Пережить полнолуние (СИ)

Я полезла в свой шкаф, в эти непроходимые дебри. Да уж! И это мой гардероб! Клятвенно пообещав себе разобрать и аккуратно сложить вещи, вытащила из этой массы черные обтягивающие леггенсы и белую майку с прозрачной спиной. Достав белый комплект белья из нижнего ящика, поторопилась его надеть, пока Леха не вернулся.
Полностью одевшись, обернулась. Леха стоял в дверном проеме и рассматривал меня. Как он так тихо подкрался и давно ли наблюдает за мной — остается загадкой. По его выражению лица сложно было понять, о чем он думает.
— Что? — спросила в недоумении. — О чем задумался?
— Думаю, надо поставить памятник моему терпению и самоконтролю! — выдохнул он. — Пойдем, чудовище, пока я не передумал, — развернулся Леха и быстро направился в сторону лестницы. Ну, значит оценил мои старания. Я спустилась вниз следом за ним и позвала:
— Леш, а что, если мама мне не поверит? Надо бы расспросить бабушку о происходящем. Думаю, она действительно в курсе, какого лешего тут творится!
— Да, к бабуле тоже сходим. Щас умоюсь, — донеслось из ванной и послышалась журчание воды.
Мне бы тоже надо освежиться и зубки почистить. Про завтрак я вообще молчу, хотя, пока Леха в ванной плещется, у меня есть пара минут, чтобы соорудить бутерброды.
Хорошо, что встали пораньше. Мама еще отдыхать должна, по идее. На скорую руку настрогав бутерброды с сыром и колбасой, подрасплавила их в микроволновке и включила чайник. Ну вот, на сытый желудок и жить веселей! Леха как раз вовремя показался из ванной и втянул носом ароматы, витавшие по кухне.
— Уммм, как вкусненько пахнет! А я — на запах! — сообщил радостный Богатырев и прыгнул за стол. Залив чайные пакетики кипятком, поставила кружки на стол.
— А теперь я умываться, — убежала в ванную, не забывая обдумывать дальнейшие наши действия.
  
Глава 15. Подозрительная соседка
 
Закончив с утренней гигиеной, села попить чаю. Какая — то мысль ускользала от меня, не давала мне покоя. Наконец, я поняла, что же меня так беспокоило.
— Леш, а что ты думешь об Агате? — осторожно спросила парня, в надежде услышать его мнение и расходится ли оно с моим.
— А я о ней не думаю! — последовал как всегда прямолинейный ответ.
— Леш, я же серьезно! Не кажется ли тебе странным, что маму привела именно она? Ведь это у ее дома маме стало плохо. И кого еще мама захотела бы отблагодарить, как не ее за вчерашнюю помощь? Да и на огород нам всегда что — то подкидывала ее бабка. Вдруг у них это семейное? Ну, пакостить?
— Я с ней даже не разговаривал, если ты помнишь. Даже не обратил внимания, как она выглядит. Все, о чем я мог думать — твоя мама. Но рациональное зерно здесь есть. Думаешь, это она кошек выпотрошила?
— Не знаю. У меня двоякое отношение к ней: с одной стороны, если это она сделала и маме хочет навредить, — то хорошо, что мы ее нашли, больше тратить времени на поиски не пришлось бы, с другой — я все же надеюсь, что она — хороший человек и просто пришла на помощь ближнему.
— Ясно. Потопали тогда к тёть Кире, — перешел Лёха от рассуждений к действиям.
Мы вышли из дома на улицу и пересекли двор. Я остановилась на крылечке веранды нашего летнего домика.
— Леш, побудешь здесь? Вдруг мама еще спит или не одета, — озвучила как вариант.
— Ладно. Без проблем, — парень уселся на ступеньки и стал напевать какой — то приставучий мотивчик.
Я на цыпочках прокралась в родительскую спальню, чтобы не разбудить, если все — таки мама отдыхает. Она действительно еще спала. Выглядела она неплохо, температуры быть не должно. Пусть поспит, когда еще возможность поваляться выдастся. Я вышла из дома и тихонько прикрыла за собой дверь.
— Погнали тогда к бабуле. Маме бы выспаться хорошенько, — Леха кивнул, и мы пошли в соседний двор.
  
Глава 16. Рукопись ведуний
 
Дом у бабушки был довольно ветхий, нуждался в ремонте. Внутри на стенах и потолке была побелка, вместо современных обоев. И отапливался дом не батареями или паровым отоплением, а печкой. Бабушка утверждала, что так уютнее.
 
Зайдя в сени, мы сразу услышали, как громко орёт телевизор. Судя по звукам, это не мексиканский сериал, а наш любимый «Комиссар Рекс». Бабушка всегда смотрела телевизор на повышенной громкости, хотя никогда не была глуховатой.
— Ба, открывай, медведь пришел! — заорала я прямо из коридора. Мы разулись и прошли в комнату. Бабуля, услышав, что пришла любимая внучка, как раз выключала телевизор.
— Привет, мои хорошие! — расцеловала нас в обе щеки. — Проходите. Садитесь. Может чайку или беспокоит что? — зрела в корень бабушка.
— Да, ба. Разговор есть и не из приятных, — начала рубить с плеча. — Расскажи мне все, что ты знаешь о ведьмах или нечистых, как ты их называешь. Интересует абсолютно всё, так как мы до конца не понимаем, с чем имеем дело. И еще я хочу знать о наших прапра. Кто были, что делали, и обладали они какой — либо силой или нет, потому как я начала видеть пророческие сны, по крайней мере, один.
— Батюшки! Лера, дочка, неужели и тебе это передалось? — ужаснулась бабуля. — Я так надеялась, что тебя обойдет…не коснется… — несвязно бормотала она.
— Ба, успокойся. Сначала я расскажу, что случилось, а потом ты — четко и по делу. Времени у нас может быть немного, — я кратко изложила бабуле два своих сна: как удалось выжить, поверив в первый, и что грозит опасность маме — если верить второму.
— Лер, может уедешь, пока не поздно? Мы взрослые, сами разберемся, — попыталась бабушка сбагрить меня.
— Даже не начинай! Я уже по ушки тут увязла, теперь только вперед. Я не никому не позволю причинить вам вред, тем более — имея преимущество в виде предвидения, — настаивала на своем.
— Леш, может ты убедишь ее? — решила попытать счастья бабушка.
— Нет, не буду. Бабуленька, я вместе с ней, присмотрю за этой непоседой, — успокоил этот подлиза.
— Хорошо. Но пообещай, если вдруг почувствуешь, что не сможешь справиться — уедешь, — бабуля с надеждой посмотрела мне в глаза, надеясь, что я испугаюсь и передумаю. Я, конечно, та еще ссыкушка, но не тогда, когда что — то угрожает моим родным.
— Обещаю! — сказала, просто чтобы утешить ее.
— Присаживайтесь. Быстро мысли излагать не умею. Я не энтот ваш… как его. процессер…, — блеснула бабуля своими знаниями в компьютерах.
Мы с Лёхой разулись и залезли на диван, приготовившись слушать. Бабушка села в любимое кресло и замолчала, погружаясь в воспоминания.
— Я не знаю, сколько поколений до нас обладали таким даром. По — крайней мере, из тех, кто мне знаком, моя мама и ее — тоже временами видели будущее. Они предпочитали никому не рассказывать об этом, так как это и дар и проклятие.
Ты и сама прекрасно знаешь, что люди не терпят тех, кто отличается от них. Нас называли ведьмами, жгли на кострах и вообще всячески издевались. А мы никогда не использовали наш дар во вред.
Мы — что — то вроде ведуний, знахарок, но не провидицы. Мы не можем узнать обо всем вокруг и спасти каждого. Наш дар распространяется… тьфу ты, какое длинное слово! — плюнула бабушка, а Лёха хрюкнул в кулак. — Хотела по — ученому, по — грамотней, да видно — не моё это.
Мы видим сны только тогда, когда беда грозит нашим родственникам или близким. У нас есть еще и способности к врачеванию. Своими силами мы вылечивали не одну болезнь, о которой медицина еще не ведала. Я говорю не про наше время. У меня хранятся дневники наших прапрародственников, которые записывали древние рецепты и молитвы для борьбы с нечистыми. Правда, записи очень старые, разваливаются в руках и не всегда на русском. Эх, где моя молодость?! Раньше я была ого — го! — бабушка умехнулась. — Гоняла это тварьё только так! А сейчас только и способна, что кукиш от сглаза нечистым показать, — огорчилась бабушка — ведунья.
— Лера, запомни, никакие заклинания не помогут тебе лучше, чем твоя вера и «Отче наш». Возможно, все дело в твоей вере, а не религии, но меня не раз спасало. Я сейчас…принесу…куда же я сунула? Вот запамятовала, старая! — бормотала себе под нос бабуля и шарила рукой в древнейшем шкафчике.