Мой человек (СИ)

— Я и не скрываю, что у меня есть маленькая слабость! — хмыкнул блондин. Он не так прост, как кажется, но ему не удастся склонить меня на свою сторону. — Но через пару дней контракт будет подписан со мной, и это уничтожит бизнес Тимура, а он слишком гордый, чтобы просить денег у своего отца.
— Когда вы узнали, что я с ним встречаюсь? — если мужчина решил устроить аукцион невиданной щедрости и сегодня раскрывает все секреты, я должна узнать правду.
— Задолго до конференции, если ты об этом, — понимающе кивнул Олег. — За Тимуром следили, искали его слабые места, чтобы ударить побольнее… Ты оказалась идеальным вариантом!
— Вы не учли лишь одного, — я усмехнулась, и мужчина заинтересованно уставился на меня, — все эти годы люди были правы в том, что Тимур намного лучше вас во всём. Этот бездарный план не сможет его сломать, как минимум по тому, что вы даже контракт не смогли оформить до сих пор! — рядом появился оффициант, и я взяла свой стакан с соком прямо с его подноса. Во мне не бушевали эмоции, никакой ярости, лишь чёткое намерение — ярко-оранжевая жидкость попала точно в цель. Мужчина зажмурился, хватая салфетку и вытирая лицо, но сок уже потёк вниз, оставляя разводы на белой рубашке. Кинула деньги на стол. — Всё, на что вы способны — следовать за ним по пятам и подбирать объедки! Он уехал, давая вам полную свободу, но вы не знаете, что с ней делать, потому что ни на что стоящее не способны!
Олег вскочил на ноги, что-то прорычал мне вслед, но я была уже далеко. Поймала такси прямо на дороге и поехала домой, решив заказать доставку.
С Тимуром, как я и ожидала, мы встретились в понедельник — его пары никто не отменял. Всё утро пыталась подготовиться к нашему разговору, но в голову не приходило ни одной стоящей мысли — плакать, извиняться, вешаясь ему на шею — я не умела так.
— Поговорим? — тихо спросила, подойдя к нему в коридоре. Мужчина на теле, которого я знала каждую родинку, молча кивнул в ответ и пошёл за угол, к окну, возле которого ещё не толпились студенты.
— Свои вещи можешь забрать сегодня после четырёх, — сообщил Тимур, даже не дав мне шанса высказаться. Я оторопела, чувствуя, как накатываются слёзы — только плакать при нём я не буду, не доставлю такого удовольствия.
— Значит, ты так решил всё закончить? — спросила неживым голосом, будто мне требовалось ещё одно подтверждение.
— Это ты всё закончила! — он разочарованно покачал головой. В его глазах я была предательницей, той, кто втоптала в грязь его старания — мне хватало мозгов это понять. — Ты сделала свой выбор!
— Ты тоже! — хмыкнула я, понимая, что это конец. Неправильный, глупый. Отношения не могут заканчиваться из-за безумного недопонимания, но Олег прав, гордости Штиллеру не занимать — даже не стал спрашивать, почему предала его. Значит, не так уж сильно любил, как мне казалось. — За вещами заеду! — кивнула, чувствуя, что больше не могу сдерживаться — отвернулась и пошагала в туалет, поплакать всласть. Он ещё пожалеет, что не дал мне шанса объясниться.
— Нет, ты просто дура! — прокомментировала ситуацию Вика, которая всегда говорила то, что думала, не щадя чужих чувств. — Стоит он перед тобой, тёпленький, молчит, а ты даже не попыталась рассказать про этого Олега. Ты должна быть слабой, поплакаться, объяснить всё, что произошло… Такое ощущение, что тебе всё равно!
Я задумалась над её словами. Если бы мне было всё равно, я, наверно, не рыдала бы, сидя в женском туалете. Но и бегать за мужиком, оправдываясь, не буду, особенно после того, как он высадил меня посреди дороги. Меня это задело сильнее, чем казалось вначале.
— И что ты собираешься делать? — вздохнула Кострова, которая покричав в трубку, вроде начала успокаиваться.
— Съезжу к нему! Что ещё? — я пожала плечами. Вроде всё очевидно. Только возвращаться в квартиру, к которой я привязалась и где провела потрясающие несколько недель, было больно.
К Тимуру приехала вовремя, как и договаривались. В здание попала, используя свою магнитную карту, а открыть дверь в квартиру ключами было как-то неудобно, будто вламываюсь туда, где меня совсем не ждут. Собралась с духом, постояла минутку, пытаясь настроиться, и позвонила. Мужчина открыл не сразу, видимо, и правда не ждал. Дверь распахнулась, Штиллер посмотрел на меня и растерянно провел рукой по волосам, зачесывая их назад. Я была ко многому готова, но не увидеть его обнаженное тело. Тимур стоял передо мной в одних боксёрах, и внутри всё затрепетало.
 
— Теперь всех гостей так встречаешь? — хмыкнула я, нацепив маску безразличия.
Сейчас сделать это было сложнее, чем в тот день, когда мне изменил бывший. Ещё одно доказательство того, что Николаса я никогда не любила. Может, тёплые чувства к Тимуру, которые я пыталась придушить в себе, сейчас спали, а вот желание никуда не делось. Рука невольно потянулась к его груди, я подчинилась порыву и коснулась ладонью его гладкой кожи. Мужчина прикрыл глаза, не останавливая меня, и я вдруг на секунду поверила, что мы сможем поговорить — после бурного секса, конечно. Пусть только потянется ко мне, сделает шаг навстречу, но он молчал и даже не шевелился. Было до боли обидно, что он меня игнорирует, но я сумела взять себя в руки. Разулась не спеша, подхватила на руки кота, который выбежал на шум и начал тереться об мои ноги. Оказалось, не зря кормила полосатого зверя столько времени, он в трудной ситуации меня не бросил и решил сгладить минуты моего пребывания в этой квартире. Вошла в гостиную и замерла на пороге, слыша, как Тимур неуверенно топчется у меня за спиной.
Около окна стояла стройная брюнетка. Обнаженное тело девушки, скрытое под рубашкой, той самой в которой Тимур был сегодня, ясно давало понять, что здесь происходило до моего прихода. Незнакомка обернулась ко мне, и я не смогла удержаться от удивлённого возгласа — Штиллер открыто мстил мне. Только так я могла объяснить его связь со стервой, которая пускала по нему слюни, ещё до моего появления.
— А ты времени зря не теряешь! Смотрю, крепость пала? — кивнула я, расплываясь в ехидной улыбке, а затем даже нервно рассмеялась. Девушка же, не понимая, что я имею в виду, смотрела на меня с явным превосходством, гордо задрав подбородок, но благоразумно молчала.
— Тебя это больше не касается! — я обернулась к Тимуру, чтобы посмотреть ему в глаза. Виноватым он себя не чувствовал, будто считал, что имеет право поступить так со мной в отместку.
— Ты прав! — быстро согласилась, чем вызвала лишь удивление у мужчины. А чего он ждал? Скандала? Истерики? Обойдётся! — Жаль, что опоздала и всё пропустила! Обычно я привыкла приходить в разгар процесса, если ты понимаешь, о чём я! — месяц назад была в похожей ситуации, но тогда сбежала, поджав хвост, потому что видеть не могла ни парня, ни блондинку, которую он натягивал.
Чемодан стоял в углу, скорее всего, любезно собранный домработницей — я даже обрадовалась, что не придётся задерживаться. Подошла к девушке и вручила ей кота, впихнула в руки, но Сева был против такой рокировки и выпустил когти, впиваясь в мужскую рубашку. Девушка испуганно завизжала, пытаясь отцепить его от себя, но мой мальчик не сдавался.
— Сева, даже не знала, что ты такой драчун! — умилилась я, всплеснув в ладони, схватила свой чемодан и потащила его к выходу. Тимур наблюдал за издевательствами над его любовницей со стороны, вмешиваться не решил, стоял молчаливым истуканом, преграждая проход. Подошла к нему вплотную, ожидая, что пропустит, но нет — замер на месте. Жадно ухмыльнулась и выразительно посмотрела на его губы, не скрывая того, что планирую сделать.
Я не собираюсь себя обманывать, думая, что это временно. Что он вернётся. Одумается, осознает, что я для него что-то значу. Что соскучится. Наша вечность закончилась, так и не начавшись. И я не буду заставлять его остаться. Потому что любовь нельзя заставить. Но я не понимаю, почему он решил всё закончить именно так. Глупо, по-детски. Мы могли бы найти сотни слов, чтобы объяснить друг перед другом на прощание, но не сказали и пары фраз. Будто стали чужими в одно мгновение. И я могу простить его за эту маленькую месть, за то, как он решил меня наказать. Я смогу отпустить его, ни на что не надеясь. Но я точно не хочу жалеть о последнем поцелуе, который не состоялся. Это всего лишь мой способ попрощаться навсегда.