Семья волшебников. Том 1 (СИ)

А взрослые демоны очень приглядывали за детьми. Одни их учили, другие воспитывали, третьи нянчили.
Астрид тоже начали воспитывать. Ее в первый же день осмотрел огромный золотой, который оказался папой Друнея, который с помощью Астрид обрел прозвище — Щербатый. Зуб у него, правда, уже вырос, но прозвище прилипло, и за это Друней на Астрид обиделся.
— Покажи свое Ме, — настойчиво повторил золотой демон. — Я хочу знать, с чем буду работать. Где ты его взяла?
— Тетя подарила, — огрызнулась Астрид.
— Что за тетя? — терпеливо спросил золотой.
Он возвышался как гора, но очень старался не выглядеть пугающе. Получалось плохо.
— А я ее освободила, — вскинула подбородок Астрид. — Я просто плохо помню. Я маленькая была. Она мне дала зайчики, и я ясплавила… р-расплавила цепи.
Астрид мысленно посетовала на себя. Снова сорвалась на противной букве. В почти пять лет. Перед этим.
А золотой вдруг просветлел лицом и поглядел на Астрид с новым интересом.
— Я, кажется, знаю, о какой тете ты говоришь, — произнес он. — Она подарила тебе свет Солары… Значит, Солара не оставляет нас здесь… а ее свет может получить и демон…
Он крепко задумался. Астрид будто рассказала ему что-то очень для него важное. Золотой снова потрепал Астрид по голове и пообещал:
— Я лично буду тебя учить. Вместе со своим сыном.
— Фу, не!.. — запротестовала Астрид. — Мы не дружим!
— Вы и не должны дружить. Вы должны соперничать.
— Зачем?
— Чтобы стать сильнее.
— Зачем?
— Чтобы побеждать.
— Кого?
— Для начала — друг друга.
— Я и так его побеждаю.
— Это пока. Но если его я буду тренировать, а тебя нет — ты перестанешь побеждать.
— А я и не хочу побеждать, — сказала Астрид. — Я маленькая. И к маме хочу.
Это золотому демону не понравилось.
— Я понимаю, что ты многого еще не понимаешь, — сказал он. — И ты еще мала. Конечно, ты хочешь к маме. Но поверь — так будет лучше для тебя. Твоя мама для тебя, конечно, самая лучшая, но…
Астрид зашмыгала носом, но плач в этот раз сдержала. Внутри начала нарастать злость — она поняла, что домой ее не отпустят. Она-то думала, что эти другие демоны наругают злого дядьку, а ее отведут домой или подождут маму с папой, но они ее уже сами воспитывать собираются.
— Ладно, я покажу, — прошипела она, выставляя ладошку.
На этот раз она выдала самого сильного зайчика. Полыхнуло так, что Астрид обожгло глаза. Она даже покачнулась, едва устояв на ножках.
Золотой демон схватился за плечо. Он… он и правда стал золотым, весь покрылся металлом!.. но его все равно опалило, и он тоже пошатнулся.
А демон за его спиной истошно завопил, ему хорошенько поджарило всю грудь!..
Астрид не стала ждать, пока они что-нибудь сделают. Она развернулась и помчалась во всю прыть, вереща:
— Мама-мама, памаги-и!..
Золотой демон неспешно шагал следом. Астрид на бегу обернулась, пустила еще одного зайчика, но теперь золотой был в сияющей броне, как цвергская принцесса, и зайчик его даже не обжег.
Астрид замахала крылышками, отчаянно поднимаясь в воздух.
Геленда озиралась, втягивая запахи родного мира. Движения ее были чуть медленней, чем при жизни, но разницу вряд ли заметит кто-нибудь, кроме ее самой.
Каждую клеточку мертвого тела пронизывала субстанция, которой стала Лахджа. Нечто вроде сложного паразита, кордицепса, контролирующего демонический труп. Снежок привел его в приемлемое состояние, Матти считал физические параметры, а Майно осуществил временную фамиллиарную связь, связав Лахджу с этой оболочкой астрально и ментально. Она проникла даже в ее память, получив кучу интересной информации о фархерримах.
Чтобы все это переварить, восстановить тело и сформировать обманную ауру, понадобилось даже больше двух дней. Лахджа волновалась за дочь, но понимала, что лучше пусть та потерпит немного дольше, чем спасательная операция провалится из-за недостаточной подготовки.
Майно охранял Веронику и поддерживал фамиллиарную связь. Словно два кукловода, они с Майно вели по Туманному Днищу Геленду … да, теперь Лахджа знала имя фархерримки.
 
Туманное Днище. Она не была здесь больше трех лет. Уже успела забыть, как тут… красиво. Да, именно красиво, если ты достаточно уверен в себе, чтобы не бояться зверодемонов, лиан-кровососов и местного населения. Опасность на каждом пятачке, но если ты высший демон — осмотрись, полюбуйся дивным буйством зелени и игрой красок в мерцании далекого светила.
Если полететь туда, по направлению к Нижнему Свету, окажешься в шумном Мпораполисе, городе ста миллионов демонов. А если отправиться немного левее и добраться до Мглистых Земель, попадешь во дворец Хальтрекарока, с которым у Лахджи связана куча воспоминаний.
Но им с Гелендой не надо ни туда, ни туда. Они уже почти на месте. Вокруг — обитель Мазекресс, в которой Лахджа когда-то умерла и снова родилась. Где-то здесь — секретная деревня фархерримов, самых молодых демонов Паргорона.
И Геленда знает туда дорогу.
У Лахджи было Ме Отслеживания. Один из подарков Фурундарока. Она могла найти кого угодно, имея частицу его плоти или личный предмет. Любой носитель ауры. В кишках Геленды сейчас покоились волосы и когти Астрид — Лахджа не выбрасывала их после стрижки, держала в особом кошелечке именно на случай, если дочь потеряется.
А еще их можно продать, если будут проблемы с деньгами. Это когти и волосы демона.
Но найти кого-то в секретной зоне Отслеживание не помогало. Подобные Ме много у кого есть, фархерримов давно бы раскрыли, если бы они не могли защититься. Так что Лахджа полагалась на память Геленды, пока что не слишком и вмешиваясь в движения тела.
То шло само, как лунатик. Привычно топало домой.
Взлетать Лахджа не пыталась. Контроль над крыльями она даже за два дня восстановила не полностью. Ничего, это можно списать на то, что грудь еще болит. На Геленде остались раны от собачьих клыков, остались и следы змеиных укусов — Лахджа не стала затягивать их полностью, чтобы выглядело убедительней.
Вот она — незримая граница урочища фархерримов. Вон за тем овражком начинается их территория, там у них уже все под наблюдением и повсюду плавают глаза Загака. Где-то в центре растут их дети, отсюда они уходят за Кромку, охотясь на смертных.
И если чужой демон появится без приглашения, они сожрут его душу и развесят останки на деревьях.
Милые ребята. Но детей они не обижают, даже хальтов. Похищают, но не мучают… обычно.
У них слишком сильные родственные связи, Мазекресс постаралась. Они все равно демоны, так что не слишком дружны, но пока что живут без междоусобиц. Возможно, потом, когда их расплодится побольше, а угроза уничтожения уйдет на второй план.
Пока что вокруг никого не было. Фархерримы не строят домов, они пластически изменяют растения. Заставляют мутировать в нужную сторону. Словно какие-то эльфы, только с крыльями и круглыми ушами.
— Геленда, — раздался спокойный голос. — Рад, что ты жива и вернулась.
Лахджа заставила тело повернуться. Серебряная кожа, черные волосы… рога. Пресвитер. Геленда его отлично знала… все фархерримы его отлично знают.
Даже Лахджа неожиданно его вспомнила. Тот парень, который напугал ее и загнал в лес. Фархеррим-копировальщик… нет, вернее, кто-то типа повелителя клонов. Он один, но его много… и с ним надо быть осторожней. Геленда помнит его, как кого-то, кто умней ее… и это, в общем, не особое достижение, девчонка была редкой дурындой… но дураки как раз редко признают чужой ум.
Значит, превосходство Пресвитера было неоспоримым.
— Пресвитер, — произнесла Геленда слабым голосом. — Кто… Эммехтим… Оргон… вернулись?.. Эммехтим… Оргон… тут?..
Рогатый фархеррим окинул ее пристальным взглядом. Лахджа прекрасно играла роль отравленной, израненной демоницы, которая с трудом перебралась через Кромку.
— Эммехтим тут, — произнес Пресвитер. — Оргон, видимо, погиб… и тебя мы тоже считали погибшей. Как ты спаслась?