С демоном по договору. Книга вторая (СИ)
— Поверните, я не хочу!
— Это приказ Линардариаса.
— Ну и что? Поверните немедленно!
Разумеется, мои слова были проигнорированы. Уж что-что, а желания человеческой женщины не шли в сравнение с приказом высшего эрзара.
А точно ли его отдал Линардариас?
Мелькнула лишённая логики мысль, что враги задумали покончить со мной досрочно и в том же месте, где расправятся с Нели. Усилием воли я отогнала безумное подозрение, чтобы окончательно не впасть в панику. Нет, никто не знал правду обо мне, кроме горстки посвящённых. Моё ближайшее будущее находилось под защитой магического парадокса. Это Линардариас выбрал для свидания самое неподходящее место из возможных, намеренно заманив меня в ловушку. Не знаю чего он хотел добиться, но точно не организовать приятный вечер.
Когда флаер опустился на посадочную площадку и дверца открылась, я не сразу заставила себя выйти. Пока собиралась с духом, к машине подошёл ещё один знакомый мне эрзар — помощник Линардариаса, которого я видела в "Наднебесье".
— Здравствуйте, Ева, — поприветствовал он. — Эзр Торн ждёт. Позвольте проводить вас.
Я глянула на него волком. Мужчина озадаченно замолчал.
Выпихнуть себя наружу всё-таки пришлось, но выражение моего лица оставалось далёким от радостного. Подозреваю, что оно было скорее кровожадным, поскольку в голове крутилось множество нелестных слов и определений, предназначенных для Линардариаса и кое-как прикрывавших моё смятение.
В "Летающей тарелке" сегодня царило оживление. Вечером выходного дня свободных мест в элитном ресторане не оставалось.
Линардариас, облюбовавший столик в некотором отдалении от того места, где встретятся и попадут под первый удар Нели с Аланом, встал мне навстречу.
В его взгляде я прочитала одобрение и даже интерес. Мои усилия по подготовке к свиданию не пропали даром. Другое дело, что я о них уже сожалела.
— Ева, вы ослепительны! Позвольте выразить своё восхищение, — начал Линардариас со своей фирменной галантностью.
— Засуньте его себе... — я проглотила грубое слово. — Какого чёрта?
Линардариас подался вперёд и, изобразив поцелуй в щёку, шепнул:
— Упоминание мифических существ из другого мира не идёт на пользу вашей легенде.
— Зачем вы это сделали?
— Что именно?
— Сами знаете. Вы же любите честность. Почему сразу не признаете, что подстроили пакость, притащив меня сюда?
— Садитесь, Ева, — он сам отодвинул стул. — Давайте спокойно поужинаем и поговорим.
— Спокойно? Поужинаем?! Я уйти хочу!
— Не могу вас отпустить. На нас и так смотрят.
Я затравленно огляделась и действительно поймала несколько любопытных взглядов. Если за нами следили враги, у них могли возникнуть неудобные вопросы.
Но и Линардариас хорош! Должен же был понимать, что подставляет нас обоих.
В меню, принесённое официантом, я заглянула только из соображений конспирации. Строчки расплывались перед глазами, я не могла ни сосредоточиться на них, ни оглядеться вокруг. Линардариас сам сделал заказ на двоих. Дождался, когда принесут вино, и только тогда заговорил:
— Вам было нужно побывать здесь раньше, чем это место будет уничтожено.
— Да неужели? А я и не додумалась!
— Разумеется, сами бы вы сюда не пришли. Петергрэм тоже бы вас не привёл, причём не потому, что это могло выглядеть подозрительно. Он бы пощадил вас, проявил сочувствие.
— И эту нелёгкую миссию взяли на себя вы? Очень благородно!
— Должна же от меня быть польза.
— Наши с Аланом убийцы уже могут находиться здесь, а мы сидим у всех на виду.
— И я, и Петергрэм склоняемся к тому, что площадка для расправы над вами будет подготовлена позже. Сегодня ресторан под нашим контролем. За нами никто не следит и не подслушивает. Да и беспокоит вас вовсе не это.
— Какая проницательность!
— Отнюдь. Я лишь применяю на вас собственный опыт. Знаю, какими тяжёлыми и болезненными могут быть последние воспоминания из минувшей жизни. Чтобы рана от пережитого не разъедала вас изнутри, надо встретиться со страхом лицом к лицу, а не взращивать его в себе.
Я сжалась и уставилась в окно. В чём-то Линардариас был прав. Не по себе мне становилось каждый раз, когда я видела в небе "Летающую тарелку". Дважды снились кошмары, в которых мы с Аланом бежали по коридору ресторана и метались по парковке. Паника, накрывшая меня сегодня, тоже была не слишком адекватной. Она рождалась во мне вопреки логике и желанию.
— Шоковая терапия, значит? — я взяла бокал с вином и опрокинула в себя, почти не почувствовав вкуса. — Вы, эрзары, мастера её устраивать. Петергрэм тоже организует Нели экзамен. Натравит на неё карбиру в тёмном дворе.
— Неплохая идея, — одобрил Линардариас.
— О, я знала, что вам понравится!
— Не записывайте меня во враги, — спокойно посоветовал эрзар. — Лучше оглядитесь вокруг. Ваш страх не исчезнет сразу, но легче станет.
Я покосилась на стойку, за которой мы с Аланом прятались от выстрелов. Мазнула взглядом по двери, через которую сбежали. Если облегчение и пришло, то скорее от выпитого вина, чем от внезапного просветления или принятия.
— В первый раз я тоже погиб во время дашар'гоэна, — поделился Линардариас. — Пробудившись через шестьдесят лет в теле младшего, я вернулся на место своей гибели и провёл там несколько недель. Искал ответы на вопросы, которые приходится решать каждому страннику.
— Успешно, полагаю?
— Мне было непросто. Из владыки влиятельно клана я превратился в фигуру подчинённую и слабую, хоть и достигшую на момент пробуждения больших успехов, чем многие младшие. Наши традиции суровы к тем, кто стоит на низших ступенях иерархии. До переселения в мир людей у младших было гораздо меньше прав, чем сейчас, не говоря о том, какой ничтожный отклик они получают от магической силы. Это всё равно что быть гениальным художником и лишиться зрения. Из короля превратиться в лакея. Я готов был возненавидеть новую жизнь и проклинал своё пробуждение, вместе с которым ощутил такую утрату.
Откровения эрзара слегка отвлекли меня от собственных переживаний, я посмотрела на него с сочувствием, которого он вряд ли специально не добивался.
— Как вышло, что вы погибли в дашар'гоэне?
— Последняя битва. Не все владыки переживают её. Да-да, Ева, — он невесело усмехнулся, прочитав страх в моих глазах, — владыки не участвуют в жеребьёвке, когда проигравшие кланы отдают таш'гон победителям, но в финальной битве они обязаны быть вместе с семьёй. В той ритуальной войне клан Ардан решал идейный конфликт с кланом Тир. Пока кипело сражение, двое владык сошлись в поединке и один из них проиграл. Точно так же, как может проиграть любой эрзар.
Перед моими глазами предстало окровавленное тело Алана. А потом его место внезапно занял Грэм.
— Вы должны быть готовы к любому исходу войны, — угадав мои мысли, произнёс Линардариас.
— Это невозможно. Вы не в праве требовать этого ни от человека, ни от эрзара. Какими бы жестокими ни были ваши традиции, эрзары, как и люди, испытывают боль и страдания. Вы сами признались только что, как вам было тяжело в новом рождении. К исходу войны тоже готовы не все. Те, кто становятся таш'гон, сопротивляются, несмотря на волю жребия и угрозу расправы, а некоторые владыки готовы пожертвовать миром, чтобы вернуть своих близких!
— Вы умеете нанести ответный удар.
— Простите, — я смутилась.
— Не извиняйтесь, вы правы. Скажу больше. Кое-кто из бывших владык, пробуждаясь младшим, стремился закончить неудачную жизнь как можно скорее. Мы, как и люди, бываем слабы.
— Но вы ведь справились?
— Знаете, что хочет сделать владыка, пробудившись? Особенно в первый раз.
— Вернуться к семье?
— И хоть частично восстановить свой статус. Этот соблазн не обошёл и меня, но я не поддался ему. Размышляя о прошлом и будущем, я принял тяжёлое решение не менять свою судьбу. До конца дней я был младшим в клане Хель. Никто не узнал во мне владыку Ардан.