Чужая война (СИ)

Главная проблема была в том, что Ресс мог промедлить и выяснить какую-то деталь моих приготовлений, тогда все наши труды пошли бы прахом.
Мой план был глупым, наивным, авантюристским, местами построенным исключительно на совпадениях. Словом, бомбой, и поэтому он понравился всем, кроме Леона Сайраса. Это было своеобразным знаком качества: если бы план за моим авторством пришёлся ему по вкусу, его немедленно следовало бы изменить.
Я был на таком моральном подъёме, что чувствовал, что сейчас мне под силу свернуть даже горы. В некотором смысле это сейчас и происходило где-то снаружи лагеря. Оттуда, из вечерней полутьмы периодически доносились непонятные постороннему наблюдателю крики: «Ройбля!», «Живеебля!» и «Капаюкакмогубля!», показывавшие, что работа кипит. По идее стоило пойти проведать, как там справляется Эльт, но после недели воздержания, единственным моим желанием было пойти и, где-нибудь уединившись, предаться грязному, бесконтрольному чревоугодию.
К сожалению, уединиться не вышло: в моей палатке оказались посторонние, которые покинули штаб, как мне казалось, чтобы найти себе место для сна: Ноа Кейтлетт и крутящийся рядом Альт Цион.
— Это вообще-то моя палатка! — напомнил я с возмущением.
— Это вообще-то палатка командующего, — ехидно возразила Ноа. — Если ты умеешь читать, то сможешь найти на входе соответствующую табличку.
— Я командующий!
— Ты себе льстишь. Кроме того, я тоже командующая. А теперь, когда мы выяснили, что моя линейка ничуть не меньше твоей, выйди вон и не мешай переодеваться. Позже, так и быть, тебе будет выделен уголок в нашей общей палатке командующего.
Мне нечего было возразить и поэтому, пылая гневом, я вышел на улицу, твёрдо решив на ком-нибудь его выместить. Как раз вовремя из палатки вышел и Альт, которого тоже прогнали.
— Быстро найди своей командующей отдельную палатку!
К моему удивлению, несмотря на то, что я страшно пучил глаза и добавил в голос командирские нотки, это не произвело на Альта абсолютно никакого впечатления.
— Мне приказано игнорировать любое ваше распоряжение, командующий Рор.
— Я запрещаю тебе игнорировать меня! — прикрикнул я на него, но тоже без толку.
Любой мой подчинённый наверное бы уже провалился сквозь землю, стараясь исполнить приказ, но Альт лишь покачал головой.
— Это логически невозможно.
Разгадка, в чём причина такого неповиновения, была в общем-то простой. Нет, помощник Ноа не обрёл внезапное мужество и не сделал себе пересадку некоторых мужских органов. Всё было гораздо проще — он боялся её куда сильнее меня.
Мне хотелось взвыть, но упреждая такой поступок из палатки послышался голос Кейтлетт:
— Рор, прекрати там скрежетать зубами и топтать землю. Сходи лучше за ужином.
— Да ни в жизнь! Я тебе не прислуга!
Увы, мой живот был иного мнения, о чём громогласно сообщил, заставив дёрнуться от испуга несколько проходящих по своим делам солдат.
— Всё в порядке, он ручной, — прокомментировал я и отправился на поиски Миюми — она всяко лучше моего могла состряпать ужин.
Это оказалось не так-то просто: девушка словно пропала. Её не было на кухне; в штабе, где в полутьме дымил своей трубкой Лой, её тоже не видели; Леон лишь развёл руками, но поинтересовался, не организовать ли ему поиски.
Я и раньше замечал за своей помощницей умение как бы растворяться в толпе, оказываясь вне зоны внимания. Её пропускали всегда и везде, невзирая ни на какие запреты. Солдаты попросту млели от одного голоса Миюми, вырубая мозг начисто. Будь у девушки злой умысел, она могла бы стать своеобразной королевой, но к счастью, заниженная самооценка и стеснительность спасли мою армию от столь скорбной участи.
Обойдя половину лагеря и к тому времени изрядно запыхавшись, я вернулся к тому с чего начал — к своей палатке. Как раз вовремя, чтобы услышать два женских голоса, обсуждающих какие-то скучные особенности одежды. Одолеваемый смутным подозрением, что сегодня у меня украли не только палатку и достоинство, я собирался войти внутрь, но столкнулся с Альтом, который куда-то спешил с целой кипой одежды в руках.
 
Внутри же Ноа при активном содействии Миюми пыталась сообразить себе что-то вроде костюма. Получалось странно.
Кейтлетт и без того не могла похвастаться роскошными формами, напоминая скорее очень женственного мальчика. Нарядившись же в мужскую униформу, сходство стало ещё заметнее. Ноа выглядела словно школьник, решивший надеть костюм своего отца, а все излишки закатать и подпоясать.
— А что, вполне неплохо получилось, — заметил я, подавив в себе желание высказать всё вышеподуманное вслух.
Удивительно, но меня не облаяли со всех сторон, а лишь немного застенчиво уточнили:
— Ты и вправду так думаешь?
Я кивнул. Это было чистейшей правдой. Мне действительно нравился этот результат разграбления склада с одеждой. Парадоксально, но чем меньше Ноа старалась подчеркнуть свою женственность, тем привлекательнее выглядела. Не было ничего смешнее, чем Кейтлетт в бальном платье и на каблуках. А вот текущая сборная солянка, напротив, смотрелась вполне себе неплохо, а главное, чувствовалось, что она сама ощущала в ней себя куда свободнее.
Мне на секунду показалось, что Ноа даже покраснела. Увы, всего на секунду.
— Что-то я не вижу у тебя с собой подносов с едой, — раздражённо заметила Кейтлетт.
— Ты же сама забрала у меня Миюми!
Оправдание было так себе, чем Ноа не преминула сразу же воспользоваться.
— А что, без неё бутербродное дерево найти у тебя не выйдет? Ути-пути, не волнуйся, через годик мама будет оставлять тебе спички, — ещё раз осмотрев в зеркале результат и явно им удовлетворившись, Кейтлетт сжалилась. — Ладно, отбой, сама найду пищу. Ты же, будь добр, приведи себя наконец в порядок.
— Да пофиг. Я уже, можно сказать, прирос к этой одежде…
— Угу, и это чувствуется даже в метре от тебя. — Ноа показательно стала загибать пальцы: — Помыться, побриться, причесаться, найти себе новый комплект униформы. Иначе спать будешь на улице. На всё это у тебя час.
Не давая мне и слово вставить, Кейтлетт удалились, уведя с собой и Миюми.
— Раскомандовалась тут! Между прочим, это я тут командующий…
Поворчав немного в пустоту и поразмышляв над тем, как так получается, что гениальные планы придумывает моя голова, а командует всё равно Ноа, я принялся возвращать своему телу признаки цивилизации.
***
Всё же надо отдать должное Ноа, она периодически оказывалась права. Вымывшись и одевшись в чистое, я почувствовал себя обновленным, словно сбросившим какой-то тяжкий эмоциональный груз или пару кило грязи.
Может, это было моральное удовлетворение от того, что тяжкий путь через горы наконец окончен, и хоть впереди ещё были трудности, но самая сложная часть пути позади. Возможно, радость от возвращения домой, если так можно было назвать военный лагерь вокруг. Не стоит забывать и про Ноа, которую мне удалось вытащить из пучины печали.
Скорее же всего, это было всё сразу, причудливым образом перемешанное в неповторимый коктейль «передряги жизни».
— Неплохой пиджачок, — ехидно заметила возвратившаяся Кейтлетт, которая красовалась точно в таком же, позаимствованном угадайте у кого.
Помимо сарказма она принесла с «собой» — в том смысле, что всю работу сделали Альт и Миюми — целую кипу еды. В любой иной ситуации мы бы не управились со всем этим богатством и за два дня, однако после недельного путешествия впроголодь этого едва ли не оказалось мало.
Закончилось всё бутылкой вина, которую Ноа, как заправский фокус, где-то раздобыла.
— Выменяла у Леона, — пояснила она. — Ты мне будешь должен.
— Помнится, в моей старой палатке был тайник с точно такой же бутылкой… — разглядывая напиток, припомнил я.
— Ну и где она сейчас, твоя платка? — ехидно уточнила Ноа.
— А то ты не знаешь!
Ноа только отмахнулась от меня и приступила к вину. Разлив его по бокалам, которые тоже явно были у кого-то выменяны, она вдохнула аромат напитка и с мечтательным выражением лица сказала: