Поцелуй льда и снега
На этот раз даже у Леандра, похоже, возникли проблемы с моим предложением.
– Моральный дух войск… Ну, скажем так, он не совсем на том уровне, на котором бы я, как бывший командир, хотел его видеть.
– Что ты имеешь в виду?
– Он имеет в виду, – вмешивается советник, – что мужчины любят брать то, что им хочется. – Он широко ухмыляется. – Большинство из них будут рады, что их разместили в деревне, полной крепких крестьянских дочерей, а не на фронте.
Я поворачиваюсь к нему и призываю бушующие снежинки над ладонью. Он тут же вжимается спиной в спинку сиденья.
– Такие люди в ваших рядах?
Советник с наглой ухмылкой выпячивает подбородок.
– Мы берем всех, у кого есть потенциал. Ездить верхом или убивать, при этом не играет особой роли. Так же, как и их поведение в остальных моментах. Они делают то, что мы им говорим. Просто выполняют приказы – как и вы, принцесса, – иногда их нужно спускать с поводка.
Моя рука дрожит. Сила пульсирует в венах, умоляя выпустить ее. Даже близость Леандра не усмиряет ее на этот раз. Я сосредоточена только на советнике передо мной.
– Если до моего сведения дойдет известие хотя бы об одном нежелательном нападении, я лично разберусь с солдатом. И его командиром.
– Принцесса, – рычит Эсмонд. – Вы забываетесь.
– Неужели? – шиплю я в ответ. – Солдаты отправляются в приграничные деревни, чтобы защитить жителей, а не охотиться за женщинами. Если они не будут серьезно относиться к своим обязанностям, я прослежу, чтобы подобное не повторилось.
Эсмонд раздувает ноздри. Его в остальном красивое лицо искажается в гримасе.
– Вон! Все вы!
Советники и подхалимы поспешно выполняют его приказ. Только Леандр и я остаемся стоять на месте.
– Приказ был и для тебя, Леандр, – рычит король.
– Прошу прощения, – подчеркнуто спокойно говорит последний, – но вы больше не в том положении, чтобы отдавать мне приказы, мой король.
Взгляд Эсмонда темнеет.
– Что?
– Вы меня слышали.
– Я твой король! – грохочет он, наконец отводя от меня пронзительный взгляд. Я снова осмеливаюсь дышать.
Леандр фыркает:
– Король, который предпочитает видеть, как горят границы, а не предпринимать что-то, чтобы избежать этого. Я служил вам много лет, но никогда не думал, что вы станете таким же, как ваш отец. Разве не этого вы боялись больше всего?
– Прекрати уже, Леандр! Ты прекрасно знаешь, что пограничные земли не имеют значения.
Я задыхаюсь, но Леандр опережает меня.
– Не имею значения? – вторит он. – Там живут люди! Ваши подданные, которые верят в вашу защиту. И вы хотите принести их в жертву, чтобы еще немного отсрочить нападение земельцев?
– Нам нужно больше времени. Ради этого я готов принести жертвы.
– Земли Леандра и ваших подданных вы называете жертвой? – недоверчиво переспрашиваю я.
Эсмонд возмущенно отмахивается.
– У Леандра нет замка, и эта деревушка не является важным перевалочным пунктом для товаров.
Я тяжело сглатываю. Эсмонд действительно намеревается пожертвовать всем тем, что не считает достаточно важным. Сюда также относится Бразания – самая идиллическая деревня, в которой я когда-либо бывала. Единственное место, которое я бы с удовольствием назвала своим домом.
– Вы монстр, – шиплю я.
Я слишком поздно замечаю движение его руки, и меня отбрасывает в сторону силой пощечины. Все происходит так быстро, что я не успею среагировать. Пока пытаюсь удержать равновесие, Леандр достает меч и приставляет лезвие к шее Эсмонда.
Не знаю, кто из нас троих выглядит более потрясенным.
Наконец, король первым приходит в себя.
– Ты смеешь угрожать мне оружием? – рычит он. – Я могу вздернуть тебя за это.
Леандр оскаливается, собираясь дать горячую отповедь. Я быстро встаю между ними, кладу ладонь на руку, которой он держит меч, и мягко, но с силой заставляю опустить его.
– Король Эсмонд, – бормочу я.
Прежде чем он успевает открыть рот, я с силой толкаю его так, что он ударяется спиной о стол. Я отказываюсь и дальше подавлять в себе лед и выпускаю его настолько, чтобы еще продолжать его контролировать. Оконные стекла и стаканы с напитками звенят от холода, когда лед и снег вытекают, окружая меня. Эсмонд в страхе смотрит на меня.
– Вы больше никогда не поднимете на меня руку.
Его ладони примерзают к темному дереву стола.
– Мне все равно, если вы думаете, что я это заслужила. Вы можете не соглашаться со мной. Вы можете оскорблять и унижать меня. Но вы никогда больше не ударите меня. – Лед осторожно ползет вверх по его рукам, и он издает звук боли. – Кроме того, вы никогда больше не будете угрожать ни одному из моих ритари. Они отвечают передо мной, а не перед вами. И они защитят меня от любой опасности. Так же, как я буду защищать их. Даже от вас. Это было достаточно ясно?
Эсмонд отрывисто кивает, и я отзываю свою силу. Она все еще борется во мне, чтобы освободиться. То, что я использовала к Эсмонду, было лишь пробой. Быстро поворачиваюсь к Леандру.
– Отведи меня в мои комнаты.
Он понимает, в каком я состоянии, и, поддерживая меня одной рукой, спешно выводит из комнаты для совещаний. В коридоре мы почти сталкиваемся с советниками, которые прижимают уши к двери. Фульк и Кларис, которые тоже ждали неподалеку, торопятся за нами.
– Что с ней? – спрашивает Кларис.
– Не здесь, – отрывисто говорит Леандр, помогая мне подняться по лестнице. Когда я берусь за перила, место, которого я касаюсь, замерзает. – Держитесь немного позади нас.
Оказавшись у моей комнаты, Леандр мягко заводит меня внутрь.
– Вы, ребята, подождите здесь, – говорит он Фульку и Кларис. – Не открывайте дверь и никого не впускайте.
– Но… – начинает Кларис, но Леандр захлопывает дверь перед ее носом. Затем бросается к окнам и задергивает шторы.
Я дрожу всем телом, тщетно пытаясь контролировать свою силу. Но из-за гнева на Эсмонда и отчаяния, которое видела на лице Леандра, когда король сказал, что Бразания может быть принесена в жертву, я больше не могу ее сдерживать.
Леандр обхватывает меня сзади и притягивает к груди.
– Все хорошо, – шепчет он мне на ухо. – Мы здесь только вдвоем. Тебе больше не нужно сдерживаться.
Глубоко вздохнув, я выдыхаю и разрушаю все стены, которые строила внутри себя последние несколько минут. Магия беспрепятственно вытекает из меня, мгновенно превращая комнату в ледяной пейзаж. Снег и иней покрывают пол, ковер, кровать, а с потолка свисают маленькие сосульки. Обессиленная, я позволяю себе прижаться к Леандру. Он усиливает хватку, когда мои колени подгибаются. Я только краем глаза замечаю, как он поднимает меня и несет к двери.
Кларис резко втягивает воздух.
– Что с ней случилось? И почему у нее такая красная щека?
– Это Эсмонд, – рычит Леандр. Я утыкаюсь лицом в его шею, надеясь скрыться от любопытных взглядов моей служанки и другого ритари.
– Святые боги, – бормочет Фульк, оглядывая мою комнату.
– Ей нужно отдохнуть, – твердо говорит Леандр. – Мы устроим ее у нас, чтобы она могла поспать несколько часов. Фульк, открой дверь.
Я слышу быстрые шаги мальчика и через мгновение оказываюсь в чужой постели, но в окружении знакомого запаха Леандра.
– Не лучше ли мне позвать доктора? – спрашивает Кларис.
– Нет. Ей нужен отдых. Как только ей станет лучше, она избавится от льда в соседней комнате. До тех пор никому не разрешается туда входить, понятно?
Раздается согласный шепот.
– Дай мне хотя бы взглянуть на ее щеку, – просит Кларис. – Она огненно-красная, и я даже отсюда могу разглядеть отдельные пальцы. Я просто хочу убедиться, что все в порядке.
Теплые руки ощупывают мое лицо, в то время как Леандр переплетает свои пальцы с моими. Обычно бы я убрала руку, потому что с нами чужие люди, но у меня не хватает сил даже на это. Я чувствую его близость; вероятно, он сидит рядом с кроватью.
– Щека может опухнуть, если я не охлажу ее, но, кажется, она не прикусила язык, и все зубы тоже на месте. Я принесу лед из соседней комнаты. Раз уж он есть, мы можем его использовать.