Расколотое правление (ЛП)

Когда двери открываются, чтобы впустить очередь, которая образовалась вокруг квартала, это место превращается в очаг мрачного декаданса, чувственной гедонистической несдержанности. Мы вчетвером приветствовали толпу, пульсирующую под музыку, визуальной проекцией вороньих перьев, падающих с промышленного потолка и арочных окон, подобно технологии дронов, которую я использовал на яхте.
Обычно мы начинаем наши тематические вечеринки с эпических театральных постановок, как на Хэллоуин, но сегодня мы просто стоим на диджейской платформе, наслаждаясь энергией и благоговением толпы. Диджей вручает Рэну микрофон и выключает музыку.
— С возвращением, — объявляет Рэн четким тоном. — Пусть ваши сегодняшние грехи станут вашим завтрашним спасением.
Аплодисменты, раздающиеся среди людей, заполнивших ярусы, дикие и оглушительные. Я ухмыляюсь ребятам и приветствую их двумя пальцами, спрыгивая с платформы в давку.
Пробираюсь к Куинн и девушкам в конце бара, краду у Куинн барный стул и подсаживаю ее к себе на колени. Бармен приносит мне напиток, прежде чем я успеваю спросить.
— Должна признать, это довольно круто. — Она оглядывается вокруг. — А ощущения приятные?
Я медленно ухмыляюсь, играя с кольцом на языке.
 — Забавно, что ты спрашиваешь...
Она толкается в мою грудь, щелкая языком в веселом отчаянии.
— По-настоящему.
— По-настоящему. — Я прижимаюсь носом к ее щеке, кивая. — Да. Действительно чертовски хорошо.
Айла вскакивает, когда песня меняется, и берет Куинн за руки.
 — Потанцуй со мной!
Куинн отпивает остатки своего напитка и подмигивает мне, прежде чем позволить Айле повести ее к свободному месту. Я наблюдаю за ними, в моей груди что-то разворачивается.
Роуэн прикрывает рукой мое запястье, пока я кручу свой бокал взад-вперед между большим и большим пальцами. Она бросает на меня теплый взгляд.
Я качаю головой.
 — Зачем это, детка?.
— Я рада, что ты нашел кого-то вроде нее, кто тебе подходит. — Она сжимает мое запястье и смотрит на танцпол. — Даже если все началось нелегко, потому что мы не ожидали этого, я счастлива, что все закончилось именно так.
Потираю грудину, проводя зубами по губам.
— Да. Я тоже.
Назад дороги нет. Я двигаюсь только вперед.
Пока мы разговариваем, Леви выходит из тени на танцполе и уводит Айлу, целуя ее на протяжении всей песни. Вместо того чтобы вернуться в бар, Куинн продолжает танцевать, а я продолжаю наблюдать.
— Я собираюсь найти Рэна.
— Устрой ему ад. — Я подмигиваю ей. — Будь очень злой для меня.
Роуэн смеется и уходит. Мое внимание возвращается к Куинн. Парень подтанцовывает к ней, и она позволяет ему это, покачивая бедрами и волнообразно двигая верхней частью тела в такт. Она чертовски сексуальна, как грех.
Затем он кладет на нее руки, и горячее наслаждение от наблюдения за моей девочкой испаряется, уступая место гулу в груди.
У меня никогда не было проблем с тем, чтобы поделиться девушкой. Теперь у меня точно есть с этим проблемы.
Преследуя танцпол, как хищник на охоте, я придвигаюсь к ней сзади и притягиваю ее бедра к себе. Куинн наклоняет голову и без колебаний подается назад. Я прижимаюсь к ней телом на минуту, наблюдая за парнем через ее плечо, пока она отдается музыке. Он следует за движениями ее тела, придвигаясь ближе. Когда он тянется к ее бедрам, я упираюсь рукой ему в грудь, отталкивая его.
Парень сжимает челюсти, но держит руки поднятыми, не желая бросать вызов Ворону. Убедившись, что он смотрит, я хватаю ее за челюсть, отводя ее голову в сторону. Держа его взгляд, я опускаю губы к ее коже и терзаю ее шею поцелуем с открытым ртом, от которого она извивается, издавая один из тех красивых звуков, которые я чертовски люблю. Она обхватывает меня руками за шею и держится, пока я сосу ее точку пульса, ее острые ногти царапают мою шею, чтобы оставить на ней свой след.
Глаза парня вспыхивают, и удовлетворение пронзает меня насквозь, когда он отходит, зная, что не может получить ее.
— Писаешь на свою территорию? — насмехается Куинн. — Может, я хотела его трахнуть. Он был симпатичным.
 
Я рычу ей в ухо.
— Попробуй, детка. Просто, блядь, попробуй. — Мои руки перемещаются по ее животу, лаская под топом. — Ты моя.
— Да? — В ее тоне звучит дерзкая улыбка, которая заводит меня по полной программе.
— Да, черт возьми. Мне нужно это доказать? — Коварная ухмылка искажает мои губы, и моя рука опускается вниз, чтобы прижаться к ее тазу, оказывая давление до тех пор, пока она не задрожит от желания. — Знаю, что нам нравится играть с игрушками, но мы оба знаем, что они мне не нужны, чтобы заставить тебя кончить прямо здесь, посреди всех этих танцующих людей. Что скажешь, маленькая королева? Давай сыграем в игру, чтобы узнать, моя ты или нет.
— Прямо здесь? — У нее перехватило дыхание, глаза блестят от интереса, когда она оглядывается на меня.
Ухмыляясь, я подношу губы к уголку ее рта, проводя ими по обнаженной коже над поясом ее юбки.
— Прямо здесь, блядь.
— А что, если кто-нибудь увидит? — Ее взгляд из-под капюшона блуждает по танцорам, окружающим нас.
— Пусть. — Мои пальцы проникают под ее юбку, чтобы подразнить ее, поглаживая бугор под ней. Куинн упирается своей роскошной попкой в мой твердый член. — Покажи им все, детка.
— Черт. — Пробормотала она, задыхаясь, но достаточно громко, чтобы я услышал ее в тяжелом ритме, которым диджей раскачивает дом. — Это безумие.
— Вот почему тебе нравится, когда я так играю с тобой, — отвечаю я. — У меня есть твой номер.
Куинн раздвигает ноги шире, чтобы дать мне лучший доступ, и выгибается навстречу, когда я касаюсь ее клитора. Ее губы раздвигаются, и голова падает на мое плечо.
— Любой из них мог бы посмотреть на тебя прямо сейчас. Между каждым густым криком я целую дорожку по ее горлу, лаская ее. — Нетрудно заметить, что я прикасаюсь к тому, что принадлежит мне, каждый раз, когда на нас вспыхивают стробоскопы, чтобы осветить тени. Они все могут смотреть, как твою киску трахают моими пальцами, детка.
— Колтон. — Она задыхается, и я крепче обнимаю ее за талию, двигая нас в такт музыке, пока мои пальцы проникают внутрь нее. — О боже.
— Такая грязная маленькая шлюшка для меня, скачет на моих пальцах посреди танцпола — прошептал я ей на ухо. — Я хочу, чтобы все видели твое лицо, когда ты кончишь, чтобы они поняли, что ты моя.
Она хнычет, когда проникаю глубже, поглаживая ее, пока ее киска трепещет. Я царапаю ее кожу зубами, когда песня достигает кульминации, перекрывая звук удовольствия, который вырывается из нее, когда ее бедра сжимаются вокруг моей гибкой руки.
— Хотела бы ты, чтобы я прямо сейчас заполнил твою киску своим членом? Ты хотела бы, чтобы они все увидели, какая ты красивая, когда кончаешь на него?
— Ах! — Куинн прикусила губу, когда она рассыпалась, ее бедра заваливались в такт музыке, медленно оседлав мою руку до беспамятства посреди заполненного танцпола.
— Это было так чертовски горячо, — прохрипел я. — Давай же. Мне нужно быть внутри тебя, и если мы не будем двигаться, я действительно трахну тебя прямо здесь.
Она задыхается.
— Ты такой маньяк. Но мне это нравится.
Она вертится в моих руках, когда я освобождаю пальцы, и тянется к моей шее, чтобы поцеловать. Я хватаюсь за заднюю часть ее бедер, впиваясь в них пальцами, пока одна мысль повторяется в моей голове по кругу: Моя.
 29 
 КУИНН 
  
  
Желание Колтона заполучить меня в свои руки ударяет в нежную, похороненную часть моего сердца, вокруг которой я возвела свои стены. Частичка за частичкой он нашел способ разрушить их, чтобы дать ему доступ. Он взломал мое сердце.
После того, как мы потеряли бабушку, Сэмми — единственный, кто чувствовал постоянство, даже когда мы были порознь. Но кроме брата, я никогда не сближалась с людьми, не желая давать никому шанс отвергнуть меня. Я рано узнала, как больно, когда меня никто не выбирает.