Игра не для слабых: Баннерет (СИ)

— Это в каких таких? — непонимающе уставился на неё я.
— Ну вот, например, вчера вечером…
Ну, ёбаный хер. Опять двадцать пять. Опять эта грёбаная пластинка. Ну, сколько, блять, можно то? И чего её зациклило на этом так? Ладно. Похоже, придётся потратить ещё немного времени и нервных клеток, чтобы расставить все точки над и. Одно радует — они у меня не настоящие, так что об их восстановлении можно не парится.
— Тебе просто или сложно?
— Давай для начала просто, — Айлин скрестила на груди руки, — Если осилю, попробуем и сложный вариант.
— Просто так просто, — равнодушно пожал плечами я, — Убить того, кто хочет убить тебя — хорошо для выживания. Вырвать у него изо рта золотой зуб, продать и на вырученные деньги купить доспех — хорошо для выживания. Трахнуть шлюху и получить бонусом чуму, сифилис и проказу — плохо для выживания.
— Ладно, тут всё действительно просто, — хмыкнула девушка, — Давай теперь сложный вариант.
— Можно и сложный, — пожал плечами я, — Но тогда следи за руками. Начнём с убийств. Всегда… — я немного замялся, вспомнив тех двоих пьянчуг из Деммерворта, которых прирезал, чтобы замести следы, — Почти всегда нас к этому вынуждали те, кого мы убивали. Так устроен этот мир. Либо убьёшь ты, либо грохнут тебя. Других вариантов мне не оставили. Что касается зуба — тут всё по прежнему. Это деньги, которые нам очень нужны. А трупам они всё равно уже ни к чему. Что касается маркитанток… — я сделал небольшую паузу, пытаясь понять, как получше сформулировать, — Чем по твоему отличается человек от животного?
— Ну… — девушка ненадолго задумалась и вновь принялась нервно теребить локон. Должно быть искала в вопросе подвох, — Наличием разума?
— Не совсем. У животных тоже есть разум. Более примитивный чем у нас, это правда, однако большинство из них вполне способны запоминать, испытывать базовые эмоции, а некоторые, особо умные даже строить небольшие логические цепочки, пользуясь абстрактным мышлением. Человека… — я выдержал паузу, чтобы захватить всё внимание Айлин, — Человека от животного отличает лишь одна маленькая деталь. Животное в первую очередь руководствуется своими инстинктами. А человек — своим разумом. Он у него стоит над инстинктами.
— Звучит так, будто ты не считаешь людьми примерно половину жителей земли, — фыркнула девушка.
— Ну, плюс-минус, — пожал плечами я, — Может быть процент чуть побольше, может чуть поменьше. Сейчас это не имеет значения. Так вот, суть в том, что я очень не люблю, когда во мне по какой-то причине видят не человека разумного, а ёбаное животное, которое бегает на поводу у своих животных позывов.
— Вот значит как… — девушка смерила меня долгим задумчивым взглядом.
— Именно так, — кивнул я, — И никак иначе. А что касается остального… У меня есть своя система ценностей, от которых я не хотел бы отказываться. Да, часть с убийствами… пришлось пересмотреть из-за внешних обстоятельств. Но в остальном этих обстоятельств нет. Значит, нет повода ломать ментальные блоки, всё дальше уходя от человека-разумного, к человеку-скотине.
В комнате повисло напряженное молчание. Айлин внимательно смотрела на меня, закусив губу и продолжая нервно накручивать локон волос на палец. Я откинулся на спинку стула и так же внимательно смотрел на неё, пытаясь предугадать дальнейшую реакцию. Вся эта фигня уже немного достала, и хотелось верить, что весь этот разговор наконец-то подведёт под ней черту. И дальше можно будет просто и спокойно работать, не отвлекаясь на всякую ерунду, вроде этой.
— Вот как… — задумчиво протянула девушка, — Очень… Необычный взгляд на мир, — Она ещё немного помолчала, пытаясь подобрать нужные слова, — Интересный. В нём есть своя логика. Ты знаешь, он мне даже нравится.
— Вот и ладушки, — я хлопнул по коленям и встал со стула, — Хорошо, что мы с этим, наконец разобрались.
— Куда-то собрался? — хмыкнула Айлин.
— Ага. Вроде того, — кивнул я, направляясь обратно к своей импровизированной кровати и на ходу доставая из сумки одну из купленных вчера книг, — Мы хорошо посидели. Можно даже сказать, что отлично. Вот только время уходит. А делать наши дела за нас никто не собирается.
 
— Так что…
— Пора хорошенько поработать.
  
Глава 11 «Вчерашний шторм»
 
— Так, погоди, — поинтересовалась Айлин, стоило мне только улечься поудобнее, — Ты что снова спать собрался? Это ты называешь «хорошенько поработать»?
— Ага, вроде того, — хмыкнул я, но затем всё-таки пояснил, — Видишь ли, при изучении нового заклинания мозги временно отрубаются. Так уж лучше в этот момент оказаться в горизонтальном положении на удобном лежаке, чем навернуться со стула, как мешок с говном. Так что рекомендую последовать моему примеру.
— Представляю, что народ подумает, если кто-нибудь из них заглянет в шатёр, — хмыкнула девушка, тоже поднимаясь со стула.
— А что они могут подумать? — пожал плечами я, и принялся устраиваться поудобнее, — Люди всю ночь читали, очень устали и прилегли отдохнуть. Конечно, в мире, где умеет в буквы процентов пять населения, это зрелище нечастое, но всё же не настолько шокирующее, чтобы беспокоиться о том, кто там что подумает.
— Ага, книжки, да, — скептически заметила Айлин, — Скорее два лодыря напились с утра пораньше и решили ещё подрыхнуть, прикрывшись этими самыми книжками.
— Да и хер с ними, честно говоря, — хмыкнул я, открывая книгу и начиная неторопливо листать страницы. Блин, они бы хоть оглавление какое сделали. А то хер его знает когда ты наткнёшься на очередное заклинание, а самое главное — непонятно, каким оно будет. Зачем нужно было делать этих котов в мешке, решительно непонятно, — Я и так пашу почти безостановочно. Имею права денёк просто поваляться и НИ-КУ-ДА не ходить вообще.
— Справедливо, — кивнула Айлин, сгребая пустую бутылку со стола и убирая её в сундук, — Но вот это я, пожалуй, спрячу.
— Если тебе так будет спокойнее, ради бо…
Договорить я уже не успел. Мир внезапно провалился в густую, тяжёлую темноту. Впрочем, пребывал он в ней совсем недолго. Сквозь мрак начали проступать очертания какой-то просторной пещеры. Стены из земли и глины, по которым струились змеи древесных корней. Грязный, усыпанный мелкой галькой пол. Тонкий лучик света, пробивавшийся сквозь небольшую щель в потолке, выхватывал из густой тьмы сгорбленный человеческий силуэт, стоявший посреди пещеры.
Тьма начала сгущаться. Она тянулась толстыми, почти осязаемыми нитями из дальних углов подземелья. Её щупальца всё ближе и ближе подбирались к сгорбленному старику. Тот же стоял и молча наблюдал за тем, как вокруг него медленно, но неотвратимо смыкается мрак.
Внезапно, из мрака послышался тихий, едва различимый шёпот. Он звучал отовсюду, глухим эхом отдаваясь у меня в голове.
«Иди к нам. Слейся с нами. Стань нами!»
Я запаниковал. Дёрнулся. Попытался открыть глаза. Но ничего не произошло. Видение не исчезло, а шёпот стал лишь громче. Он нарастал, постепенно заполняя собой всё пространство пещеры. Тьма коснулась ботинок старика, и начала подниматься выше, явно намереваясь поглотить его целиком.
Внезапно маг едва заметно покачнулся. Его губы прошептали одну единственную фразу. «Заткнись, нахер». Старик ещё немного помедлил. А затем щёлкнул пальцами. Несколько мгновений ничего не происходило. А затем прямо посреди его груди на балахоне появилась крохотная точка, испускающая лучи яркого белого света. Старик протянул к ней руки. От его пальцев к сгустку энергии протянулись тонкие, едва заметные нити. Ноги колдуна полностью поглотила тьма. Её языки начали лизать края его балахона. Шёпот становился всё сильнее, и всё больше напоминал истошные крики.И точка начала расти. Сначала она стала небольшой, светящийся сферой, легко умещавшейся на ладони. Но через несколько мгновений увеличилась до размеров футбольного мяча. Замерла в нерешительности на секунду. Мрак успел поглотить полы балахона. Его щупы начали подбираться к поясу. Лицо колдуна избороздили глубокие морщины. По лбу стекла крупная капля пота. Он начал неторопливо раздвигать руки в стороны. И светящаяся сфера вновь начала расти. Только на этот раз гораздо быстрее. Тьма в нерешительности замерла, заворожённо покачивая своими отростками. Лишь на миг. А затем стремительно рванулась вверх, надеясь добраться до головы колдуна раньше, чем тот закончит заклинание. Но не успела. Яркий свет окутал пещеру, ослепив меня на несколько мгновений. А когда он погас, вокруг старика легонько подрагивал тонкий, едва заметный золотистый кокон, вокруг которого бесновались щупальца мрака. Иногда одно из них или сразу несколько, касались поверхности щита, и тут же таяли в воздухе. В этот момент по остальным отросткам пробегала нервная рябь, будто бы они чувствовали… боль?