Приключения Капрала Шницеля (СИ)

Вражеский крейсер, объятый "праведной местью", открыл артиллерийский огонь с высокой орбиты, не давая человеческим кораблям набрать высоту и получить дополнительный объем маневра. Также, коллективный разум направил всю оставшуюся в строю авиацию на перехват наглых органиков. Если бы время подлёта гетских истребителей оказалось на каких-то три минуты меньшим, то Гордеева вряд ли бы отделалась перегретыми лазерными батареями и "подпорченной шкурой" "Халкин Гола" — пусть болванки осевого акселератора противника и палили в молоко, но импульсные батареи малых кораблей плевать хотели на кинетические щиты, перегружая целые сектора с пары очередей. К счастью "Киев" с фрегатами "Гонконг" и "Мидуэй" на всех парах шумно ворвался в систему, а гет, оценив резко изменившееся соотношение сил, нырнул к атмосфере, дав шанс преследуемым вырваться из гравитационного колодца, подобрал "креветок", огрызнулся в последний раз башнями ПКО, и спешно ретировался.
Проблемы начались позже. Астрогаторы смогли вычислить куда сбежал космический злодей — в систему Гриссома, флотилия Михайловича рванулась было в погоню по горячим следам и… Тут же спряталась в тени одного из астероидов внешнего пояса, срочно вызвав основные силы. На стационарной орбите в точке Лагранжа между крупным спутником под названием Солкрум и его родителем, Нонтабаном (ярко-фиолетовым газовым гигантом, чуть крупнее и заметно тяжелее Юпитера), гордым орлом висела орбитальная станция явно оборонительного назначения в компании с парой дюжин гетских кораблей различных типов.
Ломоносов с эскадрой вышел из сверх-света менее суток спустя, заняв позицию близ одинокого планетоида на задворках системы, значительно выше эклиптики. Тем временем, предупреждённые геты собрали к Солкруму наличные силы, а затаившиеся разведчики их подсчитали. Орбитальную крепость поддерживали восемь крейсеров и двадцать четыре фрегата. Ещё два десятка кораблей были транспортниками и строителями и, по всем показателям, не несли на борту ничего серьёзнее орудий противокосмической обороны. Так же, среди голых раскалённых камней на поверхности луны, прямо под стационарной платформой, синтетики успели выстроить целый индустриальный комплекс… Что делало более понятным низкий уровень их активности в других системах — злодеи решили для начала основательно окопаться.
Противостоящие роботам силы людей состояли собственно из эскадренного носителя, одиннадцати крейсеров, двадцати фрегатов. авиационная группировка включала основные многоцелевые истребители альянса, Ф-61 "Трезубцы", а так же крылья перехватчиков С-Икс 3 и штурмовиков Су-200. Последние были опытной партией кораблей, которые концерны Евразийского Союза лоббировали для принятия в строй. Адмирал Медведев, подсчитав преимущество в тоннаже и числе малых кораблей решил навязать синтетикам генеральное сражение по всем правилам военного искусства… К несчастью, оказалось что гетам эти правила не знакомы.
Доктрина Альянса предписывала превосходящим силам охват противника в трёх измерениях, артподготовку против стационарных узлов обороны, торпедный удар малой авиацией, и добивание крейсерами на ближней дистанции со множественных направлений. Теоретически, орбитальная крепость — это неподвижная мишень, попасть в которую, легко решаемая задача даже с нескольких световых секунд. Практически же, геты установили завесу из анти-баллистических ракет, выпущенных из наземных шахт, что установленными на боеголовках сингулярностями нарушали все вычисления людей. Командующий эскадрой, впрочем, не сильно расстроился и отправил в атаку две волны штурмовиков с истребительным прикрытием. Геты выпустили навстречу одну группу, собрав вместе всю наличную истребительную авиацию с крейсеров и фрегатов, и всё равно уступая в числе атакующим эскадрильям первого отряда один к двум.
Два боевых порядка сошлись на контркурсах и открыли огонь. Первые несколько секунд царил полный хаос, но человеческое командование вскоре осознало глубину своей ошибки. Пилоты людей привыкли иметь дело с органиками и дронами, но не с разумными машинами. Пушечные очереди истребителей Альянса прошили пустой космос, вместо ушедших в дикие маневры "креветок", а ответные струи импульсных орудий беспощадно прошлись по лицевым проекциям, перегружая щиты и ломая броне-панели. Управляемые ракеты ПКО с перехватчиков помогли немного сравнять счёт, но их было не так и много, а секунды спустя, синтетики почти синхронно выполнили невозможные из-за перегрузок для их противников кульбиты, развернулись нацелившись в хвостовые мёртвые зоны ошеломлённым пилотам и, активно сокращая разницу в скоростях кормовыми дюзами, превратили бой в избиение.
 
Побледневший на мостике "Ломоносова" командующий группировкой малых кораблей, капитан Накамура, не дожидаясь одобрения вице-адмирала, скомандовал отбой миссии и приказал второй волне прикрывать отступление первой. Истребители гетов пустились в погоню за отступающими органиками, продолжая собирать кровавую жатву. Объединённые в командную сеть синтетики стали кошмарным противником — даже лучшим пилотам было мало что противопоставить зашкаливающей маневренности и точности врага.
Ситуация переломилась на расстоянии около одной световой секунды от Солкрума. Задержка сигнала наконец-то сделала связь с центральными серверами роботов бесполезной, а вычислительных мощностей локальной сети истребителей, на пару порядков меньших, чем у орбитальной крепости, не хватало, чтобы надёжно предсказывать действия органиков. Поединки с "креветками" стали всё больше напоминать учебные бои с автономными дронами, пусть и чертовски маневренными, но никак не не бессмысленные потуги против всевидящих "полубогов из машин". Так же, Медведев бросил в бой фрегаты прикрытия, в надежде покарать врага лазерами ПКО, от которых уворачиваться статистически невозможно. Искинты гетов просчитали изменившуюся динамику потерь и вышли из боя, отступив на подготовленные позиции, и дав возможность авиации людей перегруппироваться и зализать раны.
Раны были серьёзными. Около тридцати процентов малых кораблей первой волны и одиннадцать второй выбыли из строя. Больше половины потерь — безвозвратные, вместе с пилотами. Для сравнения, противник потерял менее восьми процентов машин. О прямом столкновении стоило забыть. В принципе, резервы имелись. Можно было бы одновременно напасть всеми наличествующими силами и буквально "завалить мясом" авиацию синтетиков, а потом сойтись "стенка на стенку" с крейсерами и фрегатами гетов, понадеявшись на преимущество в тоннаже, но… Победа в таком случае будет хуже пирровой, так как эскадру в практически полном составе придётся списывать в утиль, а размен крупного мобильного соединения на планетарную базу суть стратегический идиотизм. Да и нет гарантии, что крепость и ракетные шахты роботов не поднесут какой-либо особо гадкий сюрприз.
Командование и аналитики эскадры тщились найти решение. С одной стороны, ситуация была ничейной — как люди не могли успешно атаковать Солкрум, так и геты не имели возможности ни нанести контрудар, ни ослабить силы прикрытия базы. Но время играло в одни ворота за синтетиков. Подкрепления эскадре Медведева ждать было неоткуда — после Иден Прайма номерные флоты с их линкорами и носителями были привязаны политиками к стратегическим оборонным точкам, а практически весь свободный тоннаж был перенаправлен на местные патрули. Адмиралтейство и так доукомплектовало не до конца развёрнутую авианосную группировку "Ломоносова" временно переведя в подчинение Восьмого Флота разведывательные флотилии из Пятого. Количество свободных сил у Искинтов никто не знал, к тому же нельзя было исключить, например, развёртывание производства малой авиации на поверхности планеты.
Михайлович пораженцем никогда не был, но выхода не видел и он. Хорошо подготовленные оборонительные позиции в лоб не берутся. Недавняя битва должна была решиться с помощью бортовой авиации, да вот у железяк оказался неучтённый… винт на хитрый замысел Альянса. По хорошему, как гласила штабная мудрость, если под рукой нет линкора чтобы напрямую решить проблему, то нужна диверсия. Вот только как её организовать, думал контр-адмирал. Рота спецназа есть, входит в штат усиленного ударного механизированного батальона космодесантников на борту носителя, и это не считая отделений, приписанных к соединениям фрегатов. Способа же доставить диверсантов — нет. Высадиться на Солкрум можно только на теневой от Нонтабана стороне, растревожив при этом гетов. Пытаться проскользнуть через тысячи километров раскалённого ада под носом у предупреждённого врага — самоубийство. Вести наземную кампанию силами одного батальона — то же самое. Дропшип-невидимку учёные земли пока что не изобрели.