Приключения Капрала Шницеля (СИ)
— Ну что, тестостеронные вы мои, — валькирия проигнорировала диверсанта, демонстративно почесавшего средним пальцем щеку, и направила главный калибр изумрудных глаз на виновника "торжества", — есть хорошая новость и плохая, с какой начать?
— С хорошей, вестимо, — мурлыкнул англо-татарин, мастерски прятавший настроение под маской просветлённого наплевательства на всё и вся, — ибо смазка, — закончил он малопонятной пошлостью. — Капитан только вздохнула.
— Здоровье капрала Щитта вне опасности, хоть завтра в бой.
— Это хорошо, — прокомментировал Алан, сцепил пальцы и потянул руки. — В десантной группе и так некомплект, а без Алекса пришлось бы идти на поклом к Удине. Мы очень не хотим идти на поклон к Удине. В чём задница?
— В том, что Чаквас накатала телегу на Джона, — женщина сморщилась и толкнула планшетку к Спектру. — На, почитай, если этой бумажке дать ход, то наш несдержанный друг вылетит из флота, как чушка из орудия главного калибра. Причём, хорошо если по "психушке", а не за "неподобающее офицеру поведение". — Диверсант пробежал взглядом по тексту и его невозмутимость дала трещину.
— Твою же мать, Джон! Ты чем думал, и какого чёрта активировал адреналиновый имплант? — диверсант в сердцах кинул планшетку на стол. — Шницель же даже не модификант! Твоё счастье что медигелевая терапия полностью справилась с повреждениями внутренних органов, а саларианский доктор на станции успешно вставил на место и срастил осколки зубов и костей… даже шрамов не осталось.
— Алан… — начал было навигатор, но однофамилец перебил его.
— Двадцать девять лет как Алан… — Спектр вновь успокоился, — почти. Значит так, у тебя неделя, аккурат до моего дня рождения, на примирение с пострадавшим. Щитт мужик нормальный, обиду держать не станет, если старший по званию в бутылку не полезет. А ты не полезешь… иначе я сам тебе по-товарищески рыло начищу… или Рекса попрошу. Джейн, придержи пока телегу, наша доктор тётка суровая, но справедливая. Карьеру Джону ломать не будет без надобности.
— Ты как, закончил командовать моим кораблём, или ещё нет? — саркастически поинтересовалась капитан, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула.
— Гхрм, — поперхнулся диверсант, — извини, осознал.
— Ладно, — женщина сменила гнев на милость, — по существу возражений нет, — она повернулась к навигатору. — Гладиатор ты мой, если Карин отзовёт заявление, то выпишу тебе за художества этих самых… — капитан покопалась в памяти, — "люлей", — выговорила она с акцентом, — по административной линии и забудем. Но если ещё хоть один раз выкинешь подобное, — зеленоглазая дева вдруг преобразилась в разъярённую львицу и грозно рявкнула, — то сама выкину тебя к чертям с корабля, с волчьим билетом в придачу. Ясно?
— Да, мэм! — не ожидавший агрессии офицер вскочил и вытянулся по стойке смирно. Даже Спектр отшатнулся и спал с лица. Такой, подругу юности Шепарды ещё не видели.
— Джон, это армия, а не детсад, и ты не Спектр и не можешь класть на дисциплину, бить морду рядовому составу, и так далее. И даже если мог бы… Дружба дружбой, но я не позволю никому рисковать жизнями моей команды из-за того что в заднице детство заиграло. Тебя, Алан это тоже касается.
— Можешь за меня не волноваться, — ровным голосом ответил диверсант, — этот урок я ещё на Торфане выучил… навсегда. — навигатор всего лишь молча кивнул.
— Вон отсюда, оба, — устало сказала Джейн, дождалась пока мужчины покинут каюту, и вызвала доктора Чаквас. Капитану предстоял ещё один нелёгкий разговор.
Александр открыл глаза и обнаружил себя в незнакомом помещении. Хуже того, он лежал в… ванной, наполненной какой-то тёплой жидкостью, пахнущей чем-то цветочным, совершенно без одежды. Громкий, матерный клич готов был вырваться из груди десантника, но в последний момент осторожность возобладала. Щитт пробежал глазами вокруг, увидел только стены в мягком оранжевом свете, а затем попробовал пошевелиться. Руки и ноги ничто не держало, следовательно можно было расслабиться и не опасаться параноидальных кошмаров… например, попадания на операционный стол доктора Салеона.
К счастью для нервов капрала, Винт саларианского медицинского отсека отреагировал на пробуждение пациента успокаивающим сообщением. Четверорукий медицинский андроид занёс одежду и поднос с едой, а так же спросил готов ли человек принять посетителей. Морпех, чувствуя себя совершенно здоровым, натянул трусы, форменный комбинезон, ботинки и утвердительно ответил. Последствия, одно кварианского происхождения, и второе, родившееся на Тессии, не заставили себя ждать. Девушки окружили десантника непривычной заботой — накормили чуть ли не с ложечки, Лиара даже напичкала сногсшибательно сладким асарийским десертом, заполнили за мужика все медицинские формы и словно две телохранительницы довели под руки через всю станцию до Нормандии.
По дороге подруги не переставали разговаривать о происшедшей драке. Щитту даже стало очень неловко — по словам кварианки, Шепард избил его как Ку-Клукс-Клановец негритёнка и не прикончил только благодаря биотике девушки археолога. Асари на своей роли внимание не заостряла, но чисто по мужски было несколько стыдно. Конечно, эти чувства были нерациональными — шансы немодификанта против спецназовца в рукопашной примерно равнялись шансам мопса против ротвейлера, но животная, обезьянья природа самца брала своё. Так что, когда на мостике фрегата к капралу решительным шагом подошёл навигатор, реакция первого была неоднозначной. С одной стороны в чём-то детская обида на поросячье поведение Шепарда — и на мордобой, и на несоответствие высокому идеалу главного героя игры, а с другой более взрослое понимание, что дуться было бы просто глупо, да и если вдуматься, то фаллометрическое состязание выиграл не Джон.
— Мистер Щитт… — замялся непривычный к извинениям офицер, — мне нужно с вами поговорить. — Капрал почувствовал напряжение в руке Тали, лежащей на его локте.
— Да, коммандер, — чуть настороженно и немного не по уставу ответил десантник. — Девушки, всё в порядке, — добавил он. Мы с мистером Шепардом всего лишь цивилизованно побеседуем в…
— В каюте связи, — в голосе старшего по званию едва заметно промелькнуло облегчение. Военные прошли мимо стоящих по стойке смирно рядовых-"марионеток" и уселись друг напротив друга. Щитт потёр челюсть… боли после операции совсем не чувствовалось, но Джон воспринял жест по другому и чуть сморщился.
— Александр, — коммандер наконец нарушил затянувшуюся тишину, — я был не прав, я повёл себя как свинья, а не мужчина и офицер, и я приношу вам свои извинения.
— Хм… — протянул Шницель. В принципе, чего-то подобного и следовало ожидать. Шепард всё же не был заносчивым юнцом. Морпех внимательно вгляделся в лицо собеседника. Дипломатом или лицедеем тот не был, и во взгляде просматривались напряжение и недовольство. — Джон, я рад, что вы готовы признать свою неправоту… но это проблему не решит. Мы конечно можем сказать стандартные фразы и игнорировать друг друга на корабле с деревянными рожами, но получится чушь и мы оба это понимаем.
— У вас есть идеи? — Такого ответа офицер не ожидал.
— Ну… думаю для полного примирения мне нужно набить вам морду, что было бы полным фарсом при нашей разнице в… весовых категориях, или… — Щитт задумчиво прищурил левый глаз.
— Или? — Навигатор не выдержал паузы и наклонился над столом.
— Предлагаю провести мужской ритуал взаимного прощения, а попросту — нажраться, — резюмировал капрал.
— Где-то я такое уже слышал, — пробормотал Шепард, вспомнив их первую с однофамильцем грандиозную попойку в учебке… Курсанты тогда тоже подрались, по поводу того, кто из них достоин ухаживать за огненноволосой Джейн. — Ну, код от шкафчика с "медицинским" ромом у меня есть…
— Джон, — перебил Шницель, — ты меня в госпиталь положил, помнишь? На меньшее, чем ринкол я не согласен.
— Ринкол?! — брови офицера поползли наверх. — Кроганское пойло?! Да где мы возьмём этот кошмар?