С демоном по договору. Книга вторая (СИ)

На лице Фьоры отразилась отчаянная надежда получить от меня поддержку, и я догадалась, что пришла она в первую очередь за ней.
— Твои чувства тебя не обманывают, — уверенно сказала я. — Ты возвела Роума в идеал и не пыталась копнуть глубже. Не берусь судить, однако успела заметить, что в первую очередь он озабочен собой. Всё, что идёт вразрез с его планами и убеждениями, встречает жёсткую критику и отпор. Неизвестно ещё, как далеко он способен зайти ради этих убеждений и что может сделать с якобы близкими людьми.
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Фьора.
— Мне не понравилось, что он был против твоего устройства на работу, — назвала я подходящую причину, думая о Нели и чёрном скафандре. — А ещё Роум, кажется, бывает вспыльчив.
— О да... Этим он меня и напугал во время последней ссоры, — призналась Фьора. — Я всю ночь проплакала, а утром вдруг поняла, что смогу жить без Роума. Странно. Мне казалось, мир рухнет, если его не будет рядом. По-моему, я запуталась в чувствах, которые к нему испытываю.
— Главное, что ты начала мыслить в разных направлениях и более здраво оценивать ситуацию. Какие перспективы с новой работой?
— Меня приняли!
— Вот это да! Поздравляю!
— Вэнсу я рассказала раньше, чем Роуму, и он по-прежнему будет рад видеть меня среди "Свободных людей". Не считает меня предательницей.
— С чего бы ему вообще так думать? — фыркнула я. — Останешься на ужин? Мы должны отметить твои успехи!
Приглашение вырвалось само собой, и Фьора с радостью на него откликнулась.
Я достала из шкафа непочатую бутылку вина. Опираясь на прежние навыки, приготовила ужин, впечатливший и гостью, и меня саму. За разговором это вышло легко и непринуждённо. Я даже не раздумывала о том, что делаю. Нели во мне целиком завладела инициативой и выдала потрясающе вкусное жаркое, а также десерт в виде горячих пирожных.
— За перемены к лучшему! — был мой главный тост.
Пить я старалась немного, ссылаясь на сложные отношения с алкоголем, и подливала в основном Фьоре. Гостья не возражала.
— Позволь дать ещё один совет, — сказала я. — Будь с Роумом настороже. Не уверена, что он легко тебя отпустит, а ты можешь поддаться на уговоры. Разберись сперва в себе и точно пойми, чего хочешь, хорошо? На мой сторонний взгляд, сейчас ты на верном пути.
— Я постараюсь, — вдохновенно пообещала Фьора.
Вместе мы провели очень неплохой вечер, который сложно было представить в начале нашего знакомства, особенно если считать его исходной точкой происшествие на "блюдце", и только прощаясь, я задала Фьоре осторожный вопрос:
— Ты считаешь, что люди, которым помогает Гай, участвуют в секретной операции, поэтому общение с ними ограничено. Но разве Вэнс не разрешил тебе связаться с сёстрами? За любой секретной операцией "Свободных людей" стоять должен именно он.
— Верно, — согласилась Фьора. После выпитого вина ей заметно не хотелось сосредотачиваться на теме, с которой начались наши посиделки. — Сейчас мне кажется, что я навыдумывала глупостей. Сельма и Эльса столько пережили, что их желание порвать с прошлым неудивительно, а про Ниану мы с тобой ничего толком не знаем. При случае попытаюсь ещё что-нибудь выяснить у Вэнса. Мы ведь ещё увидимся?
— Надеюсь.
Признаться, я не была уверена, что в скором времени мы с Фьорой не окажемся по разные стороны баррикад. Вряд ли она обрадуется, узнав, что подружилась со шпионкой. А уж если рассказать ей, что всё это время она общалась с инкарнацией Нели Данэ, реакцию Фьоры было сложно представить.
Впрочем, думать об этом было не время.
Закрыв за гостьей дверь, я выбросила из головы все сторонние мысли, в том числе рассказ о Ниане и странном поведении Селмы и Эльсы, и извлекла, из сумки недочитанную книгу. Этой ночью мне предстояло плотно поработать.
Новых гостей тем вечером не явилось, потолок не обрушился мне на голову, а пол не провалился.
Полночи я продиралась сквозь дебри эрзарской письменности, узнав в итоге всю историю владыки Иланджелии Йар и её раба-спутника Морта, которая в отдельных местах смахивала на красивую сказку и отчасти перекликалась с моей собственной.
 
Подобно мне, после трагической гибели Морт родился не там, где закончилась его первая жизнь, но и не на Земле. Его новым домом стал мир номер "три". Тот самый, где до сих пор царило Средневековье и куда Петергрэм выводил Нели на прогулку.
Будто в награду за прежние страдания, судьба бывшего раба сложилась наилучшим образом. В новой жизни он появился на свет в семье местного короля и стал первым наследником престола. Государство под управлением его отца процветало, и единственным, что омрачало жизнь юного принца Родрика, были сны, в которых он вновь и вновь видел мучительную  гибель неизвестной женщины.
Со временем жестокая сцена предстала перед ним во всех подробностях, повторяясь каждую ночь. В тщетных молитвах Родрик взывал к Творцу, умоляя избавить его от кошмаров, но получил не успокоение, а ужасающее просветление.
Воспоминания о прошлом вернулись к нему в девятнадцать лет без какого-либо участия эрзаров. Были они настолько яркими и убедительными, что Родрик не сомневался в их правдивости.
Целых два года принц провёл в душевных терзаниях. Он мучился виной за смерть женщины, которую глубоко любил в прошлой жизни. Горевал о невосполнимой потере. Пылал ненавистью к эрзарам и самые яростные чувства испытывал к владыке Йар, не подозревая, что вместе с ней попал в ловушку магического парадокса.
Как и Петергрэм, Иланджелия почувствовала "раздвоение" спутника на следующее после передачи Вечного дара утро. Озадаченная этой странностью, она последовала за "нитью", связавшей её с непонятным "отголоском" Морта.
Авторы книги отмечали, что в своём стремлении разобраться с возникшей путаницей Иланджелия действовала до безобразия безрассудно. Она сама открыла врата в параллельный мир, хотя владыки избегали делать это без крайней необходимости. В одиночку отправилась на чужую, населённую людьми территорию. Не просчитав риски, вступила в контакт с новым воплощением Морта.
Встреча эта стала неожиданностью для обоих.
Иланджелия никогда не сталкивалась с парадоксом с участием человеческого существа. Принц Родрик был глубоко потрясён появлением в отцовском замке ненавистной демоницы.
Только случайное наитие не дало ему сразу схватиться за меч. Он вовремя понял, что не одолеет владыку в честном поединке. Наградой за промедление стало невероятное открытие — со слов растерянной Иланджелии выяснилось, что Морт, а значит, и его возлюбленная всё ещё живы.
Тут Родрик продемонстрировал чудеса находчивости и самоотверженности. Поборов раздиравшую его ненависть, он поведал придуманную на ходу версию скорой кончины Морта. Якобы тот стал жертвой неизвестного убийцы, которого подослали враги владыки. Родрик вызвался отправиться вместе с Иландженией на бывшую родину, чтобы, действуя втайне, раскрыть заговор в семействе Йар.
Разумеется, его истинные мотивы были иными. Он надеялся предупредить самого себя об опасности и предотвратить гибель любимой женщины. Что же касается Иланджелии, то она, напротив, запретила Родрику приближаться к Морту. Уж что-что, а последствия разрыва парадоксов были хорошо известны эрзарам. Тем не менее Иланджелия не устояла перед искушением взять Родрика с собой.
Так принц снова стал рабом. Это был единственный статус, в котором человек в те времена мог находиться подле эрзаров. Оставив послание отцу и младшему брату, который теперь должен был занять трон, Родрик переместился вместе с Иланджелией в мир из своих снов.
В запасе у него оставалось всего несколько дней. Задачу усложняло и то, что Иланджелия приказала доверенным слугам следить за Родриком. Его стойкости она не доверяла и опасалась, что Родрик поддастся соблазну вмешаться в прошлое.
Надо ли говорить, что все попытки принца-раба хоть какое-то повлиять на неумолимо  повторявшиеся  события, оказались тщетными?