Семья волшебников. Том 1 (СИ)

— Потому что ты мудак, — объяснил Асмодей, доставая из воздуха мандолину. — А она — шлюха. Мудак и шлюха!.. я песню сегодня вам спою-ю!.. про шлюху и мудака!.. у нее нет желания, а у него стояка-а!..
Хальтрекарок поковырял в ухе. Обычно пьяные песни Асмодея веселили его и радовали, но сегодня Хальтрекарок сухо сказал:
— Песня отвратительная. Ты даже не уложился в размер.
— В этом и суть.
— Вот что, — твердо решил Хальтрекарок. — Надо просто напомнить ей, как много у нас общего. Для начала я заберу у нее ребенка. Он мой.
— О, это моя любимая часть! — потер руки Асмодей. — Давай, правильно. Сделай ей побольше гадостей. Преследуй ее. Отними ребенка. Отними все, что она любит. Отрави ее собаку. Плесни ей в лицо кислотой. Тогда уж она поймет, что потеряла!
— Вот именно! Спасибо, Асмодей, за дружескую поддержку!
— Можно я понаблюдаю?
— Фу, нет, Асмодей, это отвратительно.
— Тогда я просто буду давать тебе советы, — снова тряхнул мандолиной Князь Тьмы. — Полезные советы… от дяди Асмодея!.. для шлюхи и мудилы!.. чтоб те воссоединились!..
Перебирая струны, Асмодей счастливо хохотал. Он же демон, разбивающий супружеские пары. А тут ему выпала возможность сыграть эту роль с лучшим другом.
Так приятно, что его профессиональные навыки нужны близким!
— Ладно, но я сделаю все по закону, — вскинул палец Хальтрекарок. — Через суд, чтобы Сальван не подкопался. А то эти Светоносные… эта Кийталана… кстати, интересно, как у нее дела?..
Демолорд щелкнул пальцами, создавая букет цветов, и отправил сквозь Кромку новый Ярлык — теперь в Сальван.
На следующий день Майно Дегатти грустил о вчерашних чаттбуллар. Сегодня Лахджа снова готовила, но на этот раз одна. Она решила поразить мужа, дочь и домашних животных своей национальной кухней.
Лахдже периодически приходило настроение приучать домочадцев к еде родного мира. Гамбургеры, хотдоги, чаттбуллар и пюттипанну Майно вполне оценил, но обожаемые Лахджой рыбные похлебки и некоторые специфические блюда…
Тем более, сегодня праздник. Медный Осьминог, день Волшебного Единства. Одна из самых знаменательных дат в Мистерии, сегодня они отмечают начало своей державы именно как державы. Вроде бы в день Медного Осьминога они давным-давно то ли победили Бельзедора, то ли просто сбежали от него… Лахджа не помнила точно.
Так или иначе, в честь праздника она приготовила калакукко. В ее семье этот рыбный пирог всегда выпекали на день независимости — ну она и решила, что для Мистерии это тоже подойдет… 
— Очень, очень вкусно, — сказал Майно, отодвигая тарелку. — Настолько вкусно, что я предлагаю сделать это особым праздничным блюдом.
— Ну да, оно праздничное… — заволновалась Лахджа.
— Давай готовить это в день вручения премии Бриара… первой степени.
— Это… раз в сто лет. Настолько плохо?..
— Я терпеть не могу рыбу в тесте, — опустил взгляд Майно. — А это что, сало?.. и яйца?..
— Да! — радостно крикнула Астрид, уплетая свою порцию.
Оскорбленная в лучших чувствах Лахджа опустила плечи. Нет, остальным ее калакукко понравилось. Тифон слопал все и попросил добавки, Ихалайнен аж глаза закатил от удовольствия, и даже Снежок сдержанно сказал:
— Мне нельзя рыбу… и бекон… но раз уж сегодня праздник… положи мне еще.
— И мне, — раздался мурлычащий голос.
Совнар. Давненько он не появлялся. Со дня похищения Астрид не заглядывал, полгода почти прошло. Лахджа уж начинала думать, что старый бушук утратил интерес к ее персоне… но нет, вот он снова за семейным столом и уплетает калакукко.
— Я… у меня много дел, так что сразу к делу, — сказал рыжий кот. — Мой господин подал на тебя в суд.
— Который из двух? — опешила Лахджа.
— А сама-то не догадываешься? Хальтрекарок, конечно.
— А… м-да… ну я догадывалась, конечно, но решила уточнить.
— А чего он от нее хочет? — растерялся Майно.
— Ее, — указал лапкой Совнар.
— Ми… миня?! — испугалась Астрид.
Почему все эти гоблинные демоны хотят ее забрать?.. Она что, такая важная?..
 
Астрид невольно возгордилась.
— Хочет дочь забрать, — пояснил Совнар.
— А он что, помнит, что у него дочь есть?! — поразился Майно.
— Вчера вспомнил. Когда напился с Асмодеем и явился к бывшей жене Ярлыком… ну да вы сами знаете.
Лахджа и Майно переглянулись. Вот уж не было печали. И ведь технически он может Астрид забрать — все-таки биологический отец, а Лахджа ее по факту похитила. Законы Паргорона писаны для того, чтобы чтить права его владык, так что в споре между матерью и отцом победит тот, кто выше в иерархии.
А кто выше демолорда?
— А зачем она ему вообще нужна? — не поняла Лахджа.
— В смысле?! — возмутилась Астрид.
— Астрид, без обид, но твой батя вообще не детолюбивый. Любовник он отличный, но муж и отец ужасный. У него раньше дети в загоне жили и из свиного корыта ели, пока мы с другими женами им нормальную детскую не сделали. Самим пришлось. Хальтрекарок вообще не помогал.
Зачем ты обманываешь дочь? 
Тихо. Пусть ненавидит его. Это убережет ее от неприятностей в будущем. 
Лахдже вдруг стало страшно. Мерно пережевывая рыбный пирог, она не чувствовала вкуса. Внутри было как-то муторно, потихоньку нарастало отчаяние.
Четыре года прошло, а Паргорон ее все не отпускает. Паргорон — и бывший муж.
Что ж такое-то?
— Я могу нанять адвоката? — спросила она. — У нас вообще есть какие-то шансы?
— А это зависит от судей, — сказал Совнар. — Но бежать не советую, тогда шансов нет вообще. А адвокаты вряд ли помогут тебе. Никто не захочет помогать беглому аристократу против бывшего властелина-демолорда. Может, кто-то и сумел бы… но вряд ли ты найдешь кого-то за столь короткий срок…
— Насколько короткий?.. Когда суд?..
— Сегодня. И вы либо явитесь и представите аргументы в свою пользу, либо суд пройдет без вас… и вот тогда все будет плохо.
Лахджа шумно втянула воздух. Еще час назад она делала рыбный пирог, была весела и беззаботна… а теперь у нее вдруг могут забрать дочь. И не как те фархерримы, с которыми бы рано или поздно дело решилось. Хальтрекарок может Астрид просто сожрать — только чтобы насолить Лахдже.
И ничего ему не сделаешь.
Лахджа заметалась, собираясь в… суть Древнейшего, в Паргорон. Лахджа знала, как там судят высокопоставленных демонов, и даже проходила свидетельницей, когда судили Фурундарока. Но обвиняемой пока не доводилось… хотя разве она обвиняемая?.. нет, это просто гражданский иск. Дело об опеке.
Майно застегнул плащ. Повесил на пояс меч. Уступающий его старому оружию-фамиллиару, но вполне пристойный боевой артефакт. Фехтовать Майно Дегатти прекрасно умел и без волшебства.
Астрид тоже собиралась. Поняв, что она будет главной героиней, что за нее будут спорить и даже, возможно, сражаться великие демоны, она преисполнилась чувством собственной важности. Безропотно позволила завязать бантики в волосах и на хвосте, и горько вздохнула, что не может прихватить верную Пырялку.
Ту, к сожалению, так и не удалось починить, а новую Совнар не подарил, хотя Астрид в свой пятый день рождения очень ждала.
Майно распахнул кошель, собирая фамиллиаров. Снежок, Матти, Тифон, Токсин… на Сервелате они поедут верхом, это самый простой способ. Рыбка останется в пруду, а Ихалайнен — приглядывать за домом и Вероникой… нет, подождите.
Майно и Лахджа переглянулись. После той истории с фархерримами они остерегались оставлять детей одних. Печати печатями, но высшие демоны есть высшие демоны.
— Они поклялись, — неуверенно сказала Лахджа.
— Поклялись их вожаки, — заметил Майно. — Апостолы.
— Они же сказали от лица всех фархерримов.
— Ну и?.. Я тоже могу поклясться от лица всех волшебников, только им на это будет плевать.
— У демонов это не так работает.
— Я знаю, как это работает у демонов. Только эти апостолы — не владыки над остальными, а просто… ну так…