Целитель для Темного (СИ)
— Злая ты, Элька, — печально сообщила я. — Знаешь ведь, что даже чистые эльфы иногда женятся на человеческих девушках.
— Так ты уже задумалась о свадьбе? — вытаращила глаза подруга. — Хо-хо, вот это сюрприз для тети Лизетт! Пожалуй, нанесу ей сегодня визит, порадую новостями.
— Только посмей! — я стукнула Эльку подушкой, валявшейся тут же на балконе. Эла взвизгнула и нырнула в спальню за оружием для мести. Месть была жестокой, и спустя короткое время комната была заполнена перьями до потолка. Фырча и отплевываясь, мы рухнули на растерзанную постель, тяжело дыша.
— И все-таки я бы хотела выйти замуж, но когда-нибудь после, — задумчиво проговорила я. — Сначала я хочу выучиться, стать целителем.
— Мне кажется, замуж выйти важнее, — сказала подруга. Она уже отдышалась, села на кровати и говорила серьезно. — Выучиться ведь никто не помешает и потом, если тебе все еще будет хотеться этого после свадьбы.
— Ты говоришь прямо как тетушка Матильда.
— Ну и что, — не смущается Элиния, — может быть, в этом она и права!
— Не права. Я не хочу спорить, Эла, я знаю, что тебе неинтересно что-то делать, ты хотела бы просто выйти замуж, растить детей и жить для красоты.
Эла вспыхнула, отвернулась и проговорила дрожащим голосом:
— Это по-твоему недостойная судьба? Неинтересная? Быть женой и матерью ничего не значит?
— Прости, я не то хотела сказать. — я попыталась обнять ее, но Эла лишь напрягла спину.
— Прости меня, Эла. — нет ответа.
— Ладно, пойду к себе.
Раздосадованная на себя, что обидела подругу, я отряхнула перья из волос и вернулась домой. Тетушки уже не было видно. Родители тоже разошлись по своим делам. И до самого вечера я прилежно занималась в своей лаборатории.
* * *
Утром меня разбудили чьи-то взволнованные голоса со второго этажа. Каждый день гости! Что за наказание. Я нехотя поднялась, лениво натянула платье. Постойте, а чей это голос? Не веря своим ушам, я вслушивалась в знакомый баритон господина Аррана. Как? Его что, принесли слуги? Лень пропала как не бывало, и я козочкой поскакала в гостиную. Теодор действительно сидел там, общаясь с отцом, и был очень доволен жизнью.
— А! Вот и мой целитель, — воскликнул он. — Доброе утро, Кати! Я пришел сам, своими ногами. — Ну, что ты теперь скажешь, Юджин? — добавил он, обращаясь к отцу. — Могу я поговорить с ректором, чтобы Катрину взяли учиться? У нее ведь талант!
— Да, Тео, ты прав, — посмотрел на меня отец с гордостью. — Катрина заслуживает шанса стать настоящим врачом.
Я стояла в дверях, замерев, и слезы наворачивались мне на глаза. Мое лечение подействовало! Я исцелила человека, он ходит! — мысли бились в ушах набатом, а я все молчала, никак не могла поверить в чудо.
— Ну иди же, обними меня, Кати, — приветственно распахнул объятия господин Арран, и я, всхлипнув, омыла слезами сначала его рубашку, а потом и халат сидящего рядом отца.
— Я… я так рада, — я едва могла вымолвить слово, и снова расплакалась.
— Иди, дочка, умойся да позавтракай, — отправил меня папа. — Ты умница, вернешься и поговорим, как устроить твое обучение.
Все еще в смятенных чувствах, я спустилась на кухню. Есть от волнения совершенно не хотелось, даже вид чудесных пирожков с курятиной не возбудил мой аппетит. Чтобы не расстраивать ворчливую, но добрую Ладу, я мышкой мелькнула в свою лабораторию и спряталась в любимом кресле. Нужно было подумать, но сидеть не получилось. Энергия возбуждения заставила меня вскочить и измерять шагами крохотное пространство.
Намотав несколько сотен кругов, я остановилась у шкафа и достала шкатулку со своими драгоценностями. Сверху лежала рыбка. Дотронувшись до нее, я вскрикнула: она была очень теплой, почти горячей. Она снова будто тянула меня к себе, и я решила одеть ее, как талисман. Пусть поможет мне успокоиться.
Ты ведь этого хотела? Так что волнуешься? Поступим! — сказала я себе, и уже уверенным шагом, цапнув пирожок с кухни, поднялась в гостиную. Усевшись на низкий диванчик в углу, я грызла хрустящую корочку и слушала, как мужчины увлеченно обсуждают мою судьбу.
— Ну конечно! — грохотал Арран, — Старый Барсен мой должник еще с последней стычки! Конечно, и ему там немало досталось, да мне все-таки побольше. Запишусь на прием с твоей дочуркой, да поскорее, до экзаменов всего ничего.
— Лиззи, пожалуй, пока не станем говорить, — сказал папа. — Может, и не выйдет ничего, а она будет переживать. Не могу сказать, что ей нравится эта идея, ты ведь ее знаешь, Тео.
— Знаю, — развеселился сосед, — она, как и твоя сестрица, считает, что для девушки лучше всего выйти сразу замуж.
— Да ведь это и правда, но не для всех. Сама-то она мастерица, и богатой стала своим трудом и без меня. Никак нельзя назвать мою Лизетт приложением к мужу. Но дочке она не желает такой судьбы, трудно ей пришлось пока мы не встретились, — вздохнул отец.
— Хорошо, что все же встретились, — заметил Арран. — Даже самой трудолюбивой девушке лучше быть не одной.
— А ты готова ли к экзаменам, — неожиданно обернулся отец ко мне.
Я закивала изо всех сил. Что там готовиться? Целительство я с малых лет знаю лучше любого эльфа-врача. Им-то кажется, что это баловство в основном для людей, все эти травки-отвары, заговоры да амулеты. Силы, мол, у них и так хватит вылечить, учат так, как необязательный предмет. Да вот только на войне любые средства хороши, а силы имеют ограничение. Попадет к ним пять раненых, десять, двадцать, не приведи Аэд! Что делать? А вот тут и я со своими травками, чтобы продержались до восстановления именитых докторов. Кое-что я и получше их вылечить могу, Теодор Арран не даст соврать. Ему врачи ничем помочь не смогли, сколько сил ни прикладывали к лечению. А мои зелья и амулеты на ноги его поставили!
Разве что экзамен на силу магии тяжело будет пройти. Мало у меня магии, как у любого человека. Ну, тут уже должно вступить в силу знакомство с ректором. Авось как-нибудь и пройду по краешку.
— Ну что ж, Кати, пошлю прямо сейчас записку Барсену, — сказал Арран, тяжело поднявшись на ноги. — Нет уж, не надо! — прикрикнул он слуге, что ринулся поддержать. Улыбнувшись, он примирительно пояснил:
— Не хочу теперь, чтобы мне помогали, наелся этого по самые уши за десять-то лет. Теперь сам, все сам! — и медленно, аккуратными шагами, двинулся к выходу.
— Я навещу вас как обычно в субботу, господин Арран, — сказала я, прощаясь. — Думаю, вам еще понадобятся мои услуги, нужно долечить болезнь до конца.
— Да заходи и сегодня, — рассмеялся Теодор, — Эла как всегда еще спит, до обеда не разбудишь. Но вечером она как всегда вся твоя.
Я тепло улыбнулась в ответ. То, что Элиния уже не совсем вся моя, упоминать было рановато.
Глава 10
Ректор назначил нам встречу почти сразу, и уже на следующий день, ближе к обеду, мы с господином Арраном сидели в роскошном приемном зале Академии Лианара, ожидая, когда же Ойд Барсен закончит с делами и пригласит нас в свой кабинет. Я сидела как на иголках. Неужели и правда мне будет позволено здесь учиться?
— Проходите, пожалуйста, господин ректор ожидает вас, — проговорила секретарь Барсена, красивая эльфийка с ослепительной улыбкой.
Мы вошли в кабинет и остановились. Крупный мужчина с доброжелательным выражением на суровом лице рывком вскочил с кресла. Фиолетовые глаза его расширились, он изумленно глядел на моего соседа.
— Милосердный Аэд! Тео, я не верю своим глазам, — ректор стремительно подошел к Аррану и стиснул его в крепких дружеских объятьях. — Ты ходишь! Но как? Насколько я помню, врачи ничего не могли сделать?
— Я тоже рад тебя видеть, Ойд. Нужно было встречаться почаще, — улыбнулся Теодор.
Барсен развел руками:
— Хотелось бы, да с тех пор как получил пост ректора, я из этой Академии только поспать выезжаю. Каждый день проблемы, заботы, а что творят студенты…! — он покосился на меня и решил не продолжать. — В любом случае я очень рад тебе, и буду счастлив навестить, как только улажу все дела. А сейчас — чем я могу тебе помочь?