не думала, что со мной может случится что-то хуже этого, но я ошибалась. Неудачи и несправедливость продолжают сыпаться на мою голову, и вот мне грозят высшей мерой наказания.
 
Я по-прежнему не понимаю, почему все это происходит со мной? В чем я успела так провиниться перед стихиями? Ведь я старалась быть хорошим резервуаром… Надеюсь, Форсберг вытащит меня отсюда, когда вернется. Сжальтесь надо мной, Покровители Стихий, ведь я не заслуживаю смерти!
Два дня ожидания в одиночной камере показались мне вечностью. Когда на третий день послышались шаги в коридоре, скрипнула дверь и на пороге появились двое мрачных стражников. Я вскочила с кровати и нетерпеливо шагнула им навстречу.
— Резервуар Флёр, ваше время вышло. Мы здесь, чтобы проводить вас на казнь. Все мое существо оцепенело от страха. Казнь… Этого не может быть! Все это время я надеялась, что Филипп вытащит меня отсюда.
— Подождите-подождите! — лихорадочно произнесла я, язык от волнения плохо слушался, а к горлу подкатил комок страха. — Почему меня собираются казнить?
— Нам неизвестны причины, милочка. Таков приговор, вот и все, что я могу знать, — отозвался стражник. В его глазах читалось, что у него не имелось никаких сомнений в том, что приговор справедлив.
— Но мне сказали, что приговор должен подписать глава Магистрата, а он в отъезде.
— Он уже вернулся и подписал приговор, иначе бы его не привели в исполнение, — назидательным тоном сообщил мне стражник.
Я не могла поверить в это! Филипп не мог так со мной поступить! Когда до меня дошел смысл услышанного, я была ошеломлена и почувствовала себя беззащитной перед своей судьбой. Сердце бешено колотилось, ноги подкашивались. Тот человек, на милость которого я надеясь, неожиданно отвернулся от меня.
Я попытались назад, рухнула на кровать и закрыла лицо руками. Слезы беззвучно стекали по моими щекам. Какой же я была глупой, раз надеялась на чудо!
— Может, есть шанс на апелляцию? — дрожащим от волнения голосом спросила я, цепляясь за надежду на спасение.
— Нет, апелляция невозможна, это окончательный приговор, — ответил стражник, безразличный к моей судьбе.
— Но я невиновна!
— Это не мое дело разбираться в деталях. Мое дело исполнять приказы. А теперь пошли! — стражник протянул руку и помог мне встать. Я боролась со своими эмоциями, пытаясь найти хоть какое-то решение, но после того, как узнала, что Форсберг отвернулся от меня, у меня не осталось никакой надежды на спасение. Похоже, я обречена.
Меня на ватных ногах вели по коридору на казнь. Я окинула прощальным взглядом исправительный центр. Резервуары спешили по своим делам, не обращая на меня особого внимания. Они не знали, что я больше никогда не увижу этого мира.
Может оно и к лучшему, что моя череда невезений закончится сейчас. Я не хотела бы всю жизнь томиться в заключении. После всего, что со мной произошло я также не хотела быть безликим источником энергии для господ магов. Уж если и служить, то только своему магу, которого я выбрала бы по зову сердца. Но положение вещей в реальности не позволяло сделать этот выбор.
Я столько всего хотела сделать в этой жизни. Путешествовать, хоть раз станцевать на балу с любимым человеком, прочитать множество книг, но так ничего и не успела. К счастью, хотя бы узнала, что значит влюбиться и мне посчастливилось получить первый поцелуй. А ведь мне так хотелось любить и быть любимой, но ничего не вышло! Этого мне уже никогда не испытать… По иронии судьбы, именно тот мужчина, в которого я влюбилась и которому подарила свой первый поцелуй, подписал приказ о моей казни.
Комната казни была похожа на лабораторию Энгера, только выглядела более мрачно. В отличие от яркой лаборатории, она была освещена небольшими окнами под потолком, из которых внутрь проникал тусклый вечерний свет. Мне хотелось взглянуть на небо в последний раз, но я увидела только седые облака, которые закрыли собой небесный свод.