Однажды под Новый год, или Кто такие Монстры (СИ)
Ведь должен же? Минут через десять она уже не была в этом уверена. А время шло, и морозец начал крепчать потихоньку. Она уже сто раз пожалела, что не уехала в райцентр обратно.
Но тут к автобусной остановке, взметая снежную пыль, подрулил гусеничный трактор. Дверь открылась, оттуда выглянул мужик и крикнул:
- На Большие Овраги?
Мужик был в одном свитере, такой здоровенный, заросший, черная борода до глаз, а глаза желтоватые. Прямо как у крупного хищника.
- Э... Спасибо, я... Автобус жду! - выпалила Нина.
- Это и есть автобус, - выдал мужик и еще добавил: - Другого транспорта сегодня не будет. Так что залезай.
А тут как раз снежок посыпал. Нина подумала - была не была. И полезла в кабину.
В кабине стоял грохот и пахло солярой, железом и машинным маслом, но все это была ерунда, главное, что там было тепло. После стояния на морозце это было так хорошо, что Нина в первый момент расплылась на сидении как амеба, а потом стянула варежку и потерла нос.
- Замерзла? - спросил, перекрикивая грохот мотора, мужик.
Она сразу же подобралась, потому что мужик был здоровенный, еще борода этого его черная...
- Да нет, все нормально, - пробормотала, косясь на его руки, державшие руль.
И руки у него были под стать его габаритам, такие большущие и сильные. А мужик как раз в этот момент потянулся переключать рычаг и как будто подался к ней. О-о, подумала Нина.
- Ничего, сейчас согреешься.
Прозвучало неожиданно.
- А?.. - она уставилась на него.
И честное слово, ей показалось, что его глаза желтые как-то странно сверкнули. Она тут же отвела взгляд в окно и стала возить пальцем по дверной обшивке. Но мужик не соврал, очень скоро стало так тепло, что Нина даже стянула шапку и расстегнула пуховик. Снимать не решилась.
Из деревни Кушки они выехали, теперь дорога шла мимо заснеженных полей. А дорога - да, сверху припорошено снегом, а под снежком ямы и колдобины. По этим колдобинам гусеничный трактор вело во все стороны и подбрасывало, а грохот в кабине стоял такой, что мама не горюй. Но теперь почему-то все перекрывало его присутствие. Мужика в кабине было как-то очень много, как будто он занимал собой все пространство.
«Однако», - подумалось ей.
И тут ей в голову полезли совсем другие мысли. Куда они вообще едут?! Мужик сказал - в Большие Овраги, она и не додумалась проверить. Ведь страшная глушь, вокруг ни души. Да уж, мысль была очень здравая, а главное - вовремя. Она решила как-то прояснить ситуацию.
- А далеко еще до Больших Оврагов?
- М? - мужик повел мощным плечом. - Часов десять ехать. А когда и сутки, если в буран попадем.
- Что?! - Нина буквально в осадок выпала.
Он покосился на нее, не забывая за дорогой следить, и хмыкнул:
- Не боись. Со мной доедешь за пять часов.
И поддал газку. Теперь трактор, можно сказать, помчался стрелой, грохоту стало больше. Нина вцепилась в ручку и думала только о том, как бы с сидения не вылететь.
- Как зовут-то?
- А? - выкрикнула она. - Меня Нина!
- А меня Гриша, - сказал тот и в такт своим мыслям кивнул: - Вот и познакомились.
***
Девушку на автобусной остановке Григорий заметил издали. У него аж сердце екнуло - из наших! Ошибиться было невозможно. Пока подруливал, гадал, из каких она будет, почему до сих пор не видел.
А когда остановился и увидел поближе, был удивлен. Глаза. Серые, не желтые. Но инстинкт подсказывал - из наших, точно. Он уж и так присматривался, и принюхивался. Ну точно! Ошибки быть не может.
Да и не ездят к ним в Овраги просто так. К ним вообще никто не ездит. В конце концов спросил:
- Ты в Большие Овраги по делу или как?
- Я к тетке, - ответила девчонка.
Ага! Все-таки из наших! Не ошибся, мл-л-лин!
- А как зовут тетку-то?
- Клавдия Васильевна Зубатова.
- А, - кивнул Гриша, пряча хищную улыбку в бороду. - Ясно.
И, видимо, слегка расслабился, трактор опять повело, а ее сильно тряхнуло на глубокой колдобине. До него дурманящей волной донесся ее запах. Григорий слегка обалдел от этого и пробасил:
- Потерпи, скоро лес. Полегче будет.
***
Некоторое время дальше они ехали молча. Мужчина вел трактор, а снежок сыпал, да и ветер усиливался. Нина смотрела вперед и не видела ни зги.
Лес? Какой-то белый туман вокруг. А время - уже вечереет, и если они застрянут... Встречать Новый год придется прямо тут.
- Вон, видишь, пятно, - раздался рядом его голос. - Уже близко.
Ей не верилось. Вот это вот что-то мутное впереди - лес?
Оказалось, действительно. Когда подъехали ближе, она увидела стоявшие стеной заснеженные деревья и внезапно успокоилась. Да и трактор пошел ровнее, колдобин стало меньше, не так трясло, а может, она просто притерпелась. Нина какое-то время крепилась, но потом усталость взяла свое, она сама не заметила, как уснула.
Проснулась оттого, что какой-то здоровенный бородатый мужик тряс ее за плечо.
- А? - в испуге вытаращилась она на него.
Потом сообразила, что это Гриша, и ойкнула. А он мотнул головой, показывая куда-то вбок:
- Приехали, вот он, дом тетки Клавдии. Как раз к Новому году успеешь.
Ух, какое нахлынуло облегчение!
- Ага, спасибо, что подвезли! - выпалила она.
И выпорхнула из кабины. Ну как впорхнула, как складное кресло сползла, да еще и под конец нога у нее поехала, и она аккуратно пятой точкой приземлилась в снег. Потом встала, кое-как отряхнулась и потопала от калитки к крыльцу. Постучалась и стала ждать, пока откроют.
Наконец дверь открылась. На пороге стояла тетка Клава, которую в последний раз, наверное, лет десять назад видела, но та почти не изменилась.
- Здрасьте, тетя Клава, - сказала Нина, теребя сумку.
- Ты?.. - у тетки челюсть отвисла.
Ну все, подумала Нина, зря приехала. Но тут тетка очнулась.
- Ой, девонька! Ниночка! Да что же это... А я ж думала... Какими судьбами? Ой, заходи, скорее, заходи!
- Ага, тетя Клава, - Нина расплылась в улыбке, настроение сразу пошло в плюс. - Это я.
Тетка отодвинулась, пропуская ее в тепло и вдруг спросила:
- А тебя, что ли, Гриша привез?
Уставилась ей за спину, и взгляд у нее стал острый, прямо рентгеновский. Нина оглянулась, трактор стоял там. Не уехал? О-о... Почему-то покраснела и смутилась, хотя в темноте-то и с морозца кто ее румянец увидит? И тут же выпалила:
- Да, Гриша.
- Угу, - протянула тетя Клава и повернулась к ней. - Ой, что же это я! Заходи, скорей, раздевайся, я хоть на тебя посмотрю.
Нина стеснялась, но от внезапного облегчения, что наконец дома, стянула с себя пуховик и опять расплылась в тепле как амеба. А тетка внимательно так уставилась ей в глаза, отчего Нина почувствовала себя как на приеме у окулиста.
- Ну надо же... - пробормотала та. - Так и остались серые.
Потом деловито крякнула и засуетилась:
- Так! У нас же Новый год. Давай к столу! Проголодалась, поди, в дороге-то.
Стол у тети Клавы был накрыт простой и сытный, но безалкогольный. Но ведь Новый год же. Она смерила изучающим взглядом Нину и вытащила из буфета бутылку самогонки. Налила в две крохотные рюмочки размером с наперсточек.
- Поешь, а заодно и поговорим.
И села напротив.
Вот поговорить Нине хотелось, особенно после рюмочки. Поделиться с кем-нибудь своим горем, и главное - мысль одна не давала ей покоя. Как ни дави, все равно вылезала на поверхность и заставляла ее нервно ежиться.
Тетка, как услышала про то, как она нагнала страху на золовку и свекровь, только хохотнула и махнула рукой.
- Тю, нашла из-за чего переживать. Все ты правильно сделала, давно надо было!
- Но как же быть с этим монстром, который внутри? - в сердцах сказала Нина.
- Так-так, монстр, говоришь? Ага, ага, - глаза у тетки сразу сделались рентгеновские, она придвинулась ближе. - Очень хорошо, просто отлично. Ага. А теперь давай спать. А то ты с дороги.