Древний и благородный род Равенкло (СИ)

— Ничего страшного. Прошло уже много лет, и я ни о чем не сожалею. Как дела у Блэков, семей основателей, Принцев?
— Никого из названных вами больше нет.
— Как хорошо, и в то же время плохо.
— Чем?
— Вы хотя бы представляете, какими знаниями обладали те же Принцы или Блэки? Принцы всегда воплощали в себе лучшие умы. Новые зелья, новые заклинания, которые отнюдь не всегда можно было отнести к темным. Блэки — лучшие колдуны и ведьмы. Изощренные проклятия, древние артефакты. Кровь, носящая в жилах огромную силу. Про роды основателей и говорить нечего. Гриффиндоры, ставшие позже носить фамилию Маклагенов - прекрасные боевые маги и лидеры. Да и все остальные старые рода.
— А чем же это хорошо, если вы так расхваливаете их?
— Тем, что моему племяннику никто не помешает восстановить угасший род.
— То есть вы хотите сказать, что ваш племянник — это и есть нынешний глава рода?
— Да, вот только от нашего кодекса ничего не осталось. Уничтожен вместе с его родителями. Я — это единственное, что у него осталось.
— Грустная история. А кто их убил?
— Если бы я только знал…
  
Глава 9
 
В этот раз Гаррету выделялась не одна комната, как обычно, а две. При этом они были смежные, имели дверь между друг другом. Если под спальню уходило первое помещение, то второе предназначалась для личного кабинета Гаррета. В центре комнаты стоял длинный стол, на котором лежал пока нетронутый кодекс. Также в комнате имелся огромный книжный шкаф, заставленный только теми книгами, которые он год назад купил вместе с учителем в Шичене.
Но даже этого хватило, чтобы произвести впечатление на рыжую гостью. Смешно раскрыв глаза, она подбежала к шкафу и начала щупать все книги, предварительно произнося вслух каждый заголовок.
— Удивительно. У тебя здесь довольно последовательное изучение алхимии, начиная с самых азов зельеварения. О половине книг я даже не слышала.
— Мой учитель лично подбирал их, — мальчик даже немного возгордился, что смог так сильно впечатлить девочку.
— Я тоже хочу свою библиотеку и кабинет! Это же так классно, здесь можно изучать всё, что можно, и никто тебе не помешает! Ты же уже колдовал?
— Конечно!
— Ух ты! Но до десяти лет же нельзя колдовать? У тебя же нет волшебной палочки! И вообще, нельзя использовать заклинания до достижения совершеннолетия! Неужели ты не врал и в самом деле колдуешь без палочки???
— Меня учитель научил. Мне даже необязательно произносить некоторые заклинания, которые я хорошо знаю, надо только подумать о нем и сделать правильные движения пальцами. Смотри.
Гаррет сделал привычное движение кистью, и одна из книг поднялась в воздух, следуя движениям руки.
— Классно! А можешь меня так же научить???
— Я же говорил, это займет много времени.
— Я буду тренироваться так часто, как это возможно! Каждую свободную секунду.
Девочка соскочила со своего места и подбежала к Гаррету, смотря ему прямо в глаза. Бастионы разума мальчика рухнули и выкинули белый флаг перед умилительным взглядом девочки.
— Хорошо. Только ты должна относиться к этому со всей серьезностью и делать всё в точности, как я говорю.
— Ура, ура!!! — девочка уже не слышала, что мальчик говорил дальше. Она начала высоко подпрыгивать на месте и вздымать в воздух обе руки, при этом громко выкрикивая «банзай!» на разных языках. — Когда начнем?!
 
— Хоть сейчас. Только скажи, часто у тебя случаются стихийные выбросы?
— Совсем недавно я подожгла обои, когда мама забрала у меня учебник по зельеварению. Тогда она на радостях и согласилась купить копию. Как будто у нас в библиотеке еще осталось место для копий! - фыркнула девочка.
— Тогда начнем с самых простых…
Июнь 2015 года. Париж, Франция. 
Следующий год пролетел незаметно. Гаррет научился весьма сносно владеть шпагой, бегло читать латынь, и получил базовые знания русского, который давался ему ОЧЕНЬ тяжело, даже с китайским языком у него было значительно меньше проблем.
Уже через месяц дядя самоустранился от его обучения, найдя достойного учителя, а еще через пару месяцев Уизли покинули Париж и должны будут вернуться только через пару недель, в этом году.
Гаррет с нетерпением ждал возможности повидаться со своей подругой, но это не отменяло его учебу, на которую дядя наседал все больше и больше, агитируя тем, что юному волшебнику скоро придется уехать в Хогвартс, где некому будет присматривать за развитием ребенка.
Особенно сильно мальчику понравились уроки музыки, которые у него вела красивая дама по имени Арабель.
В тот день мальчик впервые вживую увидел фортепьяно, которое установили прямо в гостиной. Преподавательница, оказавшаяся девушкой двадцати с хвостиком лет, прочно обосновалась в сердце мальчика. Нет, не как первая любовь, а как та, которая сумела открыть ему новый мир.
Под звонкий голос девушки мальчик научился творить волшебство. Не магию, которой обладал его предыдущий учитель, а именно волшебство, волшебство музыки. Бетховен, Моцарт, Чайковский и другие композиторы научили его передавать свои чувства не только словами, но и посредством музыки.
Сегодня Гарольд, помимо прочего, обещал его познакомить с новым учителем, по одной из областей, которые ему завещал Джинхей в своем дневнике.
— Гаррет! Спускайся, твой учитель прибудет с минуты на минуту.
— Секунду.
«…с повышением магической силы становится возможным выполнить несколько заклинаний в день даже без использования магической палочки». Закончив предложение, юноша с сожалением отложил перо и убрал кодекс в сторону.
Когда Гаррет спустился вниз, его дядя находился в кампании высокого, статного мужчины с длинными волосами, которые оставляли высокий лоб открытым. Весь его внешний вид словно кричал о древних корнях аристократа. Длинный, острый подбородок вкупе с резкими скулами. Ярко выраженный нос, точь-в-точь как на коллекционных монетах, изображающих Цезаря, и пронзительный взгляд, который буквально впился в Гаррета, стоило тому только показаться в поле зрения волшебника, о чем говорила его длинная волшебная палочка, находящаяся в специальном чехле на поясе.
Пожалуй, первое впечатление о нем было такое — опасный человек, с которым Гаррет не хотел бы не то что ссориться, но и иметь какие-либо дела.
— Познакомься. Это Франсуа де Рашильд, потомок некогда славного рода, который, как оказалось, так и не истребили до конца. Мне очень повезло, когда я узнал, что во Франции еще остались такие специалисты. Именно род Рашильдов первыми освоили анимагию в Европе и владеют секретами менее болезненного освоения этой способности. Франсуа, это мой племянник Гаррет. Единственный, кто остался от некогда славного рода.