Игра не для слабых: Баннерет (СИ)

— В любом случае, вечернюю тренировку сегодня придётся отменить, — покачал головой я, убирая меч подальше от пламени. Дезинфекция это хорошо, но если он перегреется и лезвие поведёт, придётся искать себе новую палку-ковырялку. А мне и эта-то досталась очень и очень недёшево, — Парням предстоит стоять в две смены, а переход был не самым лёгким.
— Пусть привыкают, — пожал плечами капитан, — Тащить солдатскую лямку нелегко. Да и деньги они получают не за то, чтобы прохлаждаться на привалах.
— Вот только если они уснут на посту и прокараулят тварь… плакали наши денежки. Ребятам нужна передышка. А заебать мы их успеем когда до Риверграсса доберёмся. Тем более, что потом такой возможности уже не будет. Дальше ведь на барках до самой столицы.
— Тренироваться можно и на палубе, — возразил Бернард, — Умение сражаться на реке тоже лишним не будет. Но в одном ты может и прав. Дадим парням денёк отдохнуть и собраться с мыслями.
— Угу, — кивнул я, затаптывая костёр. Лошади уже почуяли запах дыма и начинали нервно похрапывать. Они, как и любое животное, с недоверием относились к огню и всему, что с ним связано. Хотя, быть может испугались они вовсе не дыма. А тварей, что притаились в лесу, меж толстых чёрных стволов и пожирали наш караван своими голодными взглядами.
Я нервно огляделся. Никого. Только деревья едва слышно шелестят своими густыми кронами. Вот только чувство, что на нас смотрят и внимательно изучают никуда не делось. И неважно, что у этих существ не было глаз или иных органов, которыми можно было бы смотреть…
— Что-то не так? — поинтересовался Бернард, явно заметив мою встревоженность.
— Да, не так. Предупреди ребят. Пусть взведут арбалеты и держат ухо востро. Сдается мне, мы сейчас не одни.
Бернард ничего не ответил. Спрыгнул с телеги и побежал к голове каравана. Туда, где бойцы возились со сломавшейся телегой. Я же остался наедине с нервно всхрапывавшими лошадьми и тихим шёпотом ветра в древесных кронах.
О таких тварях не слышал никто. Ни Янош, ни сопровождавшие его торговцы. Мои ребята тоже лишь развели руками. Вернон выразил желание сходить в лес и изучить тело, но я не дал ему этого сделать. Слишком уж велик был риск в этом лесу и остаться. А другого лекаря у нас в отряде попросту не было.
Караван тронулся в путь через час. Солнце постепенно начинало клониться к закату, и парни уже было подумывали разбивать лагерь, но я настоял на том, чтобы прежде чем останавливаться мы вышли на луг и добрались до реки. Так и по воду ходить ближе и, ежели, какая-нибудь херобора решит на нас напасть, дозорные увидят её издалека.
— Ну-ну, всё, — я натянул поводья, придержав лошадь, а затем привстал на козлах и проорал, — Стой! Привал.
Торгаши слезли с повозок и начали разгружать с них ткань и подпорки для сооружения шатров. Мои ребята неохотно потащились им помогать. Нет уж, сегодня так не пойдет. У нас не хватит телег, чтобы полностью окружить лагерь с шатрами. А без такой защиты разбивать его просто опасно.
— Отставить, — скомандовал я, — Шатры сегодня разбивать не будем. Ночь тёплая, так что обойдемся без таких излишеств, — я немного помедлил, а затем обратился к Бернарду, — Слышал когда-нибудь про вагенбург? Он же гуляй-город.
— Про что? — непонимающе уставился на меня капитан.
Так, понятно. Похоже тут подобные укрепления ещё не получили большого распространения, или бывший капитан о таком просто не знает. А если не знает он, то не знает никто. Придётся объяснять.
— А чем вам, позвольте поинтересоваться, помешали шатры? — к нашей телеге подошёл Янош. Торгаш был одет в чёрный камзол, расшитый по краям золотой нитью. Как он умудрился его не загваздать за целый день пути, оставалось для меня загадкой.
— Тем, что по близлежащему лесу вероятно бродят хищные твари, — отрезал я, — Вы нанимали нас для защиты. Так будьте добры, не мешайте нам делать нашу работу, — я повернулся к своим бойцам, — Составляйте телеги в круг и сцепляйте их между собой. Навесы нужно снять, борта где это возможно — поднять. Лошадей внутрь и привязать. Баб и торгашей за пределы лагеря не выпускать. За водой ходить только по трое. Двое караулят, один набирает. Хвороста это тоже касается. Караул будем нести в две смены. Бернард распределит кто в какой. Вопросы есть? — я немного помедлил, дав парням возможность высказаться, и затем продолжил, — Вопросов нет. Выполнять. А, да. Яму для сортира копать сразу за телегами снаружи лагеря. Чтоб срущий всегда был под надзором солдат. Теперь точно всё. Разойтись.
 
Парни начали суетиться, потихоньку обустраивая лагерь. А остальная публика принялась за этим с большим интересом наблюдать, не особо спеша помогать им. Вообще, обычно торгаши сами расставляли свои шатры и селились чуть особняком от нас. Большинство из них относилось к наёмникам с подозрением, а некоторые и вовсе — с пренебрежением, видя в парнях неотёсанных солдафонов, которых интересуют только бабы и выпивка. С неотёсанностью, оно, конечно, может и верно. Образованностью и широким кругозором ребята прямо скажем, не блистали. А вот с выпивкой у нас в последнее время всё было довольно строго. Если я или Бернард заставали кого наклюканным до полубессознательного состояния, то на следующий день такой боец просто оставался без жалования. Нет, конечно, была парочка случаев, когда солдаты пытались скрыть свой косяк, а потом, когда их ловили, соблазнить Болека половиной своего обычного жалования, но старик к их разочарованию, оказался холоден к подобного рода соблазнам. Он просто сдал мне всех засранцев, которые пытались его купить. Так у нас на всю ближайшую неделю появилась целая команда сортирных копателей.
— Интересный способ защиты лагеря, — хмыкнул Бернард, глядя на то, как парни сцепляют телеги, — Никогда не слышал о таком. Это в ваших краях так принято?
— Было. Когда-то очень давно, — кивнул я, — Вообще-то так лагеря или обозы армий защищались от тяжёлой рыцарской кавалерии, но как по мне, всё-таки лучше встречать тварей с арбалетом в руках и стоя на телеге, чем с голой жопой в чистом поле.
— Справедливо, — кивнул сержант, — Торгаши, правда, не будут в восторге от столь близкого соседства…
— Ничего, потерпят, — я оглядел получившиеся укрепления и довольно хмыкнул. Лагерь, конечно, вышел небольшим, зато и оборонять его будет куда как проще, чем наш обычный шатровый городок, — Вообще пора заканчивать с этой дуристикой. Они наняли нас охранять обоз. Так пусть не мешают нам выполнять нашу же работу своими заскоками.
— Это ты им скажи лучше, — покачал головой Бернард, — Ладно, пойдем, посмотрим, что там у парней получилось.
Территория лагеря вновь, по негласной договорённости, разбилась на две части. С одной стороны расположились караванщики, с другой стороны — мои ребята, банные девки, заменявшие нам маркитанток и ещё парочка залётных торговцев, догнавших наш караван на третий день пути, да так и прилипших к нему, под предлогом, мол, вместе идти будет безопаснее. Поначалу я даже подумывал взять плату с этих халявщиков, но при ближайшем рассмотрении, выяснилось, что кроме новостей и слухов содрать с них просто нечего. Денег не было, а весь товар, который они везли не представлял для нас никакой ценности. Какие-то костяные обереги, в которых на поверку не оказалось никакой магии. Странные отвары с сомнительными свойствами. Вернон взглянув на них повнимательнее, лишь брезгливо поморщился, сказав, никому к этой бурде не прикасаться. По сути это были даже не торговцы, а обычные шарлатаны, наживающиеся на крестьянских суевериях.
Единственным более-менее ценным предметом у них оказались «серебряные» серёжки со стеклянными «изумрудами». И подвеска с таким же поддельным зелёным камнем. Их тут же прибрала к рукам Айлин, заявив, что мол, нужно же ей хоть в чём-то выходить в люди. Никто не стал спорить. В конце-концов лучшей оплаты у этих доходяг просто не было. Если не считать сплетен и слухов.
— Жалованье! — по лагерю разнёсся громкий окрик Болека. Старик раскладывал по небольшому столику, чернильницу, перья и увесистый гроссбух (учётная книга). Рядом с ним стоял окованный железом ларец, в котором содержалась казна отряда, — Давайте, шевелитесь! Кто до заката не успеет, монету не получит!