Больница в Гоблинском переулке (СИ)

  
Наталья Шнейдер, Анна Платунова
 
Больница в Гоблинском переулке
   
*** 1 ***
 
Практика не задалась с самого начала.
Поезд задержался на два часа и прибыл на крошечный деревянный вокзал городка Свиное Копытце – не название, а издевка, честное слово! – когда уже стало смеркаться. И опоздал он, конечно, не просто так: небеса разверзлись и, казалось, решили вылить на головы несчастных горожан все весенние дожди разом. Весна выдалась солнечной и сухой, а вот первый день лета вернул все сторицей.
Я не столько вышла, сколько вывалилась на платформу, подгоняемая свистком дежурного по станции.
– Быстрее, голубушка! – крикнул он, стараясь переорать шум ветра и грохот дождевых струй. – Стоянка две минуты!
Я бы и рада быстрей, да чемодан, набитый книгами, весил как целый дом. Когда я набирала их в библиотеке, то совсем не задумывалась, что мне придется тащить их на себе. Но я так волновалась перед предстоящей практикой, что как ни старалась – не могла отказаться ни от одной. «Зелья и микстуры», «Краткое руководство начинающего целителя», «Краткое описание физиологии распространенных рас» в трех томах – это лишь немногие из книг, которые я везла с собой. А «Справочник по оказанию акушерской помощи» – как без него?
Кое-как я открыла зонт, но он тут же вывернулся наизнанку. Да и руки заняты – разве что в зубах его понесу. Так и побрела к остановке экипажей: в одной руке саквояж с моим нехитрым скарбом, в другой – тяжеленный, обшитый кожей василиска чемодан с фолиантами. Василиски каждый год сбрасывают кожу, а с покупателей готовы содрать за нее последнюю шкуру. Зато кожа василиска не промокает и не трескается. Чемодан мне одолжила соседка по комнате – Луиза. Ее обучение оплачивали родители, они же осыпали любимую дочь деньгами, только учись! Но Луиза предпочитала шумные компании и студенческие вечеринки. Правда, и жадиной не была.
Мысли о хохотушке-эльфийке, которая никогда не поддавалась плохому настроению, отвлекали меня от холодных ручейков воды, затекавших за шиворот и в ботинки да и, что говорить, уже пропитавших одежду насквозь.
Стоянка экипажей пустовала. Неудивительно, что в такую непогоду они пользуются спросом! Я растерянно огляделась и заметила новомодный мобиль: чудо-техника, повозка без лошадей. Говорят, она работает на магических кристаллах. Стоила такая механическая игрушка целое состояние.
Орк, сидящий за рычагами управления, приветственно помахал рукой.
– Какой у вас жалкий вид, бедняжка, – посочувствовал он, приоткрыв окно. – Если наймете меня, сброшу пару монет.
Я шмыгнула носом, откинула со лба прилипшие пряди – они незамедлительно прилипли снова – и важно спросила:
– Сколько?
Пусть не думает, что я не могу заплатить! Я откладывала с каждой стипендии и брала ночные смены в больнице – подрабатывала сиделкой, специально чтобы на практике не думать о деньгах.
– Для вас – десять медных монет.
«Сколько?» – едва не задохнулась я.
Нанять обычный конный экипаж в три раза дешевле. Но выбора не осталось: во-первых, у меня скоро оторвется рука или ручка у чемодана – как пойдет, а во-вторых, я понятия не имею, где искать Гоблинский переулок, в котором куратор курса сняла для меня комнату в доходном доме с пансионом. Я только знала, что больница, где мне предстоит проходить практику, располагается неподалеку.
– Хорошо! – гордо сказала я. – Но вы поможете мне положить чемодан в багажное отделение.
Орк, ворча, выбрался наружу, а я нырнула в салон, пахнущий кожей. Потерла друг о друга дрожащие от холода ладони и достала из наплечной сумочки клочок бумаги, на котором был записан адрес.
– Гоблинский переулок, шесть.
Возница, уже вернувшийся на свое место, оглянулся и уставился на меня со странным выражением лица. С эмоциями у орков беда, их физиономии будто из куска гранита вытесали: квадратные челюсти, квадратные носы, крошечные глаза. Но, клянусь, этот смотрел с изумлением.
– Вы точно уверены, что вам именно туда? – буркнул он. – Юным леди там не место!
 
– Я не леди! – отрезала я. – А целитель!
Смутилась под недоверчивым взглядом и уточнила:
– Будущий. Пока окончила третий курс и направлена в ваш городок на практику. В больницу, что находится в Гоблинском переулке. Слышали о такой?
– А, это та, где ошивается всякое отребье?
Я пожала плечами. Потом кивнула. Вдруг захотелось выбежать из мобиля, остановить поезд, запрыгнуть в вагон и немедленно отправиться в обратный путь. Но нет, разве я отступлю перед трудностями?
Орк остановил свой чудо-агрегат посреди огромной лужи. Впрочем, все тротуары города превратились в одну большую лужу. Дождь, вопреки ожиданиям, лить не перестал, наоборот, усилился.
Возница вытащил вещи, вручил мне. Мобиль, который сейчас больше напоминал лодку, чем сухопутное средство передвижения, скрылся в туманной дали, поднимая волны.
Я почти одолела полосу препятствий в виде бурного ручья и даже вступила одной ногой на бордюр. Но тут ручка чемодана все-таки не выдержала! Он грохнулся, раскрылся, и книги, драгоценные книги, за которые университетский библиотекарь задушит меня собственными руками, разлетелись по дороге.
В спешке я принялась собирать их и перетаскивать на крыльцо дома, в котором мне, по всей видимости, предстояло жить. Медная цифра «6» качалась на цепях, привешенных к козырьку. Случайный прохожий – мальчишка-гоблин – присел над фолиантами, и я уже хотела сказать ему сердечное спасибо за помощь, как внезапно он, паршивец, схватил два тома и бросился бежать, расплескивая воду.
– Вернись, гад! – кричала я вслед. – Вернись, а не то уши тебе надеру!
Но он, конечно, даже не обернулся.
Дверь приотворилась, и на пороге появилась пожилая гоблинка в кружевном чепце и замызганном фартуке, посмотрела, как я собираю оставшиеся книги, и подозрительно спросила:
– Ты чё орешь как оглашенная? Ты кто такая и что тебе надо?
– Я… я… Вот!
Я протянула ей смятую и мокрую бумажку с адресом.
– Университет должен был снять комнату для меня в вашем доме!
– А-а-а, так ты студенточка? Как ее там… Грейс…
Она пощелкала пальцами, вызывая в памяти имя.
– Грейс Амари, – подсказала я.
– Точно. Ну заходи! Ноги тщательнее вытирай да подол платья выжми, неча мне тут грязь разводить.
Я кивнула. Сейчас я была согласна на все и мечтала лишь о кружке горячего молока и о сухой постели. Хорошо, что в больницу мне нужно только утром. Первым делом следует представиться своему руководителю практики. Интересно, как мне его разыскать?
  
*** 2 ***
 
– Паршиво выглядишь. – Киран, бессменный ночной дежурный больницы, как всегда, был возмутительно бодрым и свежим. Будто это он, а не Ланс провел ночь – точнее три часа, что от нее остались, – в собственной постели. – Думаешь впечатлить монну Озис загадочной бледностью и синяками под глазами?
– Монну Озис? – переспросил Ланс, снимая уличный сюртук. – Она здесь?
– Караулит под дверью твоего кабинета. Дело личное и срочное.
Ланс застонал. Общения с монной Озис ему хватило вечером, на благотворительном балу. О чем таком важном и срочном она вспомнила с утра пораньше?
– Ни одно доброе дело не остается безнаказанным, – хохотнул Киран, поняв все без слов. – Завел бесплатную больницу – изволь общаться с дамами-благотворительницами.
– Порой мне хочется стать старым горбатым гоблином. – Щегольскую батистовую рубашку сменила льняная, подобающая скорее рабочему, чем наследнику одного из старейших родов Бурелесья.
– Тогда дамы будут не так охотно раскошеливаться. Вряд ли лорд-канцлер оценит, что его сын растратил семейное состояние на лечение всякого сброда.
– Из семейного достояния я и медяшки не взял, Осинки – мои.
Настроение, и без того не слишком хорошее с утра, испортилось окончательно. Нет, имение давало хороший доход, очень хороший, но отчет управляющего лежал в кабинете уже неделю, а Ланс так и не удосужился его просмотреть. Двух с половиной целителей – Белинда приходила, когда появлялось особенно много работы, – больнице не хватало. Нужны еще руки и головы, но где ж их взять! Пятый год подряд Ланс слал запросы в университет, обещая бесплатную практику будущим целителям и рабочее место выпускникам, и год за годом не получал ответа.