Ведьма за бортом (СИ)
— Тогда ты знаешь, что коренные арисийки смуглокожие брюнетки с тёмными, часто миндалевидными глазами. А теперь скажи мне, подходит ли она под моё описание?
Крисельда украдкой посмотрела на госпожу, возлежащую среди подушек на другой половине покоя. Бледная кожа, зелёные глаза, пухлые губы… в другом месте и при других обстоятельства… в другой одежде… не знай Крисельда наверняка и запросто приняла бы Мэйлеа за жительницу любой среднеконтинентальной страны. Хотя представить её в придворном наряде почему-то трудно.
— Разве это важно? — Крисельда отвернулась. — Она может быть метиской — всякое ведь бывает.
— Фрэнг сказал, она пришла к Райнеру с единорогом. Интересно, где бы девице на выданье взять единорога?
Откуда у Сигрид берутся такие странные вопросы? Даже Найда ими не задавалась.
— Она призвала Ноелани в знак подтверждения своей силы, чистоты и непорочности. Таков был наказ старого вождя, отца Кин… Райнера.
— Ты это видела?
— Что?
— Как она призывала единорога?
— Да. Призыв был частью брачного ритуала.
— А если бы ничего не вышло? Одарённых арисиек, буде таковые, с детства готовят к жизни с кочевыми и уроки магии в обучение не входят. Они умеют самые простые, бытовые вещи и едва ли смогут управлять грозой или призвать дитя Воздушного мира.
— Найда ничего такого не заметила, хотя она тоже ведунья.
— Найда не смотрит на Мэйлеа по двенадцать часов в сутки, — возразила Сигрид. Помолчала, разбирая ворох пёстрых лент в корзинке. — Красивый был ритуал?
— О да. Мы прилетели на остров, откуда родом Мэйлеа, и там, на каменистом плато над морем, прошёл ритуал. Арисийцы привели её, и она показалась мне такой хрупкой, беззащитной, — Крисельда вздохнула. — Старалась ни на кого не смотреть, но когда всё же поднимала глаза, в них плескался ужас. Позже Райнер сказал мне, что никто лучше меня не позаботится о Мэйлеа.
— Она кажется совсем юной, но она старше тебя. Сколько ей лет?
— Двадцать три… или двадцать четыре… не помню точно. Не понимаю, на что ты намекаешь?
— Ни на что, — Сигрид опустила голову.
Намекает. Но на что — что Мэйлеа не так проста, как кажется? Большинство людей представляют собой нечто иное, чем показывают окружающим и чаще всего скрывают истинную суть совершенно сознательно и в силу разных причин. Не дело обсуждать госпожу и пытаться понять, кто прячется под маской красивой, кроткой девушки. Это её выбор и её право.
Тряхнув волосами, словно бесхитростным движением этим можно прогнать сомнения, Крисельда встала, приблизилась к Мэйлеа и, сославшись на недомогание, попросила разрешения выйти на несколько минут. Госпожа спросила, не нужно ли Крисельде чего, и кивнула. Чувствуя неловкость из-за лжи, Крисельда поблагодарила и заверила, что ничего не надо. Сидящая подле хозяйки Дшари понимающе усмехнулась, напоминая о своих домыслах о неуживчивом характере Сигрид. Крисельда поскорее выскользнула из покоев.
Может, Дшари права? В конце концов, множество старших сыновей имеет трёх жён и несколько наложниц в числе любимиц и редко когда эти женщины враждуют между собой, прекрасно понимая, как зыбко их положение. Ведь не просто же так жена Медведя с откровенным злорадством смотрела на Сигрид. Хотя сама она показалась Крисельде неприятной, под стать Шерессе…
— Крисельда?
Опять он. Или он преследует её?
— Тоби? Что ты здесь делаешь?
— А ты? — вопросом на вопрос ответил молодой человек. — Выполняешь очередное хозяйское поручение?
— Не думаю, что тебя касаются мои дела, — резко бросила девушка.
— Некоторые — возможно, — неожиданно Тоби шагнул к Крисельде, вынуждая отступить к стене.
— Что ты делаешь? — возмутилась девушка. В нос ударил сильный запах пота — Алдрэд продолжал тренировать свой импровизированный отряд, освободив рабов от их прежней работы.
— Ты смирилась?
— С чем? — Крисельда спиной ощутила твёрдую поверхность стены. Дальше отступать некуда.
— С этим, — Тоби коснулся кожаной полосы на её шее. — С положением вещи, с необходимостью прислуживать.
— Найда говорила, ты из простой семьи. Едва ли тебя ожидало беззаботное, безбедное будущее.
— Да, — согласился молодой человек, не убирая руку. Пальцы легко, неторопливо прошлись по шее, поднялись к затылку. — Но тогда я был свободен.
Коридор пуст — место возле покоев вождя и его супруги никогда не отличалось многолюдностью. Можно позвать воинов Мэйлеа — они рядом, в соседнем коридоре, и придут на помощь любимой рабыне госпожи, однако Крисельда не могла найти сил, чтобы повысить голос.
Или не хотела? Странное, смущающее желание узнать, как далеко готов зайти Тоби.
— А я урождённая леди и никогда ни в чём не нуждалась. У меня был жених, равный мне по положению, и будущее моё было простым и понятным. Ты спрашиваешь, смирилась ли я. Да, смирилась. Хотя бы потому, что со временем поняла — всё могло быть и хуже.
В светлых зелёных глазах мелькнуло странное выражение, пальцы сжали затылок и Тоби поцеловал её.
Совсем не похоже… Кристофер целовал её бережно, нежно и каждое его трепетное прикосновение рождало чувство восторга. Тоби же целовал сначала вкрадчиво, словно проверяя ответную реакцию, затем всё настойчивее, одновременно прижимая к стене. И… и не помешало бы ему помыться. Запах совершенно портил всё удовольствие…
Наконец Тоби замер, отстранился, продолжая с непонятным выражением лица смотреть на Крисельду. Будто их соединял общий секрет.
— Спасибо.
— За… за что?
— За воду.
— Какую воду?
Тоби нахмурился, отступил.
— Ты принесла мне воды…
— Когда? Я ничего тебе не приносила.
— Это была не ты… Демоны!
Так он её с кем-то перепутал? Знать бы ещё, с кем! Кто та, кому предназначался этот поцелуй?
— — –
Развлечение началось с похода по торговым рядам, оружейным в частности. Между делом Райнер ненавязчиво расспрашивал то о больших партиях огнестрельного оружия, то об обращённом, но особо не настаивал, если оппонент не отличался словоохотливостью. Видимо, всё-таки рассчитывал на Йена. Затем мы перешли к сувенирам, то бишь к подаркам. Лучше бы мы продолжили разглядывать кинжалы и мечи. Райнеру взбрело в голову привезти жене платье, но, как положено сильному мужчине, далёкому от дамских штучек, он ничего в этом деле не понимал и торжественно возложил сию важную миссию на мои хрупкие плечи. Пришлось доходчиво объяснять, что вкусы у нас с Мэйлеа разные, не говоря уже о фигурах, что исключало примерку потенциального наряда, и вообще, негоже приличной супруге вождя приобретать готовое платье. После недолгих вялых споров остановились на отрезе тончайшего небесно-голубого шёлка… как будто на корабле своих тряпок мало! К ткани Райнер приложил роскошный сапфировый гарнитур из ожерелья, серег и браслета, выбранный благодаря моему замечанию, что голубое Мэйлеа к лицу, придавая её светлым зелёным глазам бирюзовый оттенок. От щедрот Райнер и мне предложил что-нибудь себе выбрать, но я вежливо отказалась. С дорогими подарками от мужчин надо быть максимально осторожной — слишком уж многие любят бартер.
После мы отправились в местную гостиницу. Райнер снял и заплатил за комнату, бесстрашно оставил там покупки, включая украшения, стоящие целое состояние, и мы двинулись дальше, в расположенное через четыре дома увеселительное заведение. Там мне наконец удалось нормально поесть и даже посмотреть выступление танцовщиц. В отличие от плясуний-кочевниц, девушки на сцене были почти одеты и двигались красиво и синхронно.
— Так Йен ведун? — полюбопытствовала я, когда танцовщицы удалились, а сил жевать уже не осталось.
— Да, — Райнер проводил задумчивым взглядом прелестниц в корсетах и юбках не намного длиннее моей и глотнул пива.
Наверняка девушки здесь не только танцуют. А вождь сидит в моей унылой компании и отвечает на глупые вопросы.
— Сильный? — не говорить же, что я и сама о себе прекрасно позабочусь, пока он… расслабляется, так сказать?